NZZ: Русские свято верят, что «дважды два – пять», а Крым – Россия

В Россию вновь вернулась старая формула «дважды два – пять», которую отстаивали классики русской литературы, отмечает Neue Zürcher Zeitung. Эта формула символизирует протест против всего «западного» и «рационального», чуждого «иррациональной русской душе», и «аннексия Крыма» и конфликт на Украине служат наглядной иллюстрацией веры русских в эту «абсурдную истину», утверждает издание.
NZZ: Русские свято верят, что «дважды два – пять», а Крым – Россия

Как пишет автор Neue Zürcher Zeitung Феликс Филипп Ингольд, формула «дважды два» или «дважды два – четыре» означает в русской повседневной речи «все понятно», «все как обычно», «без проблем». Эта формула закрепилась в русской литературе с середины 19-го века и до сих пор используется как метафора рационального, «западного» по своему характеру действия, поведения и мышления, и ее антитезой выступает логически несостоятельная формула «дважды два – пять» как своего рода символ национального русского характера, «русской души» или «русского менталитета».

«Не только усиливающийся великорусский национализм, но и экспансионистская политика Российской Федерации по отношению к Украине подтверждают правильность неправильной формулы «дважды два – пять”», - отмечает автор материала.
 
Как известно, впервые формулу «дважды два – пять» использовал Тургенев в своем романе «Отцы и дети», изобразив антагонизм между «Западом» и «Востоком» и показав особый статус России. А Достоевский в своих «Записках из подполья» использует иррациональную формулу как кредо против прогрессивного крыла русской интеллигенции, социалистов и либералов, как аргумент превосходства иррационального и абсурдного против одномерного, упорядоченного, прагматичного и общепризнанного.
 
В свою очередь, Тютчев писал, что «умом Россию не понять, аршином общим не измерить…», то есть опять-таки подразумевал формулу «дважды два – пять», отделяя национальное от рационального. Лев Толстой однажды составил каталог «типов европейского мышления и сознания», приписав немцам «самосознание на основе абстрактной идеи, науки», французам – «высокую оценку собственный интеллектуальных и физических достоинств», англичанам – «гордую лояльность индивидуума государству». Русский же, по словам Толстого, «знает, что он ничего не знает, и что он вообще не хочет знать, потому что убежден, что не может знать». По Толстому, человек не может быть «добрым», если он верит в то, что «дважды два – четыре».
 
Московский писатель Виктор Ерофеев так прокомментировал «возвращение русской души» и принципа «дважды два – пять» в российскую политику: «Русский состоит из ничего и содержит в себе все. Русский знает, что ему не принадлежит ничего, но верит, что ему принадлежит весь мир. При всей внешней кротости, мелодичной легкости России, при ее женственной фигуре и любви к кефиру, в этой стране живет народ с огромным аппетитом. Вчера все, сегодня ничего, завтра опять все. Если этот стиль “все-ничего-все” культурно оформить и направить в разумное русло, то Россия могла бы стать модной страной, вроде Непала».
 
«При всей иронии, эти слова следует воспринимать всерьез, поскольку они подкрепляются до сих пор продолжающимся дипломатическими и военными конфликтами на востоке Украины и их изначальным поводом – “возвращением домой” Крыма именем великорусского патриотизма», - резюмирует автор NZZ.
 
Фото: Reuters
источник
Швейцария Европа
теги
вооруженный конфликт Крым Лев Толстой Россия Украина Федор Достоевский

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG