New York Times Оригинал

Гессен: Кремлёвская «армия мстителей» вышла на тропу войны

Смерть Бориса Немцова ознаменовала начало нового периода в российской истории, когда недавно созданная Кремлём «армия мстителей» верит, что действует в интересах страны, не получая точных приказов. Об этом пишет в своей статье в газете The New York Times Маша Гессен. По мнению журналистки, убийством оппозиционера показали, что убивать будут всех, кто осмелится пойти против Кремля.
Гессен: Кремлёвская «армия мстителей» вышла на тропу войны

«Самое страшное в убийстве Бориса Немцова – это то, что он сам никого не пугал», - пишет Маша Гессен в своей статье в американской газете The New York Times. После убийства Дмитрий Песков, пресс-секретарь российского президента, заявил, что Немцов «не представлял угрозы ни для нынешнего российского руководства, ни для Владимира Путина». По мнению Гессен, эти слова напоминают слова Путина, произнесенные в 2006 году в связи с убийством оппозиционной журналистки Анны Политковской. Под этими словами Песков подразумевал, что Кремль не убивал Немцова. 

По всей видимости, никто в Кремле не отдавал непосредственно приказ об убийстве, пишет Гессен. И именно поэтому смерть Бориса Немцова «отмечает начало нового и страшного периода в российской истории». Кремль создал неконтролируемую «армию мстителей», которые верят, что действуют в наилучших интересах страны, не получая при этом никаких точных инструкций, уверена Гессен. Логично, что Немцов, несмотря на отсутствие политического влияния, стал первой жертвой этой угрожающей силы.
 
В России, как и в любой стране, находящейся в состоянии войны, полемика ведется вокруг внутренней оппозиции, пишет журналистка. Само по себе слова «оппозиция», по ее мнению, вводит в заблуждение. Оно предполагает доступ к СМИ и избирательным и социальным механизмам, тогда как в России их не существует. Правильней было бы сказать, что в России есть ряд людей, способных собирать небольшие группы сторонников, передавать сообщения через немногочисленные независимые СМИ и время от времени организовывать уличные протесты, считает Гессен.
 
На небольшом пространстве, доступном российской оппозиции, Немцов занимал исключительное место, уверена автор статьи. Немцов начал политическую карьеру в 1990е годы. Тогда он был одним из самых молодых политических игроков и, кажется, воплощал в себе идеалы новой эпохи. Он не был выходцем из номенклатуры коммунистической партии, выступал за политические и экономические реформы и не пытался скрыть свои еврейские корни, что было характерно для советских времен. Поговаривали даже, что Немцов должен был стать преемником Ельцина, отмечает Гессен.
 
Однако больной российский президент, казалось, не мог ни отказаться от власти, ни управлять страной. Он быстро выбирал потенциальных преемников, а избавлялся от них еще быстрее. В 1999 году Ельцин, в конце концов, остановил свой выбор на бывшем агенте КГБ Владимире Путине, что поставило Немцова на путь оппозиционера, пишет автор статьи.
 
И путь этот для Немцова был труден и извилист. Вначале он попытался вести с Путиным политические дела. Но по мере того, как Путин перекраивал Россию в авторитарное государство, Немцова вытеснили из того, что считалось предвыборной борьбой, и он стал первым политиком, который начал бить тревогу о природе путинского режима, отмечает Гессен.
 
Многие годы почти никто не интересовался позицией Немцова. Со своими союзниками он стоял у выходов из метро и раздавал брошюры со своими докладами по высокому уровню коррупции. Это было тяжелое чтиво. Текст был перегружен деталями и напоминал старую политическую пропаганду. Когда вопрос коррупции, наконец, привлек общественное внимание, люди стали слушать человека почти на двадцать лет моложе Немцова. Блоггер Алексей Навальный подавал информацию «более продвинутым способом», пишет журналистка.
 
Когда в декабре 2011 года в России внезапно разразились протесты, Немцов выяснил, что его считают «человеком старых взглядов». Когда 6 мая 2012 года полиция приняла жесткие меры против мирного и законного протеста, Немцов устроил импровизированную сидячую демонстрацию протеста у входа на Большой Каменный мост с группой молодых людей, которым он годился в отцы. Протесты провалились, но Немцов продолжил работу. Он был одним из главных инициаторов марша оппозиции, который планировали провести 1 марта в Москве, напоминает Гессен.
 
И хотя эта деятельность Немцова едва ли угрожала вцепившемуся во власть Путину, оппозиционер входил во все интернет списки «врагов России», распространяемые сторонниками Кремля, отмечает автор статьи.
 
Последние три года после переизбрания Путина и особенно последний год после «аннексии» Крыма Кремль все больше концентрируется на внутреннем враге, полагает Гессен. Новое движение «Антимайдан» прошло по Москве две недели назад, призвав к насилию в отношении «пятой колонны». По крайней мере один из плакатов на этом шествии называл Немцова организатором революции на Украине.
 
Немцов был застрелен на мосту перед Кремлем всего через неделю после этого шествия и прямо перед митингом, который он организовывал. Посыл данного события очевиден: «людей будут убивать во имя Кремля, на виду у Кремля, на фоне Кремля лишь за то, что они осмелились пойти против Кремля», резюмирует Маша Гессен.
 
Фото: Reuters
В нашем паблике в VK самые свежие статьи и сюжеты зарубежных СМИ
источник
США Северная Америка
теги
Алексей Навальный Борис Ельцин Борис Немцов Владимир Путин Дмитрий Песков марш Маша Гессен митинг Москва Россия убийство
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG

Загрузка...