«Позвольте-позвольте, это вы знакомы с Эпштейном через одно рукопожатие. Я, к примеру, ни через сколько рукопожатий не знакома с Эпштейном, и никого из «моих» Эпштейн за собой не утянет».
«Не помогло даже то, что в начале СВО Кларк собирала деньги на счета помощи Украине и появлялась в футболке с жёлто-голубым сердцем. Отменили её безжалостно. Хотя не Кларк же виновата в том, что у Украины культура маленькая, узкая, а у России — свой огромный культурный мир, который всегда будет притягивать иностранцев».
«Михаил Лифиц преподаёт в школе английский, он работает в школе почти 40 лет. Стажем и можно объяснить его обескураженное лицо, когда он, по выражению ученика, застыл. Начинал-то этот учитель, когда было невозможно даже представить, что к учителю можно обращаться на «ты» и уж тем более посылать его матом. А если бы какой ученик в порядке исключения отважился на такое, то все бы в классе вот так же остолбенели, а не посмеивались развязно».
«Отец Владимир был тяжело ранен и мучился ещё несколько часов рядом со своим тоже раненым сыном. Дроны прилетали и добивали людей. А потом не подпускали к убитым прихожан, пытавшихся достать тела. Это не военные жертвы — это прямое, целенаправленное убийство. Невозможно даже пытаться понять мотивы убийц, и я не хочу этого делать. Но, по крайней мере, мы теперь знаем, что всё это делается с прямого разрешения Зеленского. Он просто не считает этих людей своими. Согласитесь, что на фоне этого убийства требования Лубинца сообщить об удовлетворении первоочередных потребностей спасённых нашими военными людей выглядят совершенно фальшиво и неискренне».
«Не могла ведь она предположить, что в Одессе, в бутик-отеле, её банально обнесут. Но позже выяснилось, что из гостиничного номера всё-таки умыкнули лотов на €200—300 тысяч».
«Наличие российского паспорта не означает автоматического прекращения украинского гражданства. Поэтому теоретически бывшие жители Украины могут из России принять участие в выборах украинского президента. И они наверняка это сделают ради России, даже если и в мыслях больше не хотели бы ассоциироваться с Украиной. Вот этого, а не обстрелов больше всего боится Зеленский. А у Украины есть хороший опыт в исключении миллионов людей из избирательного процесса. В 2014 году она не допустила до досрочных выборов жителей юго-востока».
