Le Figaro: «бомба замедленного действия» — во Франции всё больше афганских беженцев, выросших в условиях войны

Reuters
Афганская молодёжь в поисках лучшей жизни без военного хаоса бежит в Европу и всё чаще остаётся во Франции, где живёт на нелегальном положении, рассказывает Le Figaro. Хотя среди них лишь единицы входят в террористические группировки, культурный и цивилизационный шок подталкивает некоторых к непредсказуемым действиям и применению насилия, которое является нормальным для выросших в стране, где уже более 40 лет идёт война.

Война в Афганистане идёт с 1978 года, и каждый день сопровождается новыми вспышками насилия: талибы всё чаще нападают на изнурённые правительственные силы, а страдает в первую очередь гражданское население, пишет Le Figaro. Исторический договор о выводе иностранных войск, подписанный в феврале между «Талибаном»* и США, позволил радикальным исламистам надеяться на возвращение к власти. Эта возможность приводит в ужас население, которое опасается повторения 1996—2001 годов, когда проводились публичные казни путём забивания камнями, были введены стожайшие религиозные обряды, запрет на танцы и музыку, а права женщин отсутствовали. В то время страна стала настоящим оплотом террористов «Аль-Каиды»**, которую возглавлял Усама бен Ладен. Теперь, 19 лет спустя, талибы смогли вернуть почти 30% территории.

Как рассказывает издание, никогда раньше Афганистан не нуждался в таких объёмах помощи: на прошлой неделе ООН предположила, что в следующем году гуманитарная помощь потребуется ещё 5 млн человек — 16 млн в целом по стране. Срочно необходимо финансирование, однако, по словам официальной представительницы Верховного комиссариата ООН по делам беженцев, в случае неудачных переговоров о мире между талибами и афганским правительством страна может «вернуться назад с катастрофическими последствиями, включая новые перемещения населения». Здесь она говорит о мигрантах: в одних соседних странах (Иране, Пакистане) их больше не приветствуют, в других — никогда на самом деле не ждали (Туркменистан, Таджикистан, Узбекистан), поэтому всё больше и больше афганцев едут в Европу.
 
Раньше у беженцев из азиатской страны были популярны три направления: Швеция в 2015 году приняла 163 тыс. просителей убежища, в Соединённом Королевстве английский язык, либерализация работы и сильная афганская диаспора позволяли лучше интегрироваться, и, наконец, Германия — влиятельная и процветающая страна с развитой промышленностью — в 2015 году приютила миллион афганцев. Однако сейчас все эти страны значительно ужесточили свою миграционную политику, и теперь мигранты из Афганистана чаще всего застревают в Греции, Италии или Франции. Данные Французского агентства по защите беженцев и апатридов говорят том, что за последние пять лет число людей, впервые просящих убежища во Франции, увеличилось почти в пять раз, что вывело её на первое место среди других стран.
 
Тем не менее Франция не стала для мигрантов тем Эльдорадо, которое они искали. Во-первых, как объясняет научный сотрудник Института международных и стратегических отношений (IRIS) Карим Пакзад, между Парижем и Кабулом никогда не существовало прочных экономических отношений и, главное, интеграция афганцев в этой стране проходит не так легко, как в других. По словам учёного, у беженцев здесь нет тех же преимуществ и практически невозможно найти официальную работу. Чаще всего в районах, где расположены лагеря мигрантов, праздно шатаются группы молодёжи без чётких целей. Источник в полиции отмечает, что в ожидании рассмотрения их ходатайства о предоставлении убежища или скорее после отказа многие ради заработка начинают торговать сигаретами или наркотиками. Между представителями различных этнических групп происходят многочисленные драки. Если раньше в основном иммигрировали молодые люди из крупных городов, теперь в Европу едут из маленьких юго-восточных городков на границе с Пакистаном, уточняет Карим Пакзад. Разница опять же в этнической принадлежности: сейчас чаще всего во Францию приезжают пуштуны, к которым также принадлежат талибы. Эксперт подчёркивает, что, в отличие от прошлых лет, это не политические беженцы — они ищут лучшей жизни, поэтому часто получают отказ в предоставлении убежища. Покидая сельские районы, где война приводит к хаосу, эти люди оказываются в сложной ситуации и нередко остаются во Франции, несмотря на отказ.
 
По прибытии в раздираемую противоречиями, но всё же мирную Францию, афганцы часто испытывают настоящий «цивилизационный и культурный шок». «Они радикализованы. Они пропитаны очень консервативным, очень реакционным исламом, где насилие над женщинами воспринимается как норма, — подчёркивает Карим Пакзад. — Часто они поддерживают талибов. Для них, например, немыслимо создавать карикатуры на пророка Мухаммеда». Повторная публикация карикатур «Шарли Эбдо» недавно спровоцировала масштабные демонстрации как в Пакистане, где проживают миллионы пуштунов, так и в Афганистане.
 
Кроме того, собеседник французской газеты отметил, что афганские мигранты «родились в стране в состоянии войны», в насилии, которое является для них нормальным. Как объясняет научный сотрудник IRIS Жорж Лёфевр, Афганистан является последней восточной страной со средневековым укладом, и для его жителей талибы являются практически «меньшим злом» по сравнению с существующим правительством: когда они были у власти, судебная система была простой, но функциональной. Неспособность государства ответить на нужды населения, начиная с продуктов питания, сделала из жителей пессимистов. Прибытие американцев, которые тратили ежегодно несколько миллиардов, не восстанавливая экономику государства, нарушило баланс системы в экономическом и социальном плане, лишив людей какой-либо надежды на счастливое будущее в своей стране.
 
К счастью, отмечается в статье, выходцы из Афганистана очень редко состоят в террористических сетях. По словам Жоржа Лёфевра, они покидают страну от отчаяния из-за нестабильной ситуации, не имея при этом связей с террористами. В самой стране «Исламское государство»*** вызывает отвращение у большинства населения из-за жестоких терактов, направленных на гражданское население. Так, в мае 2020 года в кабульском роддоме застрелили 13 человек, в том числе двух новорожденных. Тем не менее Карим Пакзад считает, что угрозу безопасности нельзя недооценивать: среди мигрантов продолжают появляться радикалы, что, согласно источнику в полиции, поощряет ненависть и теории заговора.
 
Афганские мигранты привыкли к насилию, поэтому реакция некоторых может быть непредсказуемой. После убийства учителя Самюэля Пати 14-летний афганский школьник радовался трагедии и утверждал, что «сделает то же самое». Другой афганец 26 лет из Пуатье в видеоролике восхвалял убийство и призывал «заставить страдать тех, кто оскорбляет посланников Аллаха». В начале ноября за «оправдание терроризма» молодой человек был осуждён на полтора года тюрьмы с последующим окончательным запретом на въезд во Францию — ему уже выносили такой приговор, но не исполнили его.
 
«Тысячи афганских беженцев переезжают из одной страны в другую, живут на нелегальном положении без надежды на улучшение (жизненных условий. — ИноТВ). Такой образ жизни является бомбой замедленного действия для Франции и Европы», — утверждает Карим Пакзад. Как пишет в заключение Le Figaro, французские эксперты смотрят на ситуацию пессимистично, но надеются, что мирные переговоры позволят «найти условия для нормализации обстановки», чтобы избежать катастрофы.
 
* «Талибан» — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 14.02.2003.
 
** «Аль-Каида» — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 14.02.2003.
 
*** «Исламское государство» (ИГ) — организация признана террористической по решению Верховного суда РФ от 29.12.2014.
 
 

 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT