Есть ли смысл судить престарелых

В Германии умер бывший охранник концлагеря Заксенхаузен Йозеф Шютц. Не только долгожитель, но и самый старый осуждённый за нацистские преступления, совершённые в период с 1942 по 1945 год. Приговор ему вынесли только в прошлом году. Правда, в тюрьму он так и не попал — ждал рассмотрения апелляции. Шютц свою вину отрицал, говорил, не знает, за что посажен на скамью подсудимых. У многих возникал вопрос, есть ли смысл судить престарелых.

Также по теме

В возрасте 102 лет умер старейший из осуждённых нацистов Йозеф Шютц

Бывший охранник нацистского концлагеря Заксенхаузен Йозеф Шютц умер в возрасте 102 лет. Он был осуждён, но так и не успел попасть в...

Шютц — далеко не единственный работник концлагеря, преступления которого вытащили на свет божий в Германии спустя почти 80 лет после их совершения. До него были другие, включая 97-летнюю Ирмгард Фурхнер, служившую секретарём концлагеря Штуттгоф. При рассмотрении таких дел чётче всего звучал аргумент: «Судить престарелых есть смысл. У таких преступлений не должно быть срока давности, чтобы общество не забывало: нацизм — зло, оно не должно повториться».

Но согласитесь, в современных реалиях этот аргумент теряет актуальность. Германия поддерживает Украину, солдаты которой нередко украшают себя нацистскими символами и совершают преступления из националистических побуждений. Нацизм расползается по миру прямо сейчас и вроде чувствует себя хорошо, а показательные процессы его никак не останавливают.

И тут как будто всё становится с ног на голову: одна и та же Германия осуждает нацизм, наказывая престарелых преступников без срока давности, и в то же время поддерживает нацизм. Может такое быть? Может. Потому что и то и другое проистекает из одной причины — национальной травмы.

Также по теме

«Бесчеловечная жестокость»: Минобороны РФ публикует архивные документы об уничтожении людей в нацистских концлагерях

К Международному дню освобождения узников фашистских концлагерей Минобороны РФ запустило на своём сайте новый мультимедийный раздел...

Что такое Заксенхаузен? Это концентрационный лагерь под Берлином, куда немцы во время войны свезли более 200 тыс. советских военнопленных, евреев, цыган и политических заключённых. Там их доводили до истощения голодом и тяжёлой работой, сжигали в газовых камерах, над ними проводили медицинские эксперименты. По сути, этот концлагерь, как и другие немецкие, — это тщательно отстроенная машина смерти, и никаких других предназначений, кроме убийства, у неё не было. Каждый, кто работал в этой машине, даже самый маленький винтик, прекрасно понимал, частью какого механизма он является.

Это нормально, когда страна, в биографии которой — создание машин смерти, уничтоживших миллионы людей, получает коллективную национальную травму. Травма эта столь сильна, что в Германии продолжают отлавливать преступников тех лет даже в домах престарелых.

И эти процессы над престарелыми нацистами — прямое доказательство того, что травма ещё сильно болит. Болит настолько, что, судя по всему, хочется её уже залечить и не думать. Вот Германия и пытается разрушить образ победителя — России. Ведь если Россия — не такой уж и победитель, то и Германия — не такая уж и грешница.

И сразу как-то болит поменьше.

Суды над престарелыми — палка о двух концах. С одной стороны, понесённая ответственность должна хотя бы частично снять национальную боль, но с другой — они же и напоминание о тех чёрных днях Германии, они же и растравляют края раны. И вот в последнем — их главная польза сегодняшнего дня. Пока старые нацисты живы, а у правосудия ещё остаётся шанс не дать им увильнуть на тот свет безнаказанными, существует большая надежда на то, что германскую моральную ось окончательно не перекосит и в её своде нравственных законов нацизм по-прежнему будет считаться величайшим злом. К слову, Шютцу суд вменил пособничество в убийстве 3,5 тыс. человек. Данные о нём были найдены в документах СС.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.