Билет в вечность

Короткая ссылка
Сергей Цветаев
Сергей Цветаев
Писатель, публицист

Беримбао — что-то вроде лука с резонатором, забавная вещица и дивный музыкальный инструмент. Тыква, палка, камень, палка поменьше, крохотная плетёная корзинка, струна и монета.

Также по теме
Объекты 51-й дивизии РВСН СССР на Кубе в 1962 году «Подкинуть Америке «ежа»: как СССР смог незаметно для США развернуть баллистические ракеты на Кубе
21 мая 1962 года Москва приняла решение о переброске на Кубу баллистических ракет средней дальности. Таким образом СССР намеревался...

Как вам такое?

Основа стиля, между прочим, а ещё важнейший элемент капоэйры. И временами босановы. Всё там у них, в Бразилии, переплелось и смешалось — как в джунглях Амазонки.

Berimbau — шестая по счёту композиция с альбома Love, Strings and Jobim 1966 года — вершина, апофеоз латиноамериканского джаза, слившегося в экстатическом наслаждении с босановой. Весь альбом. Все 12 треков. Том Жобим написал лишь два из них: Eu Preciso de Você (Hurry Up and Love Me) и Samba Torto (Pardon My English).

Казалось бы, к чему такие подробности?

К тому, что Том Жобим (Antônio Carlos Brasileiro de Almeida Jobim) составляет значимую часть воздушного океана планеты — мы им дышим, даже если ничего не знаем об этом.

Garota de Ipanema (The Girl from Ipanema) написана Жобимом в 1962-м и с того самого времени занесена в нашу ДНК — вы и представить себе не можете, сколько раз в каждый из дней земных она считывается сознанием. Самая известная, вне конкуренции и «экспертных мнений», вещь в жанре босановы.

Tall and tan and young and lovely

The girl from Ipanema goes walking.

And when she passes, each one she passes

Goes A-a-a-h...

А босанова, к слову, сводная, до одури сексапильная и ни разу не скучная сестра орлеанского джаза, диксиленда. С чего такое родство? По признаку кипящей крови и неугасимого духа — пламя страстей человеческих неизменно пожирает вас при прослушивании упомянутых стилей. В одном отличие: босанова — огонь медленный и текучий, жидкое солнце, обжигающе раскалённое, умиротворяющее обезумевшую плоть.

Примерно так.

А вы думали, они в Бразилии шутки себе шутят?

Когда подступает состояние, точно выраженное русским словом «тошно», ставьте на иглу Love, Strings and Jobim — вас отпустит, вы сможете дышать, воздух, частью которого, как было уже сказано, является Том Жобим, излечит и очистит ваше сознание до уровня «кристально прозрачно».

Странно, правда?

Почему на конверте имя одного Жобима? Кто остальные?

Самые разные латиноамериканские (преимущественно бразильские) композиторы и певцы. К примеру, Эумир Деодато, выпустивший в 1973-м сольный альбом Prelude (Deodato album), на котором прозвучала невероятно и хиповски аранжированная Also Sprach Zarathustra (2001) Рихарда Штрауса. А отсюда ниточка тянется прямиком к Элвису, все концерты которого в 70-е именно с этой introduction и начинались, и потому очень понятно, чем и кем был вдохновлён Деодато.

А Элвис, в свою очередь, отдал должное  «бразильскому диксиленду», записав в 1963-м Bossa Nova Baby, которую до сих пор вся латина распевает, пританцовывая...

Какая-то путаница, правда?

«Привыкай, дружок, путаницы тут будет предостаточно — а какая же настоящая сказка без путаницы?»

Босанова и есть сказка — сон в жаркий полдень, не распознать, где явь, да и есть ли она. Вы скрылись от палящих лучей, морской ветер приносит желанную прохладу. Никуда не надо идти, и ничего не надо делать. Быть может, уже никогда...

When she walks she's like a samba.

When she walks, she's like a samba.

That swings so cool and sways so gentle

That when she passes, each one she passes

Goes A-a-a-h...

Самое яркое и чувственное исполнение The Girl from Ipanema принадлежит, бесспорно, Аструд Жилберту, жене и музе бразильского гитариста, певца и композитора Жуана Жилберту. Это именно он придал музыке Тома Жобима звучание, близкое к неземному и нездешнему — точно ангелы за ухом, мурлыча, напевают. Ангелы, с крыльями такие, очень хорошо поют. Никогда не видели? Так хоть послушайте.

Также по теме
Игорь Курчатов (справа) с группой сотрудников Ленинградского физико-технического института «Русская атомная тройка»: как в СССР создавалось ядерное оружие
Легендарный писатель и журналист Владимир Губарев, свидетель и участник событий, связанных с созданием атомной бомбы в СССР, рассказал...

Вы помните, какие тогда стояли погоды и времена?

Мир плавно раскачивался, едва удерживаясь над бездной...

Атомная безудержная гонка, атомные бургеры с табаско и халапеньо, атомные бомбоубежища для семьи со всеми удобствами... Это у них. Атомный щит над небом Родины, атомные подкопчённые сосиски в хрустящей булочке, атомные дачные посиделки на садовых участках... Это у нас. Взрывы, испытания, опять испытания и опять взрывы. 

У человечества периодически отшибает память.

Всё-то нам кажется, что жить мы будем вечно — маленькие безумные гордецы в майонезной банке, — мир велик, и он терпит нас лишь до поры.

Жобим, и в том я совершенно уверен, решил дать планете, да и всем нам, шанс — музыка бывает и посильнее атомной бомбы. Всё, что он нам оставил, — эликсир истинного бессмертия, квинтэссенция радостей и горестей человеческих. Без примесей, без улучшателей и присадок.

В апреле 1964-го вышел альбом Getz/Gilberto — легендарный Стэн Гетц, один из величайших саксофонистов мира, прозванный The Sound за умение и божий дар извлекать из тенор-саксофона почти человеческую, без перевода понятную речь, записал его на пару с Жуаном Жилберту. Сессия состоялась 18—19 марта 1963 года в нью-йоркской A&R Recording Studios. Вокал во всех треках — Жуан Жилберту (на португальском) и его жена Аструд (на английском). За роялем — Том Жобим (восемь из десяти треков — его авторства). 

Это первый в истории джазовый альбом, получивший «Грэмми» в категории «Альбом года». Кроме того, «Грэмми» получили композиции Girl from Ipanema (про неё вы всё знаете) и Desafinado (вершина, иначе и не скажешь). Успех так успех. Лёгкость, с которой была проведена запись, тем более удивительна, что Жилберту в любой момент мог прервать любой концерт, сославшись на «недостаточно конструктивное и проникновенное звучание в зале», а Гетц и того больше — если что не нравилось, уходил со сцены молча.

Все мы немного дети, когда заняты любимым делом. И только если оно, дело то, поглотило нас без остатка, становимся взрослыми детьми, осознающими меру и глубину происходящего.

Босанова вовсе не анальгетик моментального действия — долгое путешествие по морскому побережью, по линии прибоя, по тонкой нити между вечерним угасающим солнцем и бесконечным летним днём внутри, где нет места отчаянию и все всегда живы...

Упомянем и легендарный альбом Jazz Samba — Stan Getz & Charlie Byrd 1963 года, записанный за один день, 13 февраля 1962-го, в Вашингтоне, в здании Pierce Hall, All Souls Unitarian Church. Из восьми треков Жобимом написаны лишь два, но, когда вы слушаете, вы точно уверены в одном: это всё он, Том Жобим, а Стэн Гетц и Чарли Бёрд (очень серьёзный джазовый гитарист) — его эмиссары.

Эффект присутствия — если ты задал координаты и временные точки пространства, а после его покинул.

Эффект следования — когда ты предложил общую интонацию и её искренность зажгла сердца многих.

Карибский (он же Кубинский, а на самой Кубе — Октябрьский) кризис был короток (16—28 октября 1962 года) и научил человечество одному: мало испугаться в моменте, важнее прочего испугаться — и крепко — потом, когда всё как будто уже позади, но... Достаточно ли сильно мы тогда испугались?

Джон Кеннеди был убит 22 ноября 1963 года.

Никита Хрущёв был смещён с поста 14 октября 1964 года.

И босанова Тома Жобима, захватившая мир в самом начале 1960-х, словно бы всего этого и не заметила, почти не оборачиваясь и не глядя, прошла мимо. Однако на самом деле...

Вернитесь к альбому Love, Strings and Jobim — напомню, это 1966-й.

Пока вы будете его слушать (постарайтесь делать это не в сопровождении пылесоса или газонокосилки), не единожды — так не получится, может, три-четыре раза подряд (убедитесь в этом на личном опыте) — перед вами пройдёт вся ваша жизнь.

Вы вспомните и первую настоящую любовь, и первую настоящую победу. Вы вспомните, как это было, когда мир был велик и деревья кронами достигали неба и солнца. Вы вспомните дождь и ветер на своём лице, запах старинных книг и аромат вина в высоком бокале. Вы вспомните откровения судьбы, её удары, её нежданные и оттого ещё более ценные подарки...

И на 11-м треке, Morrer de Amor (I Live to Love You), вам откроется настолько потрясающая, настолько пронзительная и сладостно спокойная, полная созерцательного величия картина всеобщего смысла бытия как гармонии, порождаемой хаосом, что...

Ничего не могу с собой сделать — каждый раз я вижу финальные титры киноэпопеи и возникающую во весь экран надпись «Конец фильма». И мне немедленно хочется начать всё сначала, ведь именно так она и устроена — киноэпопея нашей с вами жизни, любой жизни.

12-й трек вам в этом поможет.

Слушайте хорошую музыку и цените каждое мгновение бытия — это и есть ваш билет в вечность.

Том Жобим, славные его друзья и вся эпоха босановы заслуживают отдельного большого разговора — значит, так оно и будет. Пока мы поговорили лишь о трёх очень важных пластинках той эпохи.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Добавьте RT в список ваших источников
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить