deVolkskrant Оригинал

deVolkskrant: Доклад об MH 17 необъективен

Техническое расследование обстоятельств крушения малайзийского «Боинга», проведенное Советом по безопасности Нидерландов, необъективно и умалчивает о важной информации, уверен заместитель руководителя Федерального агентства воздушного транспорта России Олег Сторчевой. Как он пишет в статье для нидерландского издания deVolkskrant, итоговый отчет заставляет усомниться в качестве расследования и его непредвзятости.
deVolkskrant: Доклад об MH 17 необъективен

В мире не утихают споры о том, насколько качественным и непредвзятым в итоге оказалось техническое расследование обстоятельств крушения малайзийского «Боинга», которое проводил Совет по безопасности Нидерландов (СБН). Как сам итоговый отчет ведомства, так и целый ряд официальных заявлений председателя СБН Т.Яустры, побудили российскую сторону на публикацию, в которой Россия в очередной раз хотела бы указать на необъективность СБН, недолжное качество итогового отчета, а также умалчивание голландской стороной важной информации о расследовании.

Одним из наиболее вопиющих недочетов как итогового доклада, так и непосредственно рассуждений Т.Яустры, является то, что голландская сторона крайне поверхностно затронула проблему обеспечения безопасности полетов над Украиной. Невозможно отрицать, что установление причин, по которым воздушное пространство над востоком Украины не было закрыто, являлось основной задачей комиссии СБН, однако эта проблема оказалась практически непроанализированной. Не нужно много времени и сил, чтобы убедиться, что за все время с начала вооруженного конфликта в апреле и до катастрофы рейса MH 17 в июле 2014 года украинские власти ни разу не издали официальной информации, в которой бы однозначно, как это требуется международными стандартами, указывалось на угрозы безопасности гражданской авиации. Вывод в итоговом отчете о том, что Украина должна была принять меры по обеспечению безопасности полетов, выглядит неполным и не отражает всей степени игнорирования Киевом рисков для гражданской авиации. Это абсолютно недопустимо. Более того, в итоговом отчете несправедливо размыта ответственность – она смещена от Украины в сторону авиаперевозчиков и международных авиационных организаций, в частности ИКАО, – здесь указывается на отсутствие реакции со стороны ИКАО, других государств и авиакомпаний в части самостоятельного введения ограничений на полеты над Украиной. При этом обоснование для принятия таких решений ассоциируется исключительно с катастрофой военного украинского самолета Ан-26 14 июля 2014 года, несмотря на то что информация о данном событии доводилась администрацией президента Украины только до дипломатов западных стран на закрытом брифинге и содержала очевидные противоречия. Вместе с тем в окончательном отчете также не представлено ни одного объективного факта присутствия и использования в регионе ЗРК типа «Бук».

Если обращаться к официальным высказываниям председателя СБН, также можно встретить множество необъективных суждений и нелогичностей. В частности, слова Т.Яустры о том, что на месте происшествия «было немало людей, по которым не сразу можно понять, что они специалисты в области авиации», говорят о некомпетентности следователей СБН. Ведь председатель ведомства умолчал тот факт, что первыми на месте происшествия оказались расследователи Малайзии, благодаря которым комиссия и получила в свое распоряжение бортовые самописцы. Также примечательно заявление Т.Яустры о том, что, не получив возможности работы на месте происшествия, нидерландские специалисты сосредоточились на изучении информации из социальных сетей – такой подход поистине необъясним и беспрецедентен. 

Также Т.Яустра неоднократно выражал «удивление» в связи с тем, что в мае 2015 года российской стороной были представлены данные о характеристиках ЗРК «Бук». Такое «удивление» само по себе может рассматриваться как подтверждение того, что у СБН с самого начала расследования не было желания изучать эти данные. Более того, голландская сторона почему-то молчит о том, что данные о характеристиках ЗРК типа «Бук» были представлены российской стороной еще в феврале 2015 года, когда СБН уже было озвучено мнение «о поражении самолета ракетой ЗРК типа "Бук", запущенной из района населенного пункта Снежное», чему, кстати, так и не было представлено никаких доказательств.

Вместе с тем следует обратить внимание на то, что комиссия СБН вообще не ставила задачи проведения каких-либо натурных экспериментов. За все 1,5 года расследования СБН лишь один раз обратился к концерну «Алмаз-Антей» с просьбой предоставить сведения о некоторых характеристиках ракет ЗРК типа «Бук». Эти данные были оперативно предоставлены, однако предложение приехать в Россию и ознакомиться с материалами самостоятельно осталось без ответа и по сей день.

Отдельного внимания заслуживают заключения Т.Яустры о том, что представленные российской стороной данные по возможным поражающим элементам ракет «Бук» являются «результатами собственного расследования России, проведенного с нарушением правил ИКАО». Эти слова указывают на некомпетентность специалистов СБН в вопросах методологии исследований боевых повреждений конструкции самолетов. Российская сторона произвела исследования, строго придерживаясь правил и норм, передав все выводы комиссии. Однако российские результаты так и не были использованы.

И наконец, сделанный в октябре с. г. председателем СБН, не проводившим уголовного расследования, вывод о том, что среди «подозреваемых окажутся русские», фактически подтверждает ангажированность проведенного расследования.

Автор статьи: Олег Сторчевой.

Дата публикации 19 января 2016 года.

Фото: Reuters 

 

источник
Нидерланды Европа
теги
авиакатастрофа Нидерланды расследование Россия Украина

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG