Foreign Policy: Россия уверена, что уже воюет с Западом

Reuters
Экономические санкции в России воспринимают не как наказание за нарушение международного права, а как попытку добиться в стране смены режима, пишет внештатный обозреватель Foreign Policy Оскар Джонссон. По его мнению, Москва считает Запад мастером «цветных революций» и может ответить ему «асимметрично» — то есть военными методами.

«Война в Европе не является чем-то немыслимым. Тех, кому хочется верить, что война в Европе невозможна, может ожидать сюрприз», — заявил на прошлой неделе американский генерал Стэнли Маккристал. По мнению внештатного военного обозревателя Foreign Policy Оскара Джонссона, генерал был абсолютно прав, и речь идёт о конфликте с Россией.

Согласно распространённому мнению, повышенная активность вооружённых сил может привести к случайным столкновениям и непреднамеренной эскалации напряжённости. Однако, подчёркивает обозреватель, Россия уже считает свои отношения с Западом войной, пусть и без применения вооружений.

«Экономические санкции, введённые против России после вторжения на Украину, не воспринимаются как умеренный ответ Запада на нарушение международного права, — говорится в статье. — Скорее, как сказал российский министр иностранных дел Лавров, они воспринимаются как попытка спровоцировать в России смену режима. Более того, такое восприятие существует дольше, чем экономические санкции».

«Российский режим» убеждён: Запад настолько хорошо овладел методикой «цветных революций», что может сменить власть где угодно, в соответствии со своими геополитическими интересами, пишет Джонссон. «Эта методика включает в себя масштабное информационное наступление, финансирование НКО, использование спецслужб и дипломатического давления — и всё это во имя демократии».

Именно так, по словам обозревателя, Москва видит «цветные революции», «арабскую весну» и революцию 2014 года на Украине, когда «восстали граждане с прозападными и демократическими чаяниями (хотя всё вышло не так уж хорошо)». Руку Запада Кремль увидел и за уличными протестами 2011-2012 гг. в России.

Таким образом, «режим» уверен, что Запад борется с ним, пусть и невоенными методами. «Здесь, впрочем, есть логика: западная демократия зачастую поддерживала тех, кто представляет для режима самую большую угрозу внутри страны — оппозицию и гражданское общество, — пишет Джонссон. — Страх усиливается тем, что 26 лет российской независимости были ознаменованы слабостью государства, финансовыми и общественными кризисами, а в 1991-1999 гг. Россия фактически не контролировала свою территорию (Чечню)».

«Любая разумная стратегия предполагает, что наносить удар противнику надо там, где он слаб, а вы сильны… — рассуждает обозреватель. — Россия видит происходящее так: Запад, борется с нею, используя слабость государства и атакуя невоенными методами. Асимметричным ответом в глазах России вполне может быть применение традиционных военных методов».

Даже если поставить под сомнение вывод американского стратегического исследовательского центра RAND о том, что в Прибалтике Россия может победить НАТО за 36-72 часа, военное преимущество России в регионе — реальность, пишет Джонссон. По его мнению, Россия будет либо стремиться к «сделке» с администрацией Трампа, либо «испытает на прочность» его приверженность НАТО.

«Поскольку российский режим верит, что с ним воюют, и основывает свою легитимность на менталитете осадного положения перед лицом западной угрозы, война, определённо, мыслима, — заключает автор статьи. — Можно даже спросить, посмеет ли хоть кто-то из аналитиков по вопросам национальной безопасности объявить войну в Европе немыслимой. Если бы она действительно была немыслима, мы могли бы отменить многие учения, отправку подкреплений и (оборонные. — RT.) закупки в Европе».

Фото: Reuters

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT