«После каждого боя трачу на лечение около 80 тыс. рублей»: Туйнов — о травмах, кулачных поединках и уходе из Glory

В кулачных боях каждый удар может стать причиной серьёзных травм. Об этом в интервью RT заявил трёхкратный чемпион мира по кикбоксингу Владислав Туйнов. По его словам, после дебюта в Top Dog FC у него образовалась трещина кости, а во второй схватке раздробился сустав указательного пальца. Также спортсмен рассказал, почему не продлил контракт с Glory, оценил решение промоушена разорвать контракты с российскими бойцами из-за спецоперации на Украине и ответил, по какой причине не использует треш-ток в общении с соперниками.
«После каждого боя трачу на лечение около 80 тыс. рублей»: Туйнов — о травмах, кулачных поединках и уходе из Glory
  • Боец Top Dog FC Владислав Туйнов
  • © Top Dog FC

— В ближайшие выходные вы проведёте третий поединок в Top Dog FC — российском промоушене кулачных боёв. Как кикбоксёру с опытом выступлений в Glory, насколько вам интересно биться на такой площадке?

— У меня изначально было понимание, зачем я иду туда. Целью было повышение медийности, работа с аудиторией, популяризация своего любимого вида спорта — кикбоксинга.

— Вы занимаетесь им с самого детства. Уже в 14 лет перешли в профессионалы, к этому моменту имели за плечами более 270 любительских схваток. После такого длительного пребывания в одном виде единоборств насколько было сложно решиться на переход в другой, причём такой молодой и жёсткий?

— В 2019 году подписал соглашение с Glory, в котором провёл в общей сложности три боя, после чего грянула пандемия коронавируса. Выступать стало гораздо сложнее, пришлось адаптироваться, перестраиваться, биться по любителям, чтобы банально иметь практику. В этот момент начал понимать, что происходит своего рода угасание карьеры. Людей не привлекают схватки на непрофессиональном уровне. Им хочется ярких битв, жестокости. И в этот момент обратил внимание на рост популярности кулачных поединков.

Также по теме
«Любой удар может стать последним»: нарколог — об алкогольной зависимости Емельяненко и смертельном риске боя с Дациком
В поединке с Вячеславом Дациком любой пропущенный удар может стать для Александра Емельяненко последним. Об этом в интервью RT заявил...

— Какое было первое впечатление от этого вида?

— Поначалу отнёсся к нему скептически. Кулачные бои напоминали какой-то цирк, просто шоу без какой-либо спортивной составляющей. Но потом появился Top Dog, с которым стали подписываться более мастеровитые бойцы. При этом не представляющие для меня особой опасности соперники занимали там лидирующие позиции и ставили себя на один уровень со спортсменами. Захотелось доказать, что я один из лучших. Посовещались с командой, решили попробовать себя здесь.

— Как изменились ваши тренировки после перехода на «голые кулаки» и стало ли больше травм? Всё же без перчаток травмировать руку гораздо проще.

— В принципе, каждый удар в «кулачке» — это лёгкий ушиб, небольшое повреждение, которое приходится залечивать. Но в целом выстраивать тренировочный процесс и подводить себя к турнирам стало намного проще. Здесь я могу сосредоточиться на руках, в то время как в кикбоксинге задействуется гораздо больше технических элементов, присутствуют очень энергозатратные удары ногами. Для сравнения, готовиться к схваткам по MMA ещё сложнее, ведь там добавляются элементы борьбы.

В целом в кикбоксинге подготовка более кропотливая, длительная. Одновременно вывести на пик и руки, и ноги довольно непросто. Поэтому переход в новый вид. Было необходимо лишь укрепить кулаки, набить их и разработать правильную методику по нанесению удара, чтобы сильно не травмировать руку — ограничиваться ушибами и избегать переломов. Безусловно, никто не застрахован. Всегда можно попасть в твёрдое место черепа. И тогда серьёзного повреждения не избежать. Посмотрим, как сложится в битве с Павлом Шелестом.

— Когда Конор Макгрегор готовился к бою с Флойдом Мейвезером, многие шутили, что в пылу борьбы тот может броситься ему в ноги, перевести на землю. Насколько кикбоксёру легко сдерживаться, чтобы рефлекторно не пробить ногой?

— В моём успехе очень большая заслуга моего тренера — Андрея Владимировича Чадина. Пришёл заниматься к нему в семь лет. С самого детства он помогал нам прогрессировать в разных видах, выставлял на турниры по кикбоксингу, MMA, карате, муай-тай. В том числе я много боксировал, становился третьим на чемпионате России. Впоследствии всё это позволило легко переключаться с одного единоборства на другое. Поэтому есть чёткое понимание, когда можно наносить удары ногами, а когда нет.

Например, во втором поединке в Top Dog мы использовали обманку. Я определённым образом подшагивал, показывал, что буду бить ногой, а в итоге атаковал хуком. Наверное, с базовым боксёром Виталием Коваленко это не работало должным образом, но с Шелестом что-то такое может пройти. Ведь он кикбоксёр и очень часто видел подобные удары, учился реагировать на них.

Поединок с Шелестом привлекает особое внимание, ведь вы оба являетесь выходцами из одного вида боевых искусств. На ваш взгляд, где у него было бы больше шансов навязать вам борьбу — в кикбоксинге или кулачных боях?

— За годы карьеры мы очень часто пересекались с Павлом, часто выступали на одних турнирах. И в своё время нам даже планировали организовать встречу в ринге. Лично я всегда думал, что мы сразимся с ним именно по правилам кикбоксинга, но не сложилось. Думаю, мне будет непросто чем-то удивить его в кулачных боях. Но мы всегда работаем над тем, чтобы подбирать ключи к каждому оппоненту. Не хотелось бы вести себя нагло, но я постараюсь взять верх над ним сначала здесь, а впоследствии буду готов дать ему реванш в нашем родном виде.

— Некоторые лиги кулачных боёв славятся эпатажными конференциями, выходящим за рамки дозволенного треш-током, потасовками. Но вы создаёте впечатление очень скромного человека. Специально пытаетесь выделяться на общем фоне?

— На таких мероприятиях веду себя в привычной для себя манере и не допускаю колкостей в адрес соперников. За пределами ринга я очень добрый, всегда готов прийти на помощь. Внутри четырёхугольника во мне пробуждается что-то другое. Можно назвать это духом воина. Думаю, различие в поведении с другими бойцами ещё больше привлекает ко мне внимание. Конечно, люди хотят видеть треш-ток и подколы, но я именно таким образом забираюсь в голову своим противникам, начинаю давить их морально. Людям бывает очень сложно настроиться на поединок после приятного общения за кулисами, когда твой визави желает тебе здоровья, ведёт себя очень уважительно. Но при этом всё, что я говорю, от чистого сердца. Я уважаю каждого оппонента. Ведь именно это позволяет мне трудиться в зале, развиваться, становиться лучше.

— Были ли моменты, когда сопернику всё же удавалось вывести вас из себя?

— Я выступал на турнире в Германии, на тот момент мне было 16 лет. Противник был очень серьёзный. К этому моменту ему исполнился 31 год, он шёл на серии побед, три последние одержал с помощью ударов ногой с разворота и считался ярким проспектом в категории до 70 кг. Мы встретились на взвешивании. В ходе дуэли взглядов он подошёл ко мне максимально близко, но я не отступил, начал давить его взглядом. И когда морально я его переборол, он оттолкнул меня. Не стал реагировать на это, просто погрозил ему пальцем и сказал, что завтра ему придётся сложно.

После этого оставил пост в социальных сетях примерно такого содержания: «Мои орудия заряжены. Готовьтесь ловить его голову в зале». В третьем раунде я отправил его в глубокий нокаут. Доказал, что, когда на меня начинают пытаться давить, я становлюсь гораздо опаснее, считываю соперника и разбиваю в ринге.

— Шелест пытался как-то спровоцировать вас перед шоу?

— Мы прекрасно осведомлены друг о друге. Павел был максимально уважительным. Он сам хотел устроить этот бой. Поэтому мне будет очень приятно бить его, ведь это фактически исполнение его желания. Возможно, мне бы хотелось, чтобы Паша был немного более разговорчивым, дал возможность людям получше узнать себя. Очень хочу, чтобы он задержался в Top Dog. Он может составить серьёзную конкуренцию многим.

— Как и Шелест, сейчас вы связываете свою карьеру преимущественно с кулачными боями, но ещё два года назад у вас был действующий контракт с Glory. При этом вы признавались, что не были заинтересованы в его продлении. А сам промоушен хотел оставить вас?

— Да. После того как срок действия договора истёк, я получил ещё три предложения от Glory. Когда началась пандемия, руководство кормило обещаниями, что, как только ситуация с коронавирусом нормализуется, организуют бои. Говорили, мол, ждут меня. Я был готов сотрудничать, но впоследствии схватки так и не были назначены. Не хотелось сидеть на эксклюзивном соглашении и, остерегаясь штрафов, боксировать по любителям.

В Glory были очень непростые условия, на уступки идти не хотели. Поэтому было решено не продлять действующий контракт. Не было как желания проводить максимум по три боя за год, так и понимания относительно будущих перспектив.

— С вами связывались другие лиги по кикбоксингу?

— Получал предложения от ONE Championship. Но условия вновь были каторжными: ты нечасто бьёшься, гонорары небольшие, но при этом ты не можешь драться где-либо ещё. А сейчас кулачные поединки имеют для меня огромное значение. И это не говоря о выступлениях по любителям. Очень хочется стать 15-кратным чемпионом мира по кикбоксингу. В моём активе уже три золотые медали. А также 10—15 раз выиграть первенство Европы, провести более 100 битв в профессионалах.

Поэтому сейчас хочу не сидеть на волокитных контрактах и гнаться за большими деньгами, а получать опыт. Делать из себя именитого спортсмена, который будет привлекать людей к единоборствам, мотивировать подрастающую молодёжь.

— Если бы вы нарушили соглашение с Glory и подрались в другом месте, какой вам грозил бы штраф?

— Не могу назвать точную сумму, но она очень внушительная.

В принципе, гонорары в Glory более чем солидные. Но сейчас Top Dog вышел примерно на тот же уровень оплаты, что и основные промоушены по кикбоксингу. В «кулачке» сейчас не обижают деньгами, а профессиональных спортсменов оценивают выше, чем ребят без опыта.

— Если не считать штрафов, в чём ещё заключалась особенность соглашения с Glory?

— Если ты травмируешься, то оно автоматически продлевается на полгода. То же самое происходит в случае снятия с поединка. В результате ты очень долго можешь сидеть без боя. Например, первой возможности войти в ринг я ждал более семи месяцев с момента подписания. Это очень непросто. Ты хочешь драться, выводишь свой организм на пик, а тебя лишь кормят обещаниями. Желание угасает.

Самое сложное в жизни спортсмена — достичь идеальных кондиций и удержать себя на них. А когда ты провёл тренировочный лагерь, подготовился к шоу, а оно перенеслось на два месяца, ты оказываешься в тяжёлом положении. Тебе нельзя и расслабляться, и продолжать пахать. Ведь если ты будешь работать на таком же уровне самоотдачи, то загонишь себя в функциональную яму. Поэтому сложно выстроить подготовительный процесс.

— В Top Dog всё проще?

— Лига идёт мне на уступки касаемо карьеры в кикбоксинге. В начале года я отправляю примерный план выступлений на турнирах, а организация учитывает это. Очень приятно, когда руководство идёт тебе навстречу, а не вставляет палки в колёса.

— Вы сказали, что Top Dog практически сравнялся с кикбоксингом в плане гонораров. Однако в своё время мне приходилось слышать, что несколько лет назад бойцам платили около 40 тыс. рублей за шоу. С того момента всё настолько изменилось?

— Изначально приходил в промоушен на других условиях. Я более мастеровитый, титулованный спортсмен, который бился на многих европейских и мировых площадках. Поэтому гонорар был соответствующий. Кроме того, после каждого боя около 80 тыс. рублей трачу на лечение. И тех денег мне не хватило бы даже на реабилитацию. Мне пошли навстречу и сделали, наверное, более выгодное предложение, чем большинству спортсменов, находившихся тогда в ростере.

— В Glory вы получали самые высокие гонорары в карьере?

— Нет. Больше всего зарабатывал в Kunlun Fight. В этой организации чувствовал себя максимально комфортно. Причём не только с точки зрения финансов, но и других контрактных обязательств. Надеюсь, Китай вновь откроется в ближайшее время. Там меня по-прежнему хотят видеть, и я был бы не прочь вновь посотрудничать.

— Вы сказали, что сейчас Top Dog платит вам практически столько же, сколько Glory. А если сравнить нынешние гонорары с теми, что вы получали в других лигах по кикбоксингу?

— В Mix Fight Gala мне платили не больше, как и в W5. Top Dog уже не отстаёт от них в этом плане и выходит на высокий уровень. Что касается Glory, то там гонорары очень сильно росли от боя к бою. Они практически удваивались. Но сейчас я чувствую себя более чем устойчиво. Ведь я продолжаю развивать свой собственный бренд, активно сотрудничаю со спонсорами, которые помогают и мне, и моей команде, а также позволяют не зависеть от контрактов с промоушенами.

— Говоря о лечении после поединков по кулачным боям, на что уходят такие деньги?

— После первой битвы у меня образовалась трещина, из-за этого пришлось потратить около 50 тыс. рублей. В эту сумму вошли физиопроцедуры, плазмолифтинг — из вены берут кровь, отделяют её от плазмы. Это наш собственный антибиотик, который позволяет гасить очаг воспаления. Позволяет очень быстро восстановиться. Да, стоит недёшево, но результат максимальный.

