Večernji list Оригинал

Večernji list: Путин строит империю на культе патриотизма и сильного лидера

Российский лидер Владимир Путин строит «новую российскую империю» и готов ответить решительным ударом, если кто-то заденет его за живое, пишет Večernji list. При этом он «всё меньше кажется решением, и всё больше — проблемой» для современной неупорядоченной мировой политики, говорится в статье. Однако россияне, которым Путин вновь привил православие, патриотизм и стремление обрести сильного лидера, продолжают поддерживать его и восхищаться его мощью как в физическом, так и в политическом плане, отмечает хорватское издание.
Večernji list: Путин строит империю на культе патриотизма и сильного лидера
Reuters

Если бы кому-то, кто «невероятно увлечён политикой», довелось выбирать, кого из самых «влиятельных людей» мира сегодня стоит пригласить на неформальный ужин — то больше всего сомнений, вероятно, вызвала бы кандидатура российского президента Владимира Путина, пишет Мирко Галич в статье для хорватского портала Večernji list. По мнению автора, для философских бесед за столом Путин не очень подходит, поскольку с философией его связывает лишь «необдуманное заявление о том, что и дзюдо — это философия», а не только спорт, и до ужина сначала пришлось бы «устроить этому русскому серьёзный политический обыск», чтобы он и за столом «не демонстрировал мышцы».

Однако, отказавшись от идеи пригласить Путина, нельзя быть до конца уверенным, что ты тем самым «не наказываешь лишний раз» терпеливого политика, который пока наблюдает, как иностранные войска размещаются на границе его сильной державы. А согласившись пригласить Путина — рискуешь «вознаградить агрессивного правителя», который нарушает международное право и «оккупирует или отторгает части других стран», подчёркивается в статье: «Подобные его поступки в мире в основном осуждаются, поскольку после Второй мировой войны еще ни одно государство так жестоко не отнимало часть территории другого».
 
В то же время для «меньшей части общественности», людей или объединений с «авторитарными и консервативными склонностями», Путин предстаёт как некоронованный лидер нового консервативного движения против мирового либерального порядка, воцарившегося после краха коммунизма и разрушения «ялтинской системы», пишет Večernji list. «После 17 лет правления и с перспективой остаться в Кремле на столько, на сколько ему захочется (в случае внесения изменений в Конституцию), Владимир Путин уверенно ведёт Россию от искушения к искушению (по его версии — от победы к победе). На многочисленных копиях своих портретов он выглядит более мягким, чем грубый политический оригинал, известный по Украине, а прежде — по событиям в Грузии», — отмечает автор.
 
По его мнению, мастерство российского президента «как государственника» также играет определённую роль в техническом воплощении проекта по «возрождению российской имперской мощи». Благодаря этому под влиянием «волшебников кино» вроде Оливера Стоуна и Никиты Михалкова формируется «образ Путина-героя для нового мавзолея», говорится в статье: «Прославленные режиссёры облагораживают его имидж и с долей симпатии по отношению к этому обладателю чёрного пояса (по дзюдо) и укротителю львов возмещают недостаток расположения к нему в демократических и либеральных кругах, которые недолюбливают Путина из-за явной государственной агрессивности».
 
Когда-то российский лидер был для мира «интригующей загадкой», однако теперь Путин «всё меньше кажется решением, и всё больше — проблемой для современной неупорядоченной мировой политики», полагает Večernji list. Если американского президента контролирует правовое государство, а теперь всё откровеннее — и его собственная партия, то российский президент «сам контролирует и государство, и партию, не говоря уже о спецслужбах и полиции, которые у него под пятой», подчёркивает автор. По его мнению, после «тяжёлого ельцинского похмелья» россиян теперь «опьянили сила и мощь Путина, физическая и политическая». В избранное интеллектуальное окружение Путина нет доступа тем политическим противникам, которые не думают так же, как он — их он отправляет в изгнание или в психиатрическое «убежище», если они не принимают его правил «демократической игры», и при помощи силовых структур жёстко разделяет российское общество по принципу «кто не со мной, тот против меня», говорится в статье.
 
И хотя сам Путин никогда не произносил слово «империя» или какое-то его производное, однако психологи и политические аналитики объясняют это традиционным «сокрытием следов и намерений», пишет Večernji list. Но даже при отсутствии признаний российский лидер демонстрирует достаточно других доказательств того, что он успешно возрождает «имперскую мощь России», уверен автор: «В отличие от полуразрушенной, уставшей, обнищавшей и потерявшей всякие надежды военной и идеологической империи, которая сама разрушилась после падения Берлинской стены, путинская Россия твердо стоит на ногах и готова ответить ударом любому, кто наступит ей на больную мозоль, даже если это будет соседняя страна». В то же время все империи исторически оказывались «палкой о двух концах», и было невозможно предугадать, по кому будет нанесён первый удар — однако в итоге они сами и страдали, потому что вовремя не умели обуздать собственную мощь, отмечается в статье.
 
«Путин никогда не сожалел о коммунизме, хотя его дед был поваром у Сталина, а отец — железнодорожником и убежденным партийцем, который воевал с фашизмом», — отмечает автор. Для российского лидера коммунизм — это «опасная история», которую не стоит повторять, и вероятно, это мнение сложилось из опыта его работы агентом КГБ, когда он лично смог убедиться в неизбежности краха системы в момент падения железного занавеса, полагает Večernji list. В то же время Путин «осторожно выражает свое сентиментальное отношение к советскому прошлому», и если вначале он ещё «осторожничал» с советским опытом, то по мере того, как складывалась его политика и менялись обстоятельства, он позволял себе более откровенные заявления о том, что распад СССР был «крупнейшей геополитической катастрофой века». А поздравляя с присоединеним Крыма к России и говоря о необходимости помочь проживающим там русским, он вызвал опасения в соседних с Россией государствах, где тоже есть русскоязычное население, что Москва решит предложить и им свою «братскую помощь», в том числе военную, для «воссоединения», говорится в статье.
 
Путин пришёл из Санкт-Петербурга в политику с дипломом юриста, не обладая при этом «ореолом политического интеллектуала», и в то же время интеллектуально он «превосходит американского президента Трампа, с которым его роднит концепция президента как сверхчеловека», пишет Večernji list. И хотя до интеллектуальности Макрона российскому лидеру, по мнению автора, «ещё далеко», но многие отметили, как хорошо Путин держался, когда французский президент недавно привел его в Батальный зал в Версале, чтобы впечатлить «славным военным прошлым» Франции, начиная со времен Хлодвига и заканчивая эпохой Наполеона. Однако российский президент «не дал себя смутить» и на французские победы ответил победами России, сопоставив Наполеона с Петром Великим. «Ясно, что Петра Великого Путин приводит как пример, когда нужно доказать: управлять Россией можно только так, как это делал он. Фёдора Достоевского Путин упоминает как мистика и светоча русского православия, а единственного нерусского деятеля Иммануила Канта вспоминает как интеллектуальную предтечу духовного и политического просветительства, нравственности и открытости», — делает вывод хорватский журналист.
 
При этом, по его мнению, от всех своих «вдохновителей» российский президент берёт лишь то, что подходит для его политики: «Для Путина исторические, культурные и цивилизационные (к ним он чаще всего обращается, когда отстаивает место России в Европе) факты важны, чтобы оправдать его политические планы сильной России и методы просвещенного абсолютизма, с которыми Россия живет на протяжении столетий». Неясно, как президент собирается в будущем укреплять Россию в условиях, когда ее экономика стремительно слабеет из-за западных санкций, а США и Европа не намерены признавать законным присоединение Крыма, отмечает Večernji list. У Путина нет особенных шансов за счёт Азии компенсировать всё то, что он теряет в Европе, поскольку потенциал для объединения и потребность в нём в Азии значительно меньше, уверен автор: «Китай там боится Индии, обе эти страны боятся Японии, а все вместе они боятся России. Поэтому они и не стремятся к евроазиатской полигамии или к созданию какого-нибудь нового международного (вроде советского) «гарема». Каждый в Азии прежде всего будет сам за себя, по крайней мере в обозримом будущем».
 
В то же время в «путинской концепции власти» нет нужды разделять соперников, чтобы было проще властвовать: это было необходимо в Древнем Риме, но излишне в современной России, которая по-прежнему сплачивается вокруг одного сильного лидера, и где неизбежно формируется «культ личности», подчёркивается в статье. Путин получил от Ельцина измученную страну, разделенную на ностальгирующих по советскому прошлому и антикоммунистов. Он «вытащил нацию из ельциновского похмелья», вылечил её от депрессии и «опоил в правильной пропорции» смесью из «великорусской политики» и пробудившегося православия, возродив традиции, семью, веру и патриотизм, пишет Večernji list. А затем сформировал новую государственную власть, подкреплённую преданными кадрами из рядов армии и полиции, и обеспечил государство внешними символами (флагом, гимном и гербом), чтобы россияне смогли «впервые ощутить гордость» после потери прежней родины, которую «никто не считал своей», отмечает автор. Как утверждает биограф Путина Мишель Ельчанинов, нынешний российский президент «воплощает собой реванш тех, кто не принял распада СССР и демократическую метаморфозу России», при этом «идеализм и цинизм» Путина можно сравнить с образом Дмитрия Карамазова, созданным его любимым писателем Достоевским, тоже родом из Санкт-Петербурга.
 
Когда Путин работал в мэрии «бывшей царской столицы», на стене в его кабинете висел портрет Петра Великого. Но когда он переехал в Кремль, ему стало хватать его собственного (президентского) портрета, поскольку Россией «не могут править два человека — достаточно одного», заключает автор. По его мнению, сейчас президенту мало симпатий «активной половины» россиян — ему нужно «молчаливое большинство, которое можно контролировать», и меньшинство, которое «ничем ему не угрожает». Символично также, что Путин «не читает газет», не пользуется интернетом и не терпит «пропаганды гомосексуализма», отмечается в статье: «Всё это — части его консервативного багажа, который связывает его с правыми европейскими движениями». При этом о смелости и удачливости российского лидера «ходят легенды»: якобы он уже «пять раз избегал покушений» и ничего не боится. Как-то Путин заявил, что политика так же волнительна и опасна, как война, но на войне можно погибнуть один раз, а в политике — несколько. Судя по всему, у Владимира Путина есть ещё «несколько жизней», ведь в политике он пока ни разу не «погибал», заключает Večernji list.

 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT
Публикуем в Twitter актуальные зарубежные статьи, выбранные редакцией ИноТВ
источник
Večernji list Хорватия Европа
теги
Азия Балканы Владимир Путин геополитика дзюдо Запад история культ личности Россия
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Загрузка...
Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG