Длинный язык и короткие руки

Короткая ссылка
Геворг Мирзаян
Геворг Мирзаян
Политолог, журналист, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве РФ

Официальный Киев признал, что в украинско-европейских отношениях есть проблемы. «Определённое напряжение», которое, по словам министра иностранных дел Вадима Пристайко, возникло после публикации американцами стенограммы переговоров между Зеленским и Трампом (где украинский президент «на тысячу процентов» согласился со словами своего американского коллеги о том, что Европа недостаточно помогает Украине).

Также по теме
Глава МИД Украины планирует попросить ЕС «дожать Россию»
Министр иностранных дел Украины Вадим Пристайко в интервью «Укринформу» заявил, что во время заседания Совета министров ЕС по...

Однако если бы проблема была лишь в звонке, Зеленский мог бы особо не беспокоиться. Как верно отметил украинский министр, европейские лидеры не такие тонкокожие. Им, конечно, обидно, что выделение за 5 лет только на уровне ЕС (без учёта отдельных вкладов государств-членов) 15 миллиардов евро в грантах и займах стране, не являющейся членом ЕС, считается Киевом «недостаточным». Но они понимают, что нужно делать ставку на личность «критикующего» и обстоятельства, в которых всё это было сказано. Как верно отмечают европейские эксперты, Зеленский молод, неопытен, да и Украина уж слишком нуждается в американской помощи, поэтому и должен был поддакивать Трампу.

К сожалению для украинского президента, напряжение между Киевом и Европой растёт не из-за его длинного языка, а из-за его коротких рук. Президент Зеленский не хочет или не может встроиться в новую европейскую политику на российском направлении.

Ни для кого не секрет, что Европа больше не заинтересована в политико-экономическом конфликте с Москвой. Победы в нём (то есть вытеснения РФ с постсоветского пространства и последующей смены власти в России через «майдан») не проглядывается, а издержки лишь множатся. Это и ослабление российского среднего класса (оплота проевропейских настроений), и ощущение геополитического одиночества перед ставшими чужими США и враждебной Турцией, и целый сонм внутриполитических проблем, решению которых мешает ненужная конфронтация с Кремлём (например, необходимость поставить на место распоясавшиеся восточноевропейские страны, зарабатывающие политические очки в том числе и на агрессивной антироссийской политике).

Поэтому ЕС взял курс на поиск с Россией некоего модус вивенди. Общие черты компромисса уже, в принципе, понятны. Евросоюз выводит Крым за скобки российско-европейских отношений, а также поддерживает либо решение, либо замораживание конфликта в Донбассе на принципах Минских соглашений. Под этим соусом Европа продолжает сворачивать антироссийские санкции (процесс снятия которых начался ещё с возвращения Москве прав в ПАСЕ).

По сути, Европа толкает Киев к урегулированию отношений с Москвой на условиях, которые, по мнению ряда украинских экспертов и активистов, не соответствуют национальным интересам Украины. А точнее, интересам «партии войны» и майданных революционеров, продолжавших декларировать мантры о том, что  «украинцы грудью защищают Европу от российской агрессии».

Поэтому вместо того, чтобы понять, принять и смириться с решением Европы, Киев устроил образцово-показательный бойкот — украинская делегация отказалась от участия в сессии ПАСЕ. От Зеленского в этой ситуации требовалось сделать то, что не сумел сделать Порошенко — просто не стоять на пути урегулирования конфликта.

Конфликта, который греет сердца националистов, но сжигает в своём огне саму Украину. Собственно поэтому в Киеве вменяемые люди и даже чиновники уже давно признают, что войну необходимо сворачивать.

Тот же министр иностранных дел Вадим Пристайко очень чётко (пусть даже и с «политкорректными», промайдановскими акцентами) обрисовал три варианта действий Украины с Донбассом. Либо реализация Минских соглашений, которую он назвал несправедливым вариантом. Либо продолжение блокады, в ходе которой «люди по ту сторону линии соприкосновения окончательно возненавидят нас, и никогда мы не сможем их вернуть». Либо «отгородиться от Донбасса» — то есть заморозить конфликт и, по сути, через какое-то время отпустить его в свободное плаванье. И украинские СМИ уже пишут, что третий вариант — это не так уж и плохо. Ведь в кипрском его исполнении (на которое и намекал Пристайко) разделение острова, наличие между сторонами буферной зоны и миротворцев ООН «обусловливает отсутствие войны, что позволяет греческой части Кипра активно развиваться».

Также по теме
В ЕС поддержали план Киева по урегулированию конфликта в Донбассе
Глава МИД Украины Вадим Пристайко представил на встрече с европейскими министрами удовлетворительную картину планов относительно...

Однако в итоге Зеленский на пути российско-европейского урегулирования всё-таки встал. И речь не о том, что он публично поддержал демонстративный бойкот ПАСЕ.  И даже не о том, что украинский президент сначала подписал формулу Штайнмайера, а затем сразу же стал говорить о том, что для её имплементации республики Донбасса должны выполнить новые условия (например, разоружиться и отдать под контроль Киева границу с Россией). Судить нужно не по словам (которые можно рассматривать как дымовую завесу для самих украинцев, способ утихомирить разбушевавшихся националистов), а по делам. В данном случае — по их отсутствию.

Когда эти же самые националисты (а точнее неонацисты из «Азова») вошли в Золотое и фактически сорвали процедуру разведения вооружённых сил Украины и народных республик, Зеленский спасовал. Дал понять, что он не собирается силой разгонять это сборище. Возможно, президент боится открыто выступить против националистов, боится использовать свой политический капитал для того, чтобы поставить фюрера «Азова» Билецкого на место (если уж не к стенке, где он смотрелся бы органично, то хотя бы в тюрьму). Возможно, президент и его окружение являются авторами этой сцены и используют действия неонацистов для того, чтобы их грязными руками сорвать или хотя бы пересмотреть процесс выполнения Минских соглашений. Однако Европе всё равно. Трус или интриган, Зеленский играет против Евросоюза. И за это должен быть наказан.

Вопрос в том, как? Означает ли всё это, что Европа в какой-то момент просто сбросит с плеч украинский чемодан на холодную, грязную землю реальности? Что Ангела Меркель, Эммануэль Макрон или руководство ЕС публично откажутся поддерживать «неэффективную и коррупционную власть в Киеве»? Скорее всего, нет. Слишком уж много капитала — как финансового, так и имиджевого — Европа вложила в Украину, и столь радикальный пересмотр отношений к Киеву вызовет не менее радикальные вопросы со стороны европейского электората. Вопросы, которые могут прямо сказаться на результатах будущих выборов в их странах.

Европейские лидеры слишком слабы для того чтобы признавать собственные ошибки, что они уже продемонстрировали в вопросе Косово. До сих пор отказываются признать, что по итогам войны с Югославией они получили усиление позиций России на Балканах, создание «косовского прецедента» (который Москва использовала для международной легитимации возвращения Крыма), дотационный регион в лице Косово и укрепление позиций косовской мафии в европейских странах. Так почему европейские элиты должны признавать, что развязывание гражданского конфликта на Украине было ошибкой?

Они и не признают. Публично. Но на непубличном, «подковёрном» уровне выводы, скорее всего, уже сделали. Европа будет улыбаться Украине, даже говорить о «российской агрессии», однако не только продолжит, но и ускорит процесс нормализации отношений с Москвой. С Украиной или (если Зеленский не опомнится и вовремя не вскочит на отъезжающий поезд геополитической реальности) за счёт её интересов. И возможно, за счёт карьеры самого Зеленского.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Самые свежие новости России и мира на нашей странице в Facebook
Ранее на эту тему:
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить