RT

У Европы нет альтернативы российскому газу

Структура энергетики Германии и всей Европы очень зависит от российского газа. В этом признался в интервью телеканалу RT глава совета директоров Nord Stream AG Герхард Шрёдер, отметив важность открытия «Северного потока» для всего ЕС. В случае разногласий с Брюсселем Россия может переключиться на поставки в Азию, а у Европы такой альтернативы нет.

Герхард Шрёдер занимал пост канцлера Германии с 1998 по 2005 год. Сейчас он возглавляет совет директоров «Северного потока», российского газопровода в Европу, проложенного по дну Балтийского моря.

 

Господин Шрёдер, зачем ЕС увеличивать зависимость от «Газпрома»?

ГЕРХАРД ШРЁДЕР, председатель совета директоров Nord Stream AG: Речь идёт не об односторонней зависимости от России, а о сотрудничестве в сфере энергетики между Европейским союзом с одной стороны и Россией - с другой. «Северный поток» - это наиважнейший проект как с точки зрения Европейского союза, так и с точки зрения России, так как с 2006 года он является частью трансъевропейских сетей, признанных Европарламентом и Советом министров энергетики. 
 
Два трубопровода «Северного потока» уже проложены. Высока ли вероятность строительства третьего трубопровода? И если да, то какова будет его пропускная способность?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Сейчас у нас есть по крайней мере две линии с общей пропускной способностью 55 миллиардов кубических метров. На вопрос, будет ли проложен третий или даже четвёртый трубопровод, должны отвечать европейские акционеры. С одной стороны, как вам известно, у нас «Газпром», а с другой - голландский Gasunie, французский GDF SUEZ, а также две немецкие фирмы: BSF Wintershall и EON. Если они решат строить третий и четвёртый трубопроводы, которые будут финансироваться частным образом - о государственных дотациях речь не идёт, - тогда это возможно. Но решатся ли они на это, я не знаю, потому что в мою работу это не входило.
 
В Брюсселе хотят, чтобы не только «Газпром», но и все остальные российские энергодобывающие компании получили разрешение экспортировать газ в Европу. Каковы будут последствия для «Газпрома» и Европы?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Речь не идёт о разрешении. Евросоюз… Германия и все другие страны ЕС нуждаются в газе, чтобы разумно реформировать свою энергетическую политику. А Россия должна продавать газ, чтобы поддерживать дееспособный бюджет, так что есть двухсторонняя зависимость, и это хорошо. Было бы здорово, если бы европейские компании начали вкладывать средства в Россию, а европейские компании открыли бы свои рынки для российских компаний. Это хорошая рыночная экономика.
 
Что можете сказать о недавних рейдах ЕС на «Газпром» и на его европейских партнеров?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Я думаю, что европейцам нужен газ, у газа множество областей применения. При нынешней политической нестабильности в Северной Африке хорошо, что у нас есть стабильный партнёр, на которого можно положиться, и Россия таковым является. Вы лучше других знаете, что, например, Великобритания недавно превратилась из экспортера газа в импортера. Европа нуждается в газе для поддержания адекватного соотношения источников энергии, которая также учитывает климатические аспекты. Ей нужен норвежский газ, но также и российский. Поэтому я думаю, что открыть рынки для российских компаний вполне разумно.
 
Есть ли какие-то представители ЕС, которые противятся каждому шагу России?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Да, видимо, есть. Это, вероятно, надо констатировать, но я надеюсь, что нам удастся это преодолеть. Это понятно, с геополитической точки зрения, Европейский союз нуждается в России, но верно и обратное. Это не ставится под вопрос. И поэтому настало время сотрудничества, а не идеологически зафиксированных противоречий.
 
Господин Шрёдер, а может Россия переключиться с Европы на Китай, если Брюссель не откажется от своей враждебной политики?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Россия может поставлять газ в Китай, во всю Азию в целом, а также в Европу. Я надеюсь, что такой выбор никогда не возникнет. Российское правительство явно проевропейское, но Европе нельзя постоянно отталкивать русских, это удар по их гордости. И надо понимать, что у России есть альтернатива, а именно: азиатское направление, - у Европы такой альтернативы нет. Геополитическое значение Европы будет расти, только если удастся с одной стороны вести тесное сотрудничество с Россией, а с другой - принять Турцию в Европейский союз. Вот это здравая стратегия, ориентированная на будущее, а остальное – вчерашние дебаты.
 
Если Россия все же решит переключиться на Восток, не приведет ли это к тому, что в Европе будет не хватать газа?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Нет, этого не случится. Россия и в советское время была исключительно надёжным поставщиком, и беспокоиться о том, что это изменится, не стоит. Повторюсь, европейский рынок чрезвычайно важен для России еще и для сохранения баланса национального бюджета. Поэтому речь идёт не об односторонней зависимости, а о двухсторонней.
 
Господин Шрёдер, говорят, что существуют планы о прокладке линии электропередач вдоль «Северного потока». Как по-вашему, были бы Германии интересны поставки электроэнергии из России?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Я слышал о таких планах, о них долгое время ходили слухи, но пока что они никак не связаны с действительностью. Будут ли когда-либо реализованы такие планы? Сомневаюсь. Но в итоге это решение принимать владельцам трубопровода, а не председателю комитета акционеров.
 
С ростом поставок сжиженного природного газа Европа становится менее зависимой от трубопроводов. Может ли это негативно сказаться на данном проекте?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Нет, не думаю, что это будет иметь негативные последствия для проекта, так как, во-первых, мало возможностей для реализации сжиженного природного газа в Европе, в Германии - никаких, в Польше этот рынок находится на стадии развития. Никакой опасности такой источник для нас не представляет, я его и не критикую. А то, что существуют другие источники, и что покупка газа при наличном расчете обойдется дешевле – в этом я сомневаюсь, так как при немедленном расчете выгода не больше, чем при заключении долгосрочных договоров о поставке, но стабильности можно добиться только с долгосрочными договорами.
 
После катастрофы в Фукусиме Германия начала закрывать все свои АЭС. Поддерживаете ли вы это решение, и как оно повлияет на структуру энергетики Германии?
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Вот вам информация к размышлению: именно мы с моими людьми договорились об этой сделке с нашими энергетическими поставщиками. Мы договорились о разумном выходе из атомной энергетики. Потом был короткий период, когда нынешнее Федеральное правительство подумало, что надо бы наше соглашение пересмотреть. Теперь они снова передумали и поддерживают то, о чём я в своё время договаривался. Но это не означает, что доступ к промежуточной технологии в виде атомной энергетики закрыт, пока не налажено рациональное использование энергии. Нам нужен газ в качестве временного источника энергии, чтобы гарантировать бесперебойное энергоснабжение. И поэтому необходимо получать газ из Норвегии и из других стран, но, прежде всего, из России, и поэтому необходимо построить новые газовые электростанции.
 
В связи с долговым кризисом в ЕС господин Саркози заявил: «Нет евро - нет Европы». Но Европа, конечно же, сможет выжить и без евро?

ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Эту формулировку любит использовать моя правопреемница. Конечно, если евро будет испытывать трудности, то и у Европы будут проблемы. Однако в одном точно можно быть уверенным: как единая волюта евро выживет. И даже если теоретически этого не произойдет, в чем я сильно сомневаюсь, единая Европа продолжит свое существование.

Вы были канцлером, когда Греция занималась фальсификацией своих бухгалтерских данных, чтобы вступить в еврозону. Следовало ли вам  воспрепятствовать присоединению Афин к зоне евро?  
 
ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Я не думаю, что это был наш случай. Европейская комиссия и ее сотрудники, которым пришлось проводить проверки, они сообщили, что мы можем взять на себя ответственность за присоединение Греции. Это была исключительно подготовительная работа, которая проводилась Европейской комиссией, а не национальными правительствами. Тогда мы решили принять Грецию. Мы не могли голословно утверждать, что эта информация, выражаясь дипломатическим языком, была не совсем корректна. Не нужно забывать, что Европейский парламент практически единогласно проголосовал за присоединение Греции. В поддержку проголосовали и консерваторы, которые сегодня стараются делать вид, что не имеют отношения к этому решению. Однако в политике иногда не хочется верить, что то, что ты когда-то осуждал, на самом деле происходит.
 
Кто же был неправ? Еврокомиссия или же Греция?

ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Не имеет смысла дискутировать о том, что было в прошлом. Сейчас речь идет о будущем. Я надеюсь, что у нас получится удержать Грецию в еврозоне. Для этого необходимо, чтобы новое греческое правительство было беспартийным, чтобы не него не влияли споры, инициаторами которых выступают представители правого крыла. Я надеюсь, что нам удастся реализовать пакет соглашений по финансовой помощи,  который был согласован лидерами европейских государств. На мой взгляд, в этом случае мы сможем начать стабилизировать рынок, но не без посильной помощи со стороны Греции. Однако нужно сказать следующее: нельзя разрушать страну. Греции нужна не только бюджетная дисциплина, в этом Греция, безусловно, нуждается, но больше всего страна нуждается в инвестициях. Было бы замечательно, если бы богатые греки, которые инвестируют заграницу, наконец-то заплатили налоги в собственной стране, вместо того чтобы искать различные способы для вложения своих средств.
 
Существует ли красная линия, предел, когда немцы скажут: «Нет, мы больше не будем выделять тысячи евро». Или же, как говорят французы, у Германии есть исторический долг перед Европой?

ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Я не против того, чтобы говорить о такой красной линии. Проблема в том, что, если вы начинаете говорить о красной линии, то ее, в конце концов, приходится корректировать. Германия заинтересована в дееспособной Европе как в экономическом, так и в политическом плане. Интерес Германии с экономической точки зрения вполне объясним: 40% нашего экспорта опирается на ЕС и страны, находящиеся за его пределами. В случае кризиса в этих странах это затронет и Германию.
 
Во-вторых, учитывая урок, вынесенный нами из прошлого, а также наши планы на будущее, мы понимаем, что в геополитическом плане Германия недостаточно сильна, чтобы занимать значительную позицию в игре, где США  представляют собой одну сверхдержаву, а Китай как азиатский лидер - другую. Здесь нет места ни одному европейскому государству. Только единая Европа может взять на себя эту роль. Вот почему Германия заинтересована в существовании единой Европы, не только из-за прошлого, но и ради будущего наших граждан.
 
Еще один короткий вопрос. Многие немцы, голландцы, финны недовольны тем, что им приходится платить. Как вы считает, они правы?

ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Я могу их понять. Но нынешнему поколению политических лидеров я должен постоянно объяснять, что поддерживать стабильность в других странах – в их собственных интересах, поскольку Германия – страна, которая сильно зависит от экспорта. И если рынки вокруг нас рушатся, это отрицательно сказывается и на нас. Мы должны объяснять нашему народу, новому поколению, что надежда на сохранение долговечного мира - в Европе.
 
Когда вы занимали пост канцлера, ни у кого не возникало вопроса о финансовой помощи со стороны Китая или России, напрямую или через МВФ. Вы сожалеете о том, что такое может произойти, и каковы, на ваш взгляд, возможные последствия?  

ГЕРХАРД ШРЁДЕР: Не думаю, что нас должно беспокоить, что другие страны становятся сильнее – неважно, русские это, китайцы, бразильцы, южные африканцы или индусы. Это не должно нас волновать, потому что, развиваясь, они предоставляют нам новые возможности для экспорта наших товаров. Но так будет только в том случае, если мы будем более передовой страной и осуществим то, что мы наметили в 2010 году и реализуем нашу социальную политику.
 
Германия - единственная страна, которая еще в 2003 году поняла, что в стареющей стране сохранить всеобщее благосостояние означает готовность к переменам. И мне интересно, смогут ли остальные страны ЕС, понявшие это на десять лет позже, предпринять меры, необходимые для сохранения благосостояния. С другой стороны, мы понимаем, что в стареющем обществе, где число работоспособного населения уменьшается, есть подобные проблемы. Мы вовремя начали решать эту проблему. Остальным, к сожалению, приходится решать эту проблему в более сложных условиях. И это касается всех, не только юга Европы.  
 
Герхард Шрёдер, глава совета директоров газопровода «Северный поток». Спасибо за интервью телеканалу RT.
 

 

В нашем паблике в VK самые свежие статьи и сюжеты зарубежных СМИ
источник
Россия Европа
теги
Азия газ газопровод Германия Европа Запад Китай Россия Северный поток экономика экспорт
Сегодня в СМИ
Загрузка...

Мы будем вынуждены удалить ваши комментарии при наличии в них нецензурной брани и оскорблений.

Лента новостей RT

Новости партнёров

INFOX.SG

Загрузка...