Помимо прочего, витамины, различные препараты для залечивания синяков, рассечений. Все необходимые средства, чтобы заживление проходило предельно быстро и не мешало тренироваться. Если мы говорим о физиопроцедурах, то при них используются не обычные магниты, которые мы видим в различных диспансерах, а современные технологии, применяемые на Олимпиадах. Аппарат направлен на решение разных задач: помогает восстанавливаться от переломов, ушибов, расщеплять триггерные точки, восстанавливать нервы, если пошёл воспалительный процесс.

Например, перед схваткой с Коваленко немного просел иммунитет, воспалился сначала лимфоузел, а затем и подлопаточный нерв. Тогда моё участие в битве находилось под вопросом. Очень сильно опухла левая лопатка. Но данные средства помогли мне не сняться с турнира.

— После окончания боя травм добавилось?

— На левой руке невероятным образом опухли костяшки. Раздробился сустав указательного пальца. Сделали процедуру, а через два часа я уже видел большой результат. Опухоль начала сходить очень быстро.

— Сколько вам приходится тратить в месяц, если мы учитываем тренировки, дорогостоящее восстановление, питание?

— Не так уж и много. Я продолжаю тренироваться в своём родном городе Орле. И за годы мне удалось выстроить систему. Всё максимально удобно, находится в нужном месте. В месяц конкретно на себя трачу около 100—120 тыс. рублей, чтобы поддерживать своё тело в правильном состоянии, тонусе. Другое дело, что со мной находятся тренеры, операторы, ведущие, другие представители моей команды — Joke Team.

— Сколько уходит на зарплату всему коллективу?

— Около 150 тыс. рублей.

— Судя по всему, в ближайшее время россиянам вряд ли стоит надеяться на возможность подраться в Glory. В связи с ситуацией на Украине промоушен освободил от контракта всех отечественных бойцов, включая чемпиона в полутяжёлом весе Артёма Вахитова. Как вы на это отреагировали?

— Слышал об этом. Честно — очень рад за ребят, потому что для них наконец закончилась эта волокита. На данный момент в России индустрия единоборств развита гораздо лучше, чем в Европе. Я говорю как об уровне конкуренции, так и проведения соревнований. Думаю, что с финансовой точки зрения спортсмены не пострадают. На родине они будут получать такие же деньги, на них будет очень большой спрос. Да и с квалифицированными соперниками проблем не будет.

Также по теме
Российский боксёр Магомед Курбанов «Четыре раунда продержится»: Курбанов — о гипотетическом бое с Макгрегором, схватке с Тейшейрой и реванше Усика с Джошуа
Звезда UFC Конор Макгрегор сумел бы продержаться в поединке по правилам бокса четыре раунда, однако после был бы нокаутирован. Об этом...

— Со многими из уже бывших российских бойцов Glory вы выступали на одних шоу — тем же Вахитовым, Дмитрием Меньшиковым, Алексеем Ульяновым. Общались с кем-то из них по поводу данного решения?

— Да, отлично знаю их всех. Также с Вахитовым общается мой хороший друг Дмитрий Васенёв, который помогает мне в подготовке. Знаю, что уже 15 июля Меньшиков сразится с Максимом Сульгиным на турнире RCC Fair Fight. Это говорит о том, что ребята переключились на внутренний рынок, стали выступать на местных площадках, а также о наличии интереса к ним.

— В последние годы мы наблюдаем колоссальный рост интереса к кулачным боям в России. Но как обстоят дела с кикбоксингом? Существуют ли серьёзные российские промоушены по этому виду единоборств?

— Да, можно взять тот же RCC Fair Fight. Недавно я получил несколько предложений от этой лиги, сейчас рассматриваю их. Причём речь идёт не только о поединках, но и участии в телешоу. После боя с Шелестом необходимо немного передохнуть и понять, куда двигаться дальше.

— Что больше привлекает вас — кулачные бои или кикбоксинг?

— Я бы хотел совмещать одно с другим. Хочется проводить две-три схватки на голых кулаках в год, а всё остальное время заниматься кикбоксингом. Безусловно, меня по-прежнему привлекает возможность биться в Kunlun Fight. В Китае у меня большая фанбаза, хотелось бы продолжать с ней работать. Если RCC Fair Fight согласен заключить контракт на неэксклюзивной основе, был бы рад параллельно выступать в России и Поднебесной. Осталось сойтись по условиям. Ведь это очень сильная и мощная лига.

Всё это время я не переставал заниматься кикбоксингом. За год успел завоевать три титула чемпиона мира, выступить в мировых Гран-при в Европе. Что касается кулачных боёв, то есть предложение от всем известной Bare Knuckle FC.

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
dzen_banner
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить