RT Оригинал

Ольга Протас: «После трагедии я научилась ценить жизнь»

Сегодня мы беседуем с Ольгой Протас, она наша коллега и работает на RT. Она согласилась побеседовать с нами и поделиться своими мыслями и переживаниями. Семь лет тому назад она была среди тех, кто был зрителем мюзикла «Норд-Ост» в день, когда чеченские террористы захватили в заложники 900 человек.

Здравствуйте. Сегодня мы беседуем с Ольгой Протас, она  наша коллега и работает на RT. Она согласилась побеседовать с нами и поделиться своими мыслями и переживаниями. Семь лет тому назад она была среди тех, кто был зрителем мюзикла  «Норд-Ост» в день, когда чеченские террористы захватили в заложники 900 человек.

 

RT: Ольга, спасибо, что согласились поговорить сегодня с нами. Прошло уже семь лет, удалось ли Вам забыть и смириться с тем, что произошло?
 
ОЛЬГА: О том, что произошло со мной семь лет назад, я стараюсь не вспоминать. Думаю, что те, кому довелось пережить подобное, либо боятся до сих пор, либо это сделало их сильнее. Надеюсь, что в моем случае это сделало меня сильнее.
 
RT: Когда Вы впервые вошли в театр, заметили ли что-нибудь странное?
 
ОЛЬГА: Помню: после первого акта был небольшой перерыв, во время которого одна из моих подруг хотела уйти. У нее произошел нервный срыв: она начала плакать и все время просила учителей отпустить ее домой. Это мне показалось странным. Возможно, она почувствовала, что что-то должно случиться.
 
RT: Ей удалось уйти домой?
 
ОЛЬГА: Да, она ушла, это вызвало в нас зависть. Мы не воспользовались таким шансом.
 
RT: Какова была ваша первая реакция, когда террористы ворвались в здание? Вы вообще поняли, что произошло?
 
ОЛЬГА: Мы подумали, что это  часть представления. Когда это случилось, на сцене находились актеры, одетые в солдатскую форму, практически одинаковую с той, что была на террористах. Именно поэтому, когда террористы ворвались в здание, мы посчитали это частью представления. Мы и представить себе не могли, что это не игра. Мы думали: это просто шоу.
 
RT: Не могли бы Вы рассказать хронологию того, что с вами произошло?
 
ОЛЬГА:   Актеры танцевали. Затем где-то за кулисами раздались несколько выстрелов. Потом музыка прекратилась, и мы увидели человека в форме, маске с автоматом. Он стал что-то кричать. Затем он несколько раз выстрелил вверх, и мгновенно театр заполнился остальными. Я помню, как один из террористов ударил одного из моих друзей автоматом.
 
RT: Сразу после того как они ворвались в зал?
 
ОЛЬГА: Да. Они просто хотели показать, что настроены серьезно и что это не шутка.
 
RT: Кто-нибудь из террористов посмотрел на Вас или сказал что-нибудь?
 
ОЛЬГА: Со мной говорил Муса Бараев, когда у меня случился нервный срыв. Он подошел ко мне и спросил:  «Эй, девушка, почему ты плачешь? Не волнуйся, ты не умрешь. Это мы пришли сюда, чтобы умереть. Ты будешь жить, а мы умрем». Также нам удалось поговорить с террористкой-смертницей.  
 
RT:  Как они выглядели? Я имею в виду: быть женщиной и террористкой-смертницей? Относились ли они с большей симпатией к женщинам и детям, которые были взяты в заложники?
 
ОЛЬГА: Я бы сказала, что они были более жестокими, чем мужчины. Мужчины были с нами более спокойными, разговаривали с нами, а женщины вели себя более агрессивно: кричали и размахивали оружием, будто были готовы нас убить. Они были более жестокими. Они рассказали нам про свою жизнь, до того как стали террористами. Они рассказали, как потеряли всю семью, отцов, братьев - и им незачем больше жить.
 
RT: То есть там, в основном, были женщины, у которых не было детей?
 
ОЛЬГА: Да, у большинства вообще не было семьи.
 
RT: Разрешалось ли вам общаться друг с другом, пока вы находились в театре? 
 
ОЛЬГА: Сначала нам запретили разговаривать друг с другом и ходить в туалет. Но спустя 5-6 часов нам разрешили сходить в туалет, а тем, кто хотел пить, принесли бутылки с водой.
 
RT: Их лица были спокойными или взволнованными?
 
ОЛЬГА: Большую часть времени они были спокойны, дружелюбны, общительны. Я помню, как один из террористов поднялся на сцену, сразу после того как стало ясно из новостей, что правительство никак не реагирует на их требования. Он сказал, что выберет десять заложников и убьет их прямо на сцене. 
 
RT: Как долго в общей сложности вы там находились? Все три дня?
 
ОЛЬГА: Да, все три дня. Я помню, когда первый раз пошла в туалет, я подошла к окну и подумала, стоит мне бежать или остаться.
 
RT: Вы подумали о побеге?
 
ОЛЬГА: Да, я думала о побеге. Наверное, я слишком долго решала, как мне поступить, что не заметила, как одна террористка-смертница вошла в туалет и стала кричать на меня, угрожая мне автоматом.
 
RT:  Что она кричала?
 
ОЛЬГА: Что ты делаешь здесь так долго? Иди внутрь и сядь на свое место!
 
RT: Тех, кто пытался убежать, убили?
 
ОЛЬГА: Я слышала, нескольким, в частности актерам, удалось бежать. Некоторым из них. Одна женщина, которая подошла к театру, была пьяна, и ее убили.
 
RT: Из-за того что была пьяная?
 
ОЛЬГА: Нет. Она подошла к одному из террористов, стала обзывать его плохими словами и просила убежать всех людей.
 
RT: Отпустить их?

ОЛЬГА: Да, отпустить их.

 

RT: Как Вы изменились за эти три дня? Как поменялось Ваше психологическое состояние?
 
ОЛЬГА: Первые дни я боялась. Я не хотела умирать и постоянно спрашивала себя, почему это случилось именно со мной, ведь я еще молода. Но я помню третий день нахождения в плену. Я перестала верить в то, что смогу выжить. Я начала думать, что все равно умру: либо меня пристрелят, либо взорвется бомба. Я уже не верила в то, что когда-либо увижу свою семью. Поэтому (мы тогда верили в это) я записала свой телефонный номер и адрес у себя на теле, в случае если мои родители найдут меня или то, что останется от моего тела. Чтобы они поняли, что это была я, это моя рука или нога.
 
RT: То есть страх прошел на третий день? И Вы смирились с тем, что все равно умрете?
 
ОЛЬГА: Да, почти все вокруг были уверены, что мы умрем. Было так сложно находиться там все эти дни. Это было… Мы были так измотаны, что не имели ни малейшего понятия о том, как мы сможем выжить.
 
RT: Как Вы пришли к мысли о том, что все равно умрете и не впали в панику?
 
ОЛЬГА: На самом деле я паниковала весь первый и второй день, но потом… Вдруг стало неважно, мы просто хотели, чтобы вся эта история закончилась. Для нас не было важно, кто победит в этой ситуации. Мы просто хотели, чтобы все кончилось.
 
RT: Многие критикуют то, как проводилась операция по освобождению заложников. Более 130 заложников погибло из-за использованного газа. Как Вы думаете, были ли готовы террористы избавиться от оставшихся заложников или подорвать весь театр со всеми находившимися там людьми?
 
ОЛЬГА: Казалось, они были готовы взорвать любого. Поэтому мы не… Они были настроены очень серьезно.  
 
RT: Вы помните что-нибудь из того, как были убиты террористы и освобождены заложники, или газ сразу же подействовал на Вас?
 
ОЛЬГА: Я проснулась, как только начался штурм. Было очень тяжело дышать из-за газа. Я видела огромное зеленое облако, летящее от крыши к земле. Один из моих учителей тоже не мог спать.
 
RT: Так Вы спали? А затем?
 
ОЛЬГА: Да, я просто спала, а затем проснулась из-за этого газа. Дышать было просто невозможно. У моего учителя были салфетки, она держала их возле носа и дала несколько штук мне, чтобы я не умерла из-за газа. Я дала несколько салфеток своим друзьям и после этого я не помню ничего. Я снова заснула.
 
RT: И когда Вы, в конце концов, очнулись?
 
ОЛЬГА: Я очнулась в больнице, когда уже все закончилось. Я проснулась на следующее утро.
 
RT: Каково это было – очнуться в больнице?
 
ОЛЬГА: Я не ощущала себя счастливой. Я была… Возможно, я была настолько вымотана этими тремя днями, что просто не чувствовала никаких эмоций. Я была чересчур усталой, чтобы чувствовать какие-либо эмоции вообще. Когда я увидела террористов по телевизору, я начала плакать и не могла остановиться: они были для нас своего рода героями.
 
RT: Вы оплакивали людей, которые собирались вас убить?
 
ОЛЬГА: Да, это очень странно, и мои родители провели много времени, говоря мне, что я неправильно воспринимаю и оцениваю ситуацию.
 
RT: Как этот опыт изменил Вас? Вы сказали, что держали в себе страх, а потом забыли о нем. Как это изменило лично Вас?
 
ОЛЬГА: Я больше не хочу чувствовать страх. Спустя два или три месяца я снова решила пойти на этот же мюзикл. Я вернулась посмотреть «Норд-Ост», чтобы перестать бояться. Думаю, этот опыт… Возможно, вы начинаете больше ценить свою жизнь, возможно, вы начинаете смотреть на вещи более философски. Но я счастлива, что я жива.
 
RT: Огромное Вам спасибо за то, что поделились своим опытом с нами.

 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT
Публикуем в Twitter актуальные зарубежные статьи, выбранные редакцией ИноТВ
источник
RT Россия Европа
теги
взрыв заложники захват Норд-Ост спецназ убийство штурм
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Загрузка...
Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG