Stratfor Оригинал

Запад нужен России и Китаю больше, чем они друг другу

Аналитик Stratfor Роберт Каплан полагает, что Шанхайская организация сотрудничества на самом деле является инструментом российско-китайского союза. Однако Москва и Пекин никогда не смогут стать настоящими стратегическими партнерами из-за взаимного недоверия и исторических разногласий.
В то время как в Сирии продолжается кровопролитие, исчезли любые надежды на разрыв Китая с Россией и её политикой отказа поддерживать усилия других членов Совета Безопасности, которые хотят оказать давление на президента Башара Асада с целью прекратить насилие. 
 
После саммита Шанхайской организации содружества в Пекине президенты Ху Цзиньтао и Владимир Путин призвали к продолжению переговоров. А также они выразили протест против любых попыток международного сообщества применить силовые методы в отношении Ирана.
Участники встречи, в которой приняли участие президенты большей части стран бывшего СССР - так называемые «-станы» - также согласовали ряд совместных мер и пригласили присоединиться к ним Турцию. Президент Ирана Махмуд Ахмадинежад участвовал в двухдневном саммите в качестве наблюдателя, как и президент Афганистана Хамид Карзай.
 
Что это за организация и что за ней стоит? В программе Agenda на этой неделе ко мне присоединяется ведущий аналитик Stratfor Роберт Каплан. Роберт, в чём истинное значение ШОС?
 
РОБЕРТ КАПЛАН, ведущий геополитический аналитик: Шанхайская организация содружества – это группа с очень мягким антизападным и антидемократическим уклоном, которая демонстрирует миру, что существует такой огромный кусок Евразии, который отвергает западное морализаторство, западный универсализм, который устал от моралистических универсалистских заявлений Вашингтона и других по поводу различных вопросов.
 
По существу это инструмент Москвы, Пекина, то есть российско-китайского союза. Но хотя они и называют это стратегическим альянсом, на самом деле он тактический. Неприглядная правда заключается в том, что Россия и Китай никогда не смогут быть стратегическими партнёрами из-за взаимного недоверия и продолжительного негативного взаимодействия на государственной границе, тянущейся на тысячи километров.
 
Нужны некоторые уточнения, для того чтобы вы поняли, насколько проблемными были российско-китайские отношения в последние несколько веков, вплоть до сегодняшнего дня.
 
Тем не менее во время этой встречи они объявили о своём единении против возможных действий Запада по устранению Асада в Сирии.
 
РОБЕРТ КАПЛАН: Да, однако тут есть ещё одна правда, которая не произносится вслух. Россия и Китай могут согласиться с тем, что в Сирии не должно быть гуманитарной интервенции.
 
Однако Россия гораздо больше озабочена своими торговыми взаимоотношениями с Европой, чем с Китаем, а Китай, в свою очередь, гораздо больше озабочен своим экономическим взаимодействием с США, чем с Россией. Итак, атаковать Запад может каждая из них. Но на самом деле каждая из них нуждается в Западе больше, чем друг в друге.
 
Как вы оцениваете личные отношения между двумя президентами: Путиным и Ху? Лучше, чем было? По большей степени,такие же? Или же довольно неспокойные?
 
РОБЕРТ КАПЛАН: Намного лучше, чем были, но при этом – очень неглубокие. Подумайте: с российской стороны, на Дальнем Востоке России живет меньше семи миллионов человек. С другой стороны границы, в Китае, могу вас заверить, не меньше ста миллионов. Китай просто жаждет заполучить природный газ, нефть, лес, бриллианты и золото российского Дальнего Востока. Россия опасается вторжения Китая в этот регион. Кроме того, в 30-х годах XX века весь Синьцзян-Уйгурский автономный район на западе Китая, большую часть населения которого составляли тюрки, по факту управлялась Россией. Так что в том, что касается западного Китая, отношения между странами с исторической точки зрения были очень неспокойными.
 
Кроме того, эти две страны борются за территории Центральной Азии, то есть бывший Советский Союз. Россия стремится восстановить свои права на центрально-азиатские страны ближнего зарубежья: Казахстан, Киргизию, Узбекистан и так далее. Китай же, по сути, вкладывает туда наличные средства, строит там трубопроводы: нефтепровод по Казахстану, который ведет в западный Китай, и газопровод по Туркмении, который также проходит до западного Китая. Очевидно, что Россия и Китай соперничают в вопросах дальнейшей судьбы Центральной Азии.
 
Они не доверяют друг другу в том, что касается пограничных вопросов. Вспомним, например, так называемый «Советско-китайский раскол» в начале 60-х, когда сотни тысяч солдат стояли друг против друга с обеих сторон российско-китайской границы. Именно этот раскол предоставил Никсону возможность, президенту Никсону, чтобы тот в 70-х годах XX века нанес визит в Китай.
 
Теперь же у нас – «брак по расчету». Обеим странам не нравилась интервенция Запада в Ливию. Им не по душе угроза военного вмешательства в Сирию. Им также не по душе что-либо, что может произойти в Иране, будь то интервенция США или военный удар Израиля. У России и Китая много общего. Но сейчас все это общее носит поверхностный характер.
 
Истинному стратегическому партнерству препятствуют глубинные исторические причины и сегодняшние экономические отношения, при которых стороны в большей степени финансово связаны с Западом, нежели друг с другом.  
 
Кажется, вся их риторика была придумана специально для того, чтобы показать миру, что любое соперничество на самом деле сейчас находится под контролем?
 
РОБЕРТ КАПЛАН: Да, абсолютно точно. Думаю, что мы увидим, как ШОС станет своего рода подобием ООН, она будет объявлять о своих решениях, как ЕС. Организация начнет привлекать внимание СМИ, она будет общаться с другими организациями, но, в сущности, она всего этого не достигнет.
 
У них огромный список отраслей, в которых, по их словам, они собираются сотрудничать: финансы, транспорт, энергетика, телекоммуникации и сельское хозяйство. И это всего лишь слова?
 
РОБЕРТ КАПЛАН: Чуть больше, чем просто слова. Очевидно, что России хотелось бы продать Китаю еще больше природного газа. Так что для сотрудничества в этих и смежных отраслях возможность имеется. Но даже если эти страны будут сотрудничать, обе стороны будут подозрительно относиться друг к другу. Например, Монголия, которую я не упомянул, на протяжении большей части XX века была спутником Москвы. Сейчас же Пекин, Китай, постепенно вторгается в Монголию, строит там дороги, закупает пастбища, полезные ископаемые и так далее. Таким образом Китай пытается заменить бывший Советский Союз в качестве доминирующей силы в Монголии.
 
Перед тем как мы закончим беседу, хотел признаться, что я был заинтригован тем, что в свой клуб они пригласили Турцию.
 
РОБЕРТ КАПЛАН: Да, это выглядит немного натянуто. Потому что Турция, в отличие от авторитарных Китая и России, - настоящая, подлинная демократия. Конечно же, Турция в какой-то мере отчуждена от Запада. Турции не удалось вступить в Евросоюз, в прошедшее десятилетие у нее были серьезные разногласия с США относительно их внешней политики, начиная с войны в Ираке. Также у Турции более определенные отношения с Ираном, чем у Вашингтона. Так что имеются определенные области, в которых Турция может сблизиться с Китаем и Россией. Но опять же повторюсь, что бы ни связывало эти огромные страны, оно, в конце концов, окажется поверхностным.
 
С нами был Роберт Каплан, он завершил выпуск передачи Agenda на этой неделе. Спасибо, что были с нами, увидимся в следующий раз.
 
Дата выхода в эфир 09 июня 2012 года.     
Все самые актуальные зарубежные статьи на нашей странице в Facebook
источник
США Северная Америка
теги
алмаз Башар Асад Владимир Путин газ Дальний Восток ЕС Запад Иран Казахстан Киргизия Китай Монголия Москва нефть ООН Пекин Россия Сибирь Совет Безопасности ООН Советский Союз сотрудничество Средняя Азия Туркменистан Турция Узбекистан Ху Цзиньтао ШОС
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG

Загрузка...