Le Figaro: Сибирь стала идеальной «фабрикой по производству джихадистов»

Reuters
В сибирских городах рекрутерам ИГ проще вербовать новых рекрутов, чем даже в республиках вроде Дагестана, потому что в Сибири местному мусульманскому сообществу не хватает теологической базы, сообщает Le Figaro. Джихадисты проникают в мечети, университеты, и российские спецслужбы оказываются бессильными против этой угрозы. Так случилось и с печально известным Анатолием Землянкой, или «джихадистом Толиком», ставшим новым палачом «Исламского государства».

Внедряясь в самое сердце мусульманского сообщества, испытывающего нехватку теологической базы, боевики «Исламского государства»* вербуют молодежь даже в глубине сибирской тундры, пишет Le Figaro. При этом они выставляют на первый план своего нового рекрута - «джихадиста Толика», ставшего палачом ИГ. 

При простом упоминании Анатолия Землянки жители Ноябрьска непроизвольно отступают, отмечает корреспондент Le Figaro. В этом российском городе со стотысячным населением Землянку знали как вежливого, тихого и безобидного мальчика, пока его «кукольное лицо с металлическим взглядом» не показали по телевизору, а через десять дней оно не появилось в списке разыскиваемых преступников Интерпола. С тех пор, как он соврешил расправу над заложником террористов, который был его соотечественником, в России его стали называть джихадистом Толиком - новым палачом «Исламского государства», славянским последователем джихадиста Джона - британца, казнившего других британцев.  
 
Для его бывшей одноглассницы Маши это известие стало настоящим шоком, говорится в статье. «Я не могу сказать о нем ничего плохого. Он был обычным парнем, за исключением того, что в городе о нем ходили слухи, согласно которым он был где-то в Сирии и ударился даже не в ислам, а в какую-то радикальную религию», - рассказала она. Мать джихадиста Толика Ирина тоже находится в полном недоумении. «Я понимала, что с ним что-то происходит, но я и подумать не могла, что он туда поедет», - поделилась несчастная женщина. По ее словам, она даже отправилась в Турцию, чтобы забрать его домой, но все было тщетно. 
 
В советские времена в Ноябрьск, расположенный в 2250 километрах от Москвы и окруженный настоящей белой пустыней, нельзя было попасть без пропуска, поскольку он был центром добычи углеводородов, напоминает издание. Сорок лет назад в него начали съезжаться работники нефтегазовых компаний и граждане советских республик, готовых смириться с суровым климатом ради более высоких зарплат. Среди них была смешанная мусульманская диаспора, состоящая из азербайджанцев, таджиков, татар, дагестанцев и чеченцев. Изначально Анатолий Землянка не имел с ними ничего общего: он родился в православной семье, ходил в церковь как обычный среднестатистический россиянин, не имея никаких определенных религиозных убеждений. Его бывший тренер по каратэ вспоминает, что он никогда не был достаточно агрессивным и волевым, а его ударам не хватало твердости. 
 
Поэтому, чтобы как-то обяснить его резкую перемену, в Ноябрьске говорят, что «его зомбировали», сообщает Le Figaro. При этом, по свидетельствам многих знакомых Землянки, метаморфоза произошла в Тюмени, где будущий джихадист учился в университете на факультете таможенного дела и где, по всей видимости, вербовщики ИГ проявляли особенную активность. По возвращении в Ноябрьск он стал более скрытным, начал ходить в мечеть и вступил в экстремистскую группировку, которую, впрочем, быстро разогнали. Однажды Землянка исчезает, оставив свою мать на полгода без каких-либо известий, кроме одного-единственного сообщения: «Все хорошо». Как оказалось, он отправился в Сирию вместе со своим товарищем, который через полгода вернется обратно в Сибирь и будет осужден на три года, констатирует издание.
 
На самом деле, достаточно пойти в обычную городскую мечеть, чтобы убедиться, как радикальные исламисты туда проникают и оставляют свой отпечаток на местном традиционном исламе, подчеркивает корреспондент Le Figaro. «Посмотрите в молитвенный зал: в первом ряду на коленях сидит один из их рекрутеров», - делится один из местных верующих. Будущие жертвы джихадистов охотно заговаривают с этими вербовщиками, как, например, 18-летний Умар. После того как он обратился в ислам и стал ходить в мечеть три раза в день, его православная мать испытала настоящий шок, а его отец - непрактикующий мусульманин - отнесся к его инициативе положительно. «Мусульмане больше меня убедили, чем христиане. Их аргументы более весомые. Они более логичны и демонстрируют большее здравомыслие», - поясняет юноша. Умар не осуждает действия Анатолