Times: в России любят британскую королеву — но не знают, что сделал её дед

Reuters
Россияне в большинстве своём испытывают симпатию к британской монархии и королеве Елизавете, ведь она приходится родственницей последнему императору Николаю II, пишет Доминик Лоусон в The Times. Однако 100 лет назад даже большая дружба с российским монархом не помешала деду нынешней королевы Георгу V отказаться принять у себя семью Романовых, тем самым, возможно, предопределив их ужасную судьбу, рассуждает автор.

На официальном уровне в отношениях между Россией и Великобританией до поры до времени укоренилась «вечная мерзлота», однако на московской сцене с большим успехом идёт адаптация пьесы британского драматурга Питера Моргана «Аудиенция», посвящённая еженедельным встречам королевы Елизаветы II и её премьер-министров. «Её Величество выглядит там восхитительно. Зал всё время взрывается аплодисментами, когда на сцене впервые появляется актриса, играющая королеву, Инна Чурикова», — пишет журналист Доминик Лоусон в воскресном приложении The Times.  

В какой-то мере «национальная симпатия россиян» к королеве Великобритании объясняется тем, что она приходится родственницей «последнему царю» Николаю II. В этом году Россия отмечает 100-летнюю годовщину Октябрьской революции, а вместе с ней — и отречения от власти императора. И «даже бывший агент КГБ Владимир Путин» прислушался к народным настроениям и призвал отдать дань памяти Николаю и его семье.


Британский историк Роберт Сервис недавно писал: «Один из моих московских знакомых рассказывал, что продюсер (документального фильма о событиях 1917 года.RT) не стал брать комментарии у историка, который отказался рукоплескать Николаю. Убитых Романовых нужно почитать».

Впрочем, российские сторонники монархии, вероятно, могут не знать, что дед нынешней королевы Великобритании Георг V сыграл немаловажную роль «в ужасающей судьбе своего кузена Ники». 

Так, в марте 1917 года после обсуждений с Георгом правительство премьер-министра Дэвида Ллойда Джорджа предложило семье Николая убежище в Великобритании. Это было уже после Февральской революции и свержения самодержавия, но до прихода к власти большевиков.

Георг и Николай были не только поразительно похожи внешне, но ещё и весьма близки, описывает Доминик Лоусон. Незадолго до Февральской революции британский монарх писал Николаю: «Мои мысли всё время с тобой. Я остаюсь твоим верным и преданным другом, каковым, как ты знаешь, я всегда и являлся».

Однако уже в апреле британское правительство внезапно отозвало своё предложение — «последствия мы знаем». Официально отказ Романовым в политическом убежище был инициативой Ллойда Джорджа. И многие без труда в это поверили, потому что политик отмечал о Николае, будто тот был «добродетельным» и «руководствовался благими намерениями», но «сам виноват в том, что его правление погрязло в коррупции, косности, распутстве, фаворитизме, подозрительности, низкопоклонстве, ереси, некомпетентности и изменах». Одним словом, «не фанат».

И тем не менее, как выяснили биографы Георга V, причиной отказа Романовым стало то, что своё мнение изменил не кто иной, как сам король. И именно он, несмотря на свою дружбу с Николаем, настойчиво убеждал правительство отозвать предложение, усомнившись в «целесообразности» пребывания Романовых в своей стране. По сути же, британский король боялся, что местные радикалы используют это, чтобы разжечь антимонархические настроения в обществе. Кроме того, шёл третий год войны с Германией, а супруга Николая Александра Фёдоровна была наполовину немкой. Собственно, тогда же и немецкую фамилию собственной династии Саксен-Кобург-Гота Георг изменил на Виндзор.

В правительстве долго не хотели отзывать предложение Романовым, но не смогли устоять под напором монарха. И спустя год Николай, Александра и их пятеро детей были расстреляны в Екатеринбурге. Как напишет потом Георг в своём дневнике, «это отвратительное убийство. Я был предан Ники, он был добрейшим человеком и джентльменом до кончиков ногтей… Это слишком ужасно… бедные невинные дети!»

Биографы констатируют, что король, очевидно, скорбел по погибшим Романовым, но нет никаких свидетельств о том, чтобы он сожалел о своей роли во всей этой трагедии. Сожалел он или нет — так работают все монархии: хорошие решения принадлежат исключительно монархам, а плохие — их советникам. Впрочем, как показывает время, британскую королевскую семью не нужно учить выживанию, заключает Лоусон.
 

Комментарии читателей на сайте The Times:

Susanna J Dodgson: Из этой статьи и из комментариев кажется, что, даже если бы Британия не отозвала своё приглашение, российская королевская семья всё равно не смогла бы приехать. Беженцы выживают, потому что понимают, что их жизни там, где они живут, окончены и им нужно уезжать. Похоже, что российские монархи слишком поздно это осознали. Не стоило им ждать, пока придётся вшивать свои драгоценности в одежду.

Конечно, спустя 100 лет легко рассуждать. Сложно увидеть сигнал надвигающейся опасности, пока она не окажется перед твоим носом.

William MacDougall: Глупая статья. Как многие здесь отметили, бросить Николая с Керенским не то же самое, что с Лениным. Что более важно, у большей части зрителей в московском театре, который упоминает Лоусон, отцы и деды были коммунистами. Так что не им говорить о том, что чей-то там дед сделал или не сделал 100 лет назад. Королева — живой пример того, каким великим и почитаемым может быть монарх, и большинство россиян это признают.

Brian Cope: Во всём виноват кайзер Вильгельм II, который позволил мерзкому Ленину вернуться из Швейцарии в Россию в его знаменитом «пломбированном вагоне».  

John Cameron: Я считаю, что наш бестолковый скучный Георг — человек весьма неприятный, но российская царская семья была обречена даже и без его недостойной перемены настроя. Я чуть было не написал, что он «передумал», но для этого нужно было бы предположить, что ему было чем. Не могу представить, чтобы Ленин позволил царской семье бежать при любых обстоятельствах. 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT