Sky News: Путин не выступает по авиакатастрофе – значит, дело серьезно
По мнению обозревателя Павла Фельгенгауэра, которое он высказал в эфире Sky News, Владимир Путин всегда «исчезает», когда дела идут действительно плохо. Так было с подлодкой «Курск», точно так же дела обстоят и сейчас, после катастрофы авиалайнера А321. При этом телеканал отмечает, что вероятность теракта не исключают даже на официальном уровне.
А теперь давайте поговорим подробнее о крушении пассажирского самолета в Египте. С нами на прямой связи из Москвы журналист Павел Фельгенгауэр. Доброе утро!
Итак, и Египет, и Россия нам сказали, что это не террористический акт. Учитывая это, циники могут сказать, что Египет не захочет признать, что это был террористический акт, поскольку хочет защитить свою туристическую отрасль, а Россия, в свою очередь, не захочет говорить, что стала мишенью террористов. Как вы думаете, мы когда-нибудь добьемся от российской стороны правды?
ПАВЕЛ ФЕЛЬГЕНГАУЭР, журналист: Я верю, что полностью скрыть правду невозможно, поскольку в расследование вовлечено слишком много сторон, и обстоятельства непременно станут известны. В настоящий момент официально не исключается ни одна возможность. Так что даже на официальном уровне до сих пор рассматривают вероятность теракта.
Согласно последним данным эта катастрофа произошла еще в воздухе: самолет развалился в воздухе, возможно, загорелся. И ясно, что экипаж ничего не контролировал, и самолет, возможно, упал «на спину». То есть произошло нечто действительно катастрофическое. И это мог быть и теракт.
Есть же и другие предположения, правда? По словам жены второго пилота, ее муж неоднократно говорил ей, что этот самолет был в плохом состоянии и он опасался на нем летать. Какие мысли по этому поводу возникают в России? Уделяют ли люди этому внимание или они просто шокированы и опечалены тем, что произошло?
ПАВЕЛ ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Власти очень активно обсуждают именно этот вариант. В российском парламенте – Государственной думе – говорят, что авиакомпанию нужно быстро закрыть. Возможно, большинство российских авиакомпаний нужно закрыть. Оставить разрешение на полеты всего двум или трем компаниям – «Аэрофлоту», к примеру, – как в советские времена, чтобы повысить стандарты безопасности.
То есть да, власти очень серьезно напирают на то, что это маленькая чартерная авиакомпания. Но, скорее всего, они, таким образом, избегают публичных заявлений о том, что эта катастрофа могла стать результатом действий террористов или какого-то другого преступления. Но если это так, тогда им, конечно же, придется принять этот факт, поскольку полностью скрыть это, я считаю, не удастся.
В какой форме проходит расследование? Насколько мне известно, когда ситуация затрагивает множество стран, предполагается соблюдение определенных процедур. Возглавляет ли Россия это следствие? Ведь самолет принадлежал компании именно этой страны.
ПАВЕЛ ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вообще-то, согласно международному законодательству, во главе расследования должна стоять египетская сторона. Вероятно, они в данном случае даже больше России заинтересованы в том, чтобы заявить, что это не теракт, поскольку под угрозой оказалась вся их туристическая отрасль.
Однако, конечно же, российская сторона также будет широко представлена в расследовании. Также там будут и международные участники, представители Международного комитета гражданской авиации. Так что в расследовании участвует множество сторон, и его результаты – если они будут однозначными (скажем, найдут остатки взрывчатых веществ или же в кабине завязалась драка – и пилот потерял контроль), – обязательно станут известны. Я не думаю, что эту информацию удастся полностью сохранить в тайне.
Поправьте меня, если я ошибаюсь, но тут вот что интересно. Обычно мы очень часто видим президента Путина, когда он хочет заручиться еще большей поддержкой и показать себя как уверенного лидера вашей страны. Но, если я не ошибаюсь, за последние несколько дней мы его вообще не видели. Заявил ли он что-нибудь по этому поводу?
ПАВЕЛ ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Он вообще не делал публичных заявлений, но это его отличительная черта: когда что-то идет действительно плохо, он исчезает. К примеру, когда случилась трагедия с подлодкой «Курск» в 2000 году, он не делал публичных заявлений на протяжении достаточно продолжительного времени. Так что вы правы, если Путина не видно, значит, дела обстоят очень серьезно.
С нами на прямой связи из Москвы был Павел Фельгенгауэр. Нам придется на этом завершить наш разговор из-за ограничений по времени. Спасибо, что уделили нам время этим утром.
Дата выхода в эфир 02 ноября 2015 года.
В нашем паблике в VK самые свежие статьи и сюжеты зарубежных СМИ
Сегодня в СМИ
