Atlantic Оригинал

Atlantic: Путин уйдет из Сирии, если США ему подыграют

США могут заставить Владимира Путина уйти из Сирии, просто подыграв ему тем, что будут избегать «хвастливых заявлений» о крупном разгроме России, считает The Atlantic. По мнению издания, российскому лидеру нужна «победная речь», история о положительных результатах сирийской кампании, которую он мог рассказать российскому народу.
Atlantic: Путин уйдет из Сирии, если США ему подыграют
Если «военная авантюра Путина» в Сирии закончится неудачей, то исход этого может быть совсем немирным, считает обозреватель The Atlantic Доминик Тирни.
 
И, по мнению автора, «легко можно представить то, что дела у российского вмешательства пойдут на спад». Хотя силы Асада смогли немного продвинуться в районе сирийского города Алеппо, однако в целом стратегическая ситуация для Дамаска остается крайне неустойчивой.
 
У России же опасное положение: она находится в международной изоляции и переживает экономические потрясения, а из-за военной операции в Сирии она к тому же «погрузилась в неизвестность». Кроме того, у Москвы нет опыта координирования военных операций с Сирией, Ираном и «Хезболлой». Операция в Сирии стала первой со времен холодной войны военной кампанией Москвы за пределами «ее непосредственной сферы влияния». Помимо этого, Путин сделал ставку на «крайне некомпетентного диктатора» Башара Асада. Его политика, заключающаяся, как утверждается в статье, в систематических пытках и сбрасывании бочковых бомб на мирное население, «заварила адский бульон» в Сирии.
 
«Путинская война вполне может завершиться провалом, - уверен автор статьи. - Однако если именно это и произойдет, пойдет ли он на уступки и бросит своего союзника?».
 
По мнению Доминика Тирни, если российский президент решит «действовать рационально», то пойдет на «сокращение потерь». Однако российский президент, считает обозреватель The Atlantic, может и не начать действовать рационально.
 
«Когда я проводил исследование для моей книги по военным провалам “Верный способ проиграть войну”, меня поразило то, насколько плохо обычно правительства действуют в случае неудач на поле боя. Начиная с Соединенных Штатов во Вьетнаме, заканчивая Советским Союзом в Афганистане, лидеры зачастую реагировали на поражение катастрофическими решениями, которые лишь усугубляли и без того бедственное положение», - пишет автор.
 
Проблема частично заключается в том, что психологи называют «боязнью потери». Как поясняется в статье, чувства, вызываемые потерей, «в два раза» сильнее положительных чувств, которые возникают при выигрыше. Поэтому идея признания даже маленькой потери может показаться невыносимой, и у людей появляется искушение рискнуть еще большими потерями ради шанса на выигрыш.
 
«Азартный игрок, проигравший в казино 20 баксов, не уйдет, а удвоит ставку. В том же духе действует и президент, который, потеряв тысячу солдат во Вьетнаме, не оканчивает войну, а отправляет в эту трясину полмиллиона американцев», отмечает Доминик Тирни.
 
«Трудно представить, что Путин признает поражение», - пишет автор. Российские лидер «культивирует имидж отца российского народа», который восстанавливает страну в качестве мировой державы. Если же режим Асада падет, то Москва может потерять свой единственный военный объект за пределами бывшего СССР – военно-морскую базу в сирийском Тартусе, отмечается в статье.
 
«Более того если военные усилия обернутся неудачей, то Путин, возможно, захочет спасти что-нибудь из обломков и может перевести конфликт в «опасную новую фазу», - говорится в статье. Как полагает обозреватель The Atlantic, президент России может в этом случае усилить авиаудары или даже развернуть на сирийской территории «маленьких зеленых человечков» - российских военных. Но как только солдаты начнут умирать, ситуация станет непредсказуемой.
 
Приводя в пример Абхазию, Южную Осетию, Украину, автор подчеркивает, что Путин неоднократно уже реагировал с помощью военной силы на «возможную потерю клиентских режимов».
 
Кроме того, как отмечается в статье, президент России уже касался возможной перспективы дальнейшей военной эскалации, заявив, что Москва применяет в Сирии еще «далеко не все», на что способна. При этот Владимир Путин добавил: «У нас есть и дополнительные средства, и, если понадобится, мы и их используем».
 
Если же поражение Москвы может привести к такому опасному обострению ситуации, то это не означает, что победа России является предпочтительным исходом. «Если Асад окажется отчасти в выигрышной позиции, зачем тогда ему вести переговоры о компромиссном мире, который признавал бы интересы всех сирийских групп?», - задает риторический вопрос автор статьи.
 
Оптимальной возможностью для заключения мирного соглашения, по словам Доминика Тирни, может быть ситуация, в которой Путин считал бы, что не может добиться «убедительного триумфа», однако может «сохранить лицо», представив исход дела в качестве своего успеха. Другими словами, ему нужна история о положительных результатах этой миссии, которую он мог рассказать российскому народу. Причем, как утверждается в статье, эта история не должна быть правдивой, а лишь должна обладать «кажущейся правдоподобностью».
 
«Поэтому чтобы заставить Путина уйти из Сирии, Соединенным Штатам, возможно, необходимо лишь подыграть ему тем, что будут избегать хвастливых заявлений о крупном разгроме России», - уверен обозреватель The Atlantic.
 
Автор статьи напоминает, что после падения берлинской стены, президент США Джордж Буш-старший намеренно не стал объявлять о победе развитого мира – чтобы не усложнять жизнь «советскому премьеру» Михаилу Горбачеву.
 
«Путину нужна победная речь. И Вашингтону, возможно, придется помочь ему с ее написанием», - подытоживает обозреватель The Atlantic Доминик Тирни.
 
Фото: Reuters
источник
США Северная Америка
теги
база Башар Асад Владимир Путин война Вьетнам Джордж Буш-старший Иран Михаил Горбачев Россия Сирия США

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG