RT

Путин советует западным критикам «заняться своими делами»

Идея создания Евразийского союза обусловлена не «имперскими амбициями» России, а стремлением к интеграции, характерным и для других регионов мира. Об этом Владимир Путин заявил в интервью российскому телевидению. Премьер обсудил с руководителями каналов и другие вопросы политики и экономики.
ВЛАДИМИР ПУТИН, председатель Правительства Российской Федерации: Добрый день!
 
РЕПЛИКА: Добрый день!
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Слушаю вас.
 
КОНСТАНТИН ЭРНСТ, генеральный директор Первого канала: Владимир Владимирович, после последнего съезда «Единой России» многое в российской политике прояснилось.  Зачем Вы возвращаетесь в Кремль?
ВЛАДИМИР ПУТИН: Во-первых, - и все это хорошо знают, я об этом говорил, и в своё время Борис Николаевич Ельцин тоже упоминал об этом, – я никогда не стремился к этой должности. Более того, в своё время, когда мне было это предложено, даже выражал сомнения, стоит ли мне этим заниматься, имея в виду огромный объём работы и колоссальную ответственность за судьбы страны. Но, если я за что-то берусь, я стараюсь довести дело либо до логического завершения, либо, как минимум, привести это дело к максимальному эффекту.
 
Но есть, как вы и сказали, наши критики – и мои, и Дмитрия Анатольевича Медведева, ну которые говорят, что, если ваш покорный слуга пойдёт на выборы, то выборов и не будет совсем. Ну, это для них, может быть, не будет, а для рядового гражданина всегда есть выбор. Для тех, кто говорит подобным образом, может быть, для них не будет, но им – этим людям, нашим оппонентам – нужно тогда предложить свою программу и, что самое главное, не просто предложить свою программу, а доказать практической работой, что они могут сделать лучше. 
 
Наконец, надо посмотреть на опыт других стран. Франклин Рузвельт руководил страной в самые тяжёлые годы экономической депрессии и во время Второй мировой войны и избирался четыре раза, потому что действовал эффективно. Коль в ФРГ тоже 16 лет был у власти. Да, он не был президентом, но это фактически первое лицо в государстве, в исполнительной власти. Один из бывших премьеров Канады – то же самое. А во Франции после Второй мировой войны? Там президентский срок был семь лет без ограничения по количеству раз избрания. И вот только совсем недавно внесли изменения в конституцию – до пяти лет и два срока подряд. Они сделали в принципе, как у нас. О чём это говорит? О том, что когда страна находится в сложных, тяжёлых условиях, находится на выходе из кризиса, становится на ноги, вот эти элементы стабильности, в том числе и в политической сфере, крайне важны.
 
Что же касается разговоров по поводу того, что вот сейчас ваш покорный слуга может возвратиться – это ещё не факт, ещё нужно, чтобы люди проголосовали. Одно дело, когда я слышу где-то положительные сентенции на этот счёт и предложения от граждан в конкретных регионах, а другое дело, когда вся страна придёт на голосование. Надо, чтобы граждане пришли и выразили своё отношение к тому, что мы делали до сих пор.
 
Но один из существенных элементов – это, конечно, наиболее активная часть политического спектра, которая говорит о процессах демократии в стране, о демократических институтах: есть опасения, что они как-то будут преданы забвению. Нет, конечно, потому что я не мыслю себе развитие страны без развития демократических институтов. Всё это и будет, безусловно, тем, чем я и намерен, буду заниматься в будущем, ещё раз скажу, хочу подчеркнуть, – укреплением политической системы страны, её базовых основ, развитием демократических институтов и развитием рыночной экономики с упором на её социальную ориентацию.
 
КОНСТАНТИН ЭРНСТ: Владимир Владимирович, Вы только что совершили рабочий визит в Китай, и многие отметили, что это первая Ваша зарубежная поездка после того, как Вы сообщили о том, что идёте на новые выборы. Значит ли это, что Китай для нас стал или становится основным внешнеполитическим партнёром?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Нет, это совпадение. Если вы посмотрите (это не секретный документ) график работы Правительства, то увидите, что мы регулярно проводим межправительственные встречи между Правительством России и Правительством Китая, которого мы без всякого преувеличения, с полным основанием можем считать и называем стратегическим партнёром. И дело не только в том, что между нашими странами самая большая, протяжённая граница в мире. Дело в том, что товарооборот растёт очень большими темпами. Дело в том, что Китай развивается очень большими темпами и становится для нас очень хорошим партнёром и рынком сбыта наших товаров и инвестиций в нашу экономику.
 
ВЛАДИМИР КУЛИСТИКОВ, генеральный директор телекомпании НТВ: Всё-таки партнёром, а не угрозой, Владимир Владимирович?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Вы знаете, я тем, кто нас пытается пугать китайской угрозой, много раз говорил (а это, как правило, наши западные партнёры): ведь в современном мире, как бы ни были привлекательны минеральные ресурсы Восточной Сибири и Дальнего Востока, всё-таки главная борьба идёт не за них. Главная борьба идёт за мировое лидерство, и здесь мы с Китаем спорить не собираемся. Здесь у Китая другие конкуренты. Вот пусть они между собой и разбираются. Для нас Китай – партнёр, партнёр надёжный. И мы видим готовность и желание китайского руководства и китайского народа выстраивать с нами дружеские, добрососедские отношения и искать компромиссы по самым, казалось бы, сложным вопросам. Мы видим эту готовность, со своей стороны действуем таким же образом, и, как правило, эти точки соприкосновения находим. И, уверен, будем находить их и в будущем.
 
ОЛЕГ ДОБРОДЕЕВ, генеральный директор ВГТРК: И вот к теме мирового лидерства. В своей статье в газете «Известия» Вы пишете о создании Евразийского экономического пространства, которое может соединить Европу и бурно развивающиеся страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Одновременно все помнят Ваши слова о том, что распад Советского Союза был главной геополитической трагедией минувшего века. И в этой связи, что бы Вы ответили тем, кто видит в том, что было написано Вами, что было сказано, желание воссоздать новую империю, видят в этом проявление неких имперских амбиций?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Не надо быть крупным специалистом, чтобы понять: от сложения наших возможностей – технологических, инфраструктурных, по транспорту, по энергетике, по минеральным ресурсам, по рабочей силе, по территориальным возможностям, даже по языковым, что тоже очень важно для развития общей экономики, – если мы всё это сложим, наша конкурентоспособность будет резко возрастать. Резко будет возрастать! Мы используем те конкурентные возможности, которые достались нам от прежних поколений, и можем перевести их на современную, новую базу. А если мы будем внедрять в наши внутренние процедуры нормы и правила Всемирной торговой организации, то мы станем более прозрачными для наших внешних партнёров.
 
Что касается наших критиков из-за рубежа – именно критиков, которые говорят о наших имперских амбициях. Ну что же можно здесь сказать? Мы видим, что происходит, скажем, в Европе: там интеграция достигла такого уровня, который даже в Советском Союзе иногда не снился. Ведь, наверное, вы знаете, а если нет, то я могу сказать об этом: количество обязательных для исполнения решений Европарламента больше, чем количество обязательных решений, которые принимались Верховным Советом СССР для советских республик. А в Америке? В Северной Америке идут активные интеграционные процессы между США, Канадой, Мексикой, то же самое происходит в Латинской Америке, то же самое происходит в Африке. Там у них всё можно и всё в порядке, а у нас – имперские амбиции. Вот этим критикам, а они явно недобросовестные критики, я могу сказать: знаете что, займитесь своими делами – боритесь с возрастающей инфляцией, с растущим государственным долгом, с ожирением в конце концов, – займитесь делом.
 
КОНСТАНТИН ЭРНСТ: Владимир Владимирович, реакция Запада на Ваше решение идти на выборы внешне была довольно безразличной. Мол, дескать, это внутреннее дело России, мы будем работать, как сказала Ангела Меркель, с любым законно избранным президентом. Но Вы же понимаете, что Запад считает Вас ястребом. Каково Ваше отношение к этому образу и вообще, что Вы думаете, существует ли и что будет происходить с перезагрузкой, которая как образ существует, но её ярких проявлений что-то не очень заметно?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Ястреб, во-первых, хорошая птичка.
 
КОНСТАНТИН ЭРНСТ: Но Вы точно не голубь.
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Я вообще человек. Но я против всяких клише. Мы и в прежние времена, и сегодня, и в будущем проводили и будем проводить взвешенную политику, направленную на то, чтобы создать благоприятные условия для развития страны. А это означает, что мы хотим иметь дружеские отношения со всеми нашими партнёрами. Естественно, мы защищали и будем самым активным образом защищать наши национальные интересы, но мы всегда делали это корректно и будем это делать так же корректно в будущем. Мы всегда будем искать компромиссы, приемлемые для наших партнёров и для нашей страны, при возникновении каких-то острых и спорных вопросов. Мы не заинтересованы в конфронтации. Напротив, мы заинтересованы в сотрудничестве.
 
Европа – это не только географическое понятие, это прежде всего культурное понятие. Нас объединяют с Европой общие ценности, в основе которых, правда, лежат прежде всего христианские ценности, но не только это. Даже люди, которые считают себя атеистами, всё равно воспитаны на христианских ценностях. Но у нас многоконфессиональная страна Россия, и у нас ислам очень сильно представлен, у нас иудаизм представлен, у нас представлена четвёртая наша традиционная религия - буддизм. Понимаете, мы такая страна, страна такой культуры, которая позволяет нам очень гармонично развивать отношения практически со всеми странами мира, опираясь на нашу собственную историческую культурную базу и традиции. Мы именно в таком направлении и будем действовать.
 
ВЛАДИМИР КУЛИСТИКОВ: Владимир Владимирович, опять ведь штормит мировую экономику, падает всё на биржах, говорят, потенция биржевиков самих тоже клонится к закату. Отток капитала наблюдается с развивающихся рынков, в том числе и из России. Я недавно читал статью о том, что для того, чтобы противостоять таким вызовам новой волны кризиса, правительству нужна особая программа. Она должна быть короткая, как женская юбка, и открывать привлекательные перспективы. Тогда люди бизнеса поверят, и кризис прекратится. Вот скажите, у Вашего правительства есть такая программа? И кстати, так как бюджет у нас рассчитан 100 долларов за баррель нефти, а цена на нефть падает, будет ли пересматриваться бюджет?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Ну знаете, если всё время говорить о том, что всё падает, то ничего и не поднимется никогда. А у нас рост 4% будет в этом году – это удовлетворительно, а вот в Китае будет 9% – это уже хорошо. И нам нужно стремиться к тому, чтобы и у нас рост темпов экономики был 6–7%, как мы это и обеспечивали в предыдущие годы до кризиса. И мы к этому будем стремиться, я это уже говорил.
 
Что касается открытости экономики, то мы, конечно, будем к этому стремиться. Правда, есть такие опасения, особенно с возможным присоединением нашей страны к ВТО, что эта чрезмерная открытость может нам даже навредить. Поэтому насчёт женской юбки – кому-то хорошо иметь короткую юбку, а кому-то лучше пользоваться другими…
 
ВЛАДИМИР КУЛИСТИКОВ: Подлиннее.
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Да, другой одеждой. Мы в целом неплохо оказались подготовленными к кризису конца 2008-го – начала 2009 года. Какова наша ситуация сегодня? Мы внимательно смотрим за тем, что происходит в мировой экономике и на ведущих площадках. Ясно, что уровень диверсификации нашей экономики ещё недостаточный. Мы об этом прямо и открыто говорим, для того чтобы чувствовать себя увереннее. Ведь в чём проблема? Когда рынки западные сужаются, уменьшаются объёмы продаж наших товаров и падают цены на них. А их всего там 4–7 отраслей. И поэтому удар для нас такой существенный и тяжёлый: если бы у нас было 50–100 отраслей, то ситуация была бы более сбалансированной, и тогда мы могли бы переходить и к плавающему курсу национальной валюты. А до тех пор Центральный банк вынужден немножко там регулировать. В целом, мы сможем сказать о том, что готовы к любым изменениям внутренней конъюнктуры, только после того как диверсифицируем нашу экономику.
 
ВЛАДИМИР КУЛИСТИКОВ: С «Газпромом» всякие неприятности происходят в Западной Европе: какие-то обыски в Германии в офисах «Газпрома». Как Вы вообще расцениваете эту ситуацию вокруг, собственно, нашей крупнейшей компании?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Очень просто. Я об этом говорил много раз публично: все, кто продают товар, хотят продать подороже, а все, кто покупает, хотят получить его подешевле, а лучше вообще на халяву, как у нас в народе говорят, за бесплатно. За бесплатно, ясно, никто отдавать ничего не будет, но хотят подешевле. Вот, предпринимают всякие решения в одностороннем порядке – Третий энергетический пакет, причём в совершенно беспрецедентном порядке придают ему обратную силу, что в современном, цивилизованном мире, казалось бы, вообще недопустимо, но тем не менее это делается. Мы считаем, что цель здесь одна – понизить стоимость товара, оторвать вполне рыночный способ ценообразования, а он у нас сегодня завязан на цену на нефть. Мы же не диктуем административно эту цену, мы привязаны к нефти: нефть повышается – стоимость газа повышается, нефть падает – стоимость газа падает.
 
Мне кажется, что это не очень дальновидный вообще подход, потому что, да, допустим, сегодня цена достаточно приличная на нефть, но завтра она может упасть и тогда «Газпром» будет нести убытки, а, наоборот, те, кто покупает, будут получать преференции. Не думаю, что это обоснованно. Кроме того, газовый рынок всё-таки очень своеобразный, он привязан в значительной степени к конкретному поставщику. Было бы ошибкой вводить туда третье звено, как сейчас предлагают наши партнёры, или поставить третьего покупателя и продавца… То есть на границу наш газ пришёл в западноевропейские страны, нам говорят: продайте его на бирже третьему лицу, юридическому, оно купит и потом дальше будет продавать. Но это, знаете, может к чему привести? Просто кто-то будет получать дополнительную маржу. Совсем необязательно, что цена пойдёт вниз. Это первое.
 
ОЛЕГ ДОБРОДЕЕВ: А что вы сочли бы для «Единой России» достойным результатом этих выборов?
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Вы знаете, вы меня сейчас пытаетесь передвинуть в плоскость каких-то политических предсказаний.
 
ОЛЕГ ДОБРОДЕЕВ: Нет, нет. Никаких цифр. Я спросил - достойным результатом.
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: «Единая Россия» должна остаться ведущей политической силой в стране и в Государственной думе. Это было бы достойным результатом
 
КОНСТАНТИН ЭРНСТ: Спасибо, большое Владимир Владимирович, за эту встречу. У нас на сегодня, пожалуй, все!
 
ВЛАДИМИР ПУТИН: Благодарю вас.
В нашем паблике в VK самые свежие статьи и сюжеты зарубежных СМИ
источник
Россия Европа
теги
2012 Владимир Путин ВТО Газпром диверсификация экономики Европа Единая Россия Китай парламентские выборы президентские выборы Россия экономический кризис
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG

Загрузка...