Французский эксперт: интервью Путина — попытка обратиться к западной аудитории на важном этапе конфликта

Владимир Путин дал интервью журналисту Такеру Карлсону для того, чтобы сделать попытку достучаться до западной — и в первую очередь американской — публики и донести до неё позицию России, считает профессор кафедры исследований России и постсоветского пространства Университета Париж X — Нантер-ля-Дефанс Жан-Робер Равио. Как заявил эксперт в интервью TV5 Monde, именно сейчас российский лидер попытался это сделать из-за того, что на Западе наметилось осознание, что продолжать боевые действия будет непросто.

А мы начнём с события, случившегося в четверг вечером, — первого интервью Владимира Путина западному журналисту с момента начала военных действий. Разговаривал российский президент с американским журналистом консервативных взглядов Такером Карлсоном. А проанализировать основные тезисы, прозвучавшие в этой беседе, нам поможет наш гость — Жан-Робер Равио. Добрый вечер, Жан-Робер! Наш гость — профессор кафедры исследований России и постсоветского пространства Университета Париж X — Нантер-ля-Дефанс, и он только вчера опубликовал вот эту книгу под названием «Россия и её имперское мышление», выпущенную издательством L'Artilleur.

 
Первый вопрос — о закулисной стороне этого интервью: почему оно появилось именно сейчас? Почему его дали именно этому американскому журналисту? Что же задумал Владимир Путин?
 
ЖАН-РОБЕР РАВИО, профессор Университета Париж Х — Нантер-ля-Дефанс: Именно сейчас оно появилось потому, что в конфликте наступил важный этап, когда Запад, западные державы осознали, насколько сложной задачей является продолжение боевых действий. Кроме того, они сейчас оказались в положении, когда идёт подготовка к передаче эстафеты от США Европе: мы видим, что в США на фоне приближающихся выборов сформировалась обстановка неопределённости в плане в первую очередь одобрения конгрессом выделения Украине военной помощи, с которым есть сложности, а также перспективы избрания Трампа, который может пересмотреть вопрос помощи, — а потому идёт передача эстафеты от США Европе.

С точки зрения Путина, сейчас — именно тот момент, когда нужно, быть может, обратиться к американскому обществу, дабы совершить какую-то попытку объяснить российскую позицию в рамках данного конфликта.
 
А нет ли здесь также агитации в преддверии президентских выборов в России, которые состоятся в следующем месяце? Или всё-таки это всё в первую очередь адресовалось именно американцам?
 
ЖАН-РОБЕР РАВИО: Мне кажется, что это интервью предназначалось для западной публики, причём определённой её части, ведь Такер Каррлсон — не безликий нейтральный журналист, он — фигура ангажированная, бывший ведущий Fox News и, как я понимаю, относится к Путину с симпатией и этого не скрывает.
 
Но почему же Владимир Путин проявил себя так агрессивно, по-боевому?
 
ЖАН-РОБЕР РАВИО: Он был агрессивен, боевит, брал поучительный тон — и говорил очень долго: интервью продолжалось два часа. А началось оно с длинной лекции по истории, что странно — ведь обращался он всё-таки к западной, в первую очередь американской публике, которая в целом историей интересуется не слишком, тем более историей России. И всё же в этом интервью мы увидели со стороны Путина кое-какие проявления чувства юмора, и в целом оно было весьма хорошо выверено именно под внешнюю публику и построено так, чтобы выдать множество небольших цитат, которые, думаю, теперь подхватят самые разные СМИ.
 
В числе самых заметных заявлений в рамках этого интервью были слова Владимира Путина о том, что поражение России на Украине просто невозможно. На ваш взгляд, это просто слова или же он действительно так считает?
 
ЖАН-РОБЕР РАВИО: Он действительно так считает, и я думаю, что поражение России в том виде, в котором его могли представлять с западной стороны — и мне кажется, что Путин как раз ссылался на те слова, которые использовали на Западе в начале конфликта, в первые его недели и месяцы, когда было впечатление, что Россия движется к победе, ну или как минимум такой тон преобладал в заявлениях со стороны Запада, — остался далеко позади. И я считаю, что уже сам длительный характер конфликта — а он продолжается почти два года, на следующей неделе как раз два года и будет — показывает, что, скажем, вопрос о разгроме российских войск уже не стоит. Но ведь Путин и о победе не стал говорить.
 
И вы считаете, что это важный момент?
 
ЖАН-РОБЕР РАВИО: Да, ведь это значит, что переговорного процесса сейчас нет и до его начала пройдёт ещё не один и не два месяца. То есть, с его точки зрения, боевые действия будут ещё какое-то время продолжаться.
 
Дата выхода в эфир 09 февраля 2024 года.
Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT