Daily Telegraph Оригинал

Telegraph: «Мягкой силы» королевы не хватит, чтобы остановить ИГ и Путина

Уникальное положение и опыт Елизаветы II позволяет ей создать иллюзию, что ее страна может обращаться на равных даже со сверхдержавой, пишет корреспондент Daily Telegraph Дэвид Блэр. Однако чтобы справиться с современными угрозами в виде «закоренелых террористов и диктаторов», одной популярности королевы для Великобритании недостаточно, а нужны сильная армия и экономика, считает журналист.
Telegraph: «Мягкой силы» королевы не хватит, чтобы остановить ИГ и Путина

Как пишет корреспондент Daily Telegraph Дэвид Блэр, недавняя сцена, развернувшаяся у стен Виндзорского замка, служит британским примером того, что дипломаты называют «мягкой силой». На газоне стояла единственная монаршая особа в мире, которая в свой день рождения удостоилась визита президента США.

По словам автора статьи, прилетевший на вертолете Барак Обама выглядел напряженно и старательно проявлял почтительность. Складывалось ощущение, будто ему недавно напомнили, что Елизавета II встречалась с тремя американскими президентами еще до его рождения. Сама же королева вела себя так, словно обед с президентской четой был самым обычным событием в мире.
 
Если бы за происходящим смотрел марсианин, то он пришел бы к выводу, что наблюдает за встречей лидеров двух примерно равных по силе государств, полагает журналист.  Благодаря своему уникальному положению и опыту королева служит великим уравнителем, создавая иллюзию того, что Британия может обращаться даже со сверхдержавой, как с ровней.  
 
Хотя ее страна уступает в экономическом и военном плане, королева создает видимость того, что она способна выровнять чаши весов. Ее особая роль в качестве государственной мощи является одной из величайших сильных сторон Великобритании, подчеркивает Блэр.
 
Британский совет определяет «мягкую силу» в качестве способности страны «заводить друзей и влиять на людей не с помощью военного могущества, но ее самых привлекательных ресурсов, в частности культуры, образовании, языка и ценностей». Иными словами, поясняет автор статьи, «мягкая сила» − то, что заставляет людей любить страну, а не бояться ее.
 
Блэр вспоминает, что в 2007 году он наблюдал, как сотни тысяч людей встречали Елизавету II в Уганде. Это, вероятно, самое большее сборище за всю историю страны занимало каждый дюйм 25-мильной дороги от аэропорта Энтеббе до столицы Кампала. Так британская «мягкая силы» выглядела на практике.  
 
«Всё это прекрасно, но правда в том, что “мягкая сила” этим и ограничивается, − замечает журналист. – Все те, кто с увлечением говорят об этом элементе искусства управлять государством, часто избегают традиционных признаков государственной мощи, а именно способности использовать вооруженные силы и экономические средства».
 
По мнению Блэра, британские власти заговорили о «мягкой силе» только после того, как они уменьшили «жесткую силу» страны. Пересмотр трат на оборону в 2010 году фактически привел к сокращению армии. Тогдашний министр иностранных дел Уильяму Хейг традиционно превозносил в своих речах «невероятные  преимущества “мягкой силы”»
 
«Когда имеешь дело с другими демократиями или странами, которые в любом случае настроены дружественно, то культурное мастерство, популярная королева и все иные признаки “мягкой силы” могут иметь значение. Когда противостоишь закоренелым террористам или диктаторам, то от нее нет никакого толка», − пишет журналист.
 
Ура-патриоты викторианской эпохи пели: «Мы не хотим воевать, но – черт возьми – если нам придется, то у нас есть корабли, есть люди и есть деньги!». И сегодня, по мнению Блэра, эти самые корабли, люди и деньги имеют гораздо большее значение, чем в прошлом.  
 
В годы холодной войны культурная привлекательность Запада играла ключевую роль в ослаблении «хватки Кремля в Восточной Европе». Но сегодняшние угрозы не досягаемы для «мягкой силы». Британские фильмы и мода, возможно, и помогли одержать победу в холодной войне, но они абсолютно бесполезны перед замешанными на крови амбициями ИГИЛ*, рассуждает автор статьи.     
«Эта “мягкая сила” также не сможет остановить Россию от дальнейших вторжений в соседние страны. Напротив, владения Владимира Путина – это превосходный пример страны, которая уважает только военную мощь. Делая упор на “мягкую силу”, мы фактически поможем Путину подкрепить его утверждение, что Запад загнивает и разлагается», - заключает Дэвид Блэр. 
 
*«Исламское государство»  террористическая организация, деятельность которой в России запрещена (прим. RT).
 
Фото: Reuters
источник
Великобритания Европа
теги
Барак Обама Великобритания Владимир Путин Исламское государство культура Россия США

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG