Обозреватель NYTimes: Черчилль презирал бы Джонсона

Reuters
Новый премьер-министр Британии Борис Джонсон пытается подражать Уинстону Черчиллю, возглавлявшему страну во времена Второй мировой войны, пишет обозреватель The New York Times Ян Бурума. Однако, как считает автор статьи, сам Черчилль отнёсся бы с презрением к новому британскому лидеру, поскольку последний стремится к изоляции Соединённого Королевства.
«Призрак Уинстона Черчилля всё ещё витает над Вашингтоном и Лондоном», — пишет в своей статье для The New York Times писатель и профессор Бард-колледжа Ян Бурума.
 
Американские президенты, особенно во времена конфликтов, зачастую брали пример с британского премьера, возглавлявшего свою страну в период Второй мировой войны, отмечает автор.
 
«Джордж Буш — младший был большим поклонником Черчилля. И поэтому в преддверии войны в Ираке премьер-министр (Британии. — ИноТВ) Тони Блэр даже одолжил ему на время бюст Черчилля, пока старый бюст, который находился в Белом доме уже несколько десятилетий, не отреставрируют. Когда президент Барак Обама после восстановительных работ вернул бюст — как было оговорено ещё до прихода Обамы в Белый дом, — один из британских политиков обвинил его в том, что он поступил так из злости, из-за «наследственной неприязни к Британской империи, ярым защитником которой был Черчилль», — говорится в статье.
 
Этим политиком был Борис Джонсон, который в эту среду стал премьер-министром Британии. В своё время он написал подобострастную биографию Черчилля. При этом он не сделал ничего, чтобы хотя бы как-то скрыть от окружающих, что он отождествляет себя с этим великим человеком: с его аристократическими манерами, с его умением шутить, с его любовью к величию. В своих выступлениях, говоря о том, что будет после брексита, Джонсон апеллировал к пресловутому «духу Дюнкерка» и к мифу о том, что во времена войны Британия в одиночку противостояла нацистской угрозе.
 
У президента США Дональда Трампа, который «с большой помпой» установил бюст Черчилля в Овальном кабинете, нет вообще никаких манер, подчёркивает автор. Зато он также входит в число поклонников Черчилля и Джонсона, причём последнего он назвал, как это ни странно прозвучит, «британским Трампом».
 
Некоторые сторонники нынешнего британского премьера видят в этом знак того, что особые англо-американские отношения будут восстановлены во всей своей былой славе.
 
«Если так и будет, то эти отношения будут олицетворят всё то, что презирали и Черчилль, и особенно его главный союзник во времена войны Франклин Рузвельт», — убеждён автор.
 
Черчилль действительно был защитником империи, и у него были серьёзные расовые предрассудки, особенно против индийцев, к которым он питал отвращение. Но при этом он был интернационалистом. Он даже лелеял идею о том, что Британия и Франция должны выступить против Адольфа Гитлера как одна нация, говорится в статье.
 
Уинстон Черчилль также разделял мысль о существовании особых отношений между Великобританией и Соединёнными Штатами. Его мать была американкой, так что к этому были определённые сентиментальные предпосылки. Кроме того, Черчилль был сторонником идеи величия англоговорящих народов. Однако во времена Второй мировой войны пойти на сближение с Вашингтоном Лондон подвигла, прежде всего, острая необходимость. Черчилль знал, что Британия не сможет одолеть нацистскую Германию без активной помощи США.
 
Рузвельт, хотя и не был тогда другом Британской империи, но прекрасно осознавал опасность, которую представляла для США Европа, контролируемая Третьим рейхом. Однако в 1940 году американцы совсем не горели желанием отправляться на войну, чтобы помочь Британии. Самыми ярыми противниками этой идеи были изоляционисты правого толка, а некоторые из них, например авиатор Чарльз Линдберг, втайне больше симпатизировали нацистам. У изоляционистов был девиз: «Америка прежде всего». Именно его взял на вооружение Дональд Трамп в ходе президентской кампании 2016 года.
 
Но после того, как в конце 1941 года Япония напала на Перл-Харбор, а Гитлер объявил войну США, сторонникам изоляционизма пришлось замолкнуть. Черчилль и Рузвельт заключили Атлантическую хартию, в которой давались представления о мире после победы над Гитлером. В этом документе звучали глубоко интернационалистические идеи: сотрудничество между странами, свободная торговля и политическая свобода для всех. ООН, к которой администрация Трампа во многом относится с презрением, родилась как раз из этой хартии.
 
После окончания войны Черчилль призывал к созданию «Соединённых Штатов Европы», поскольку он считал, что лишь полное объединение стран может спасти от очередной разрушительной войны.
 
И «Уинстон Черчилль с презрением отнёсся бы к Борису Джонсону», — считает автор. Новый премьер обещает, что в конце октября этого года его страна обязательно выйдет из состава ЕС.
 
Как и большинство сторонников брексита, Джонсон одержим вопросом национального суверенитета и тоскует по «былой британской идее: прекрасной изоляции». Делая заявления о том, что Британия непременно выйдет из Евросоюза к Хэллоуину, премьер подражает Черчиллю, который в своё время бросил вызов нацистам.
 
Как и Трамп, Джонсон слишком сильно верит в национальную мощь и в то, что его страна превыше всего и должна быть свободна от международных структур и общих договорённостей.
 
Но если США могут позволить себе нарушать международные нормы, по крайней мере, в течение некоторого времени, поскольку это огромная страна с мощной внутренней экономикой, непревзойдённой военной силой и обширными природными ресурсами, то у Британии ничего этого нет.
 
«Мысль о том, что Британия, действуя в одиночку, сможет добиться благоприятных условий от гораздо более крупных держав, таких как Китай, Европа или, в конце концов, США, — это заблуждение. Если Британия выйдет из Европейского союза, то она станет второсортной провинциальной страной, судьба которой будет зависеть от прихоти других. Трампу, вероятно, на это наплевать. А вот Черчилля это бы привело в ужас», — подытоживает свою статью для The New York Times Ян Бурума.

 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT