«Чем неадекватнее и агрессивнее Зеленский, тем больше вопросов к нему возникает со стороны его так называемых союзников. Более того, отсутствие результатов на фронте и переговорном треке вызывает раздражение со стороны тех, кто всё это оплачивает. Россия не ослабевает. Украина не выигрывает. Санкции не работают. Цена на энергоресурсы растёт».
«Почему Запад, столь чувствительный к нарушению прав собственных детей, закрыл глаза на нарушение прав российских детей? У меня нет сомнений, что, поступи Таланкин так с американскими или европейскими детьми, он бы уже сидел в тюрьме. И в том, что оргкомитет не поинтересовался, есть ли у него разрешение на съёмку, просматривается отношение к российским детям как к второсортным».
«Пока что ясно одно: геополитические и стратегические интересы США и Евросоюза расходятся всё дальше, а объединяющих «коллективный Запад» культурных или религиозных скреп становится всё меньше. Их последовательно разрушают по обе стороны океана: в США — политикой «Америка прежде всего», а в Европе — размыванием собственной идентичности и христианских корней».
«Какой же хочет видеть Европа нашу страну? Побеждённой, погружённой в хаос и смуту — это понятно. Но ещё отказавшейся от своего лица и облика, предавшей всё своё, отрёкшейся от своей цивилизационной уникальности, лакействующей и рядящейся в европейские обноски. Именно такой, как нынешний режим на Украине, какой и сама Россия должна была стать, идя по перестроечной дорожке, а затем насильственно подвергаясь евроремонту или подобию интервенции».
«Для Евросоюза это, как ни странно, долгожданный шанс. Шанс пусть и принудительно, пусть и через скандалы с отставками, но закончить самоубийственную для европейской интеграции и стран — членов ЕС войну на Украине. Шанс на то, чтобы (опять же, пусть и вынужденно) восстановить отношения с Россией, которые «сделают Евросоюз великим снова».
«Что тут можно сказать — есть такое старое правило: похвала врага, может быть, и приятна, но только тогда, когда она произносится искренне, а не с каким-то подтекстом. В любой другой ситуации что-то подобное должно адресата как минимум насторожить».
«Глава Белого дома задумался над тем, как ему взять Иран за «нефтяное горло». А именно — лишить страну возможности экспортировать нефть и тем самым удушить её экономически. Возникает вопрос: как это сделать? В северной части Персидского залива находится едва различимый на карте иранский остров Харк длиной несколько километров и с населением менее 10 тыс. человек. Однако именно этот крошечный остров был и остаётся главным «нефтяным клапаном» Ирана. По некоторым оценкам, через него проходит около 90% поставок иранской нефти на мировой рынок».
«Под временное снятие американских ограничений подпадают ставшие «первыми ласточками» около 100 млн баррелей российской нефти, находящихся в транзите. Уже в первые часы после временной приостановки санкций США за ними выстроилась очередь покупателей, среди которых телеканал CNBC назвал Индию и Таиланд и упомянул об интересе Японии».
«Ни один из шагов, предпринятых властями США в реальном и виртуальном пространстве, цену на бочку Brent не снизил. Утром пятницы она торговалась по $102 — на 9% дороже, чем на сутки ранее. Идеальный шторм накрыл не многострадальный Ормузский пролив, а весь мировой энергетический рынок, заставив вспомнить непреложное. Нефтяные кризисы для Америки — это не просто экономические шоки. Это переломные моменты, меняющие саму ткань американского общества».
«Гениальный песенный текст фронтовика Алексея Фатьянова, гениальная музыка Бориса Мокроусова (как не вспомнить «Заветный камень», «Одинокую гармонь») сделали своё дело (про высший режиссёрский и актёрский пилотаж — это само собой) — «Весна на Заречной улице» ушла в народ. В том числе и как символ борьбы за почти невозможное светлое будущее».
«По мнению многих экспертов, именно более молодые, менее осторожные и довольно жёсткие люди из КСИР и составляют основное окружение нового верховного лидера. Более того, они главная гарантия его власти. Прагматически настроенные иранские политики сейчас мало на что влияют, потому что у КСИР есть жёсткий и понятный аргумент: «Помогли вам ваши переговоры? Сильно помогли?» И ведь не поспоришь».
«Если ООН не в состоянии выполнять свои уставные функции, если секретариат превратился в придаток внешнеполитических ведомств западных стран, то либо организация должна измениться, либо мир должен искать иные механизмы справедливости. И тогда не очень понятно, зачем мы платим взносы в ООН и участвуем в работе Совбеза и других органов».
«В конечном итоге Европе, если её по-настоящему прижмёт, придётся поступиться Урсулой фон дер Ляйен и её идеологическими единомышленниками. Конкурентоспособность Европы всегда зиждилась на её прагматизме. Когда страны Старого Света отходили от прагматизма, они всегда теряли свою конкурентоспособность».
«На уровне обывателя свидомых оправдывает десятилетиями создававшийся в Европе культ жертвы. Украина «защищает себя», а потому ей можно всё. Все эти беженцы, «угнетённые меньшинства» и прочие обездоленные мира сего были только репетицией перед Его Величеством Украинцем, который уже положил ноги на стол и довольно дует в усы: жалейте меня! Отдайте мне всё, что у вас есть! И не вздумайте жаловаться, ведь я страдаю за вас. И «низы», вздыхая, кивают: они привыкли — что им остаётся?»
«В МЭА (хоть этот институт нам идеологически и противен как принципиальный противник ОПЕК и ОПЕК+) служат люди серьёзные, которые суть происходящего понимают. Другой вопрос — хватит ли предлагаемых ими даже столь серьёзных антикризисных мер. И, самое главное, на сколько их хватит».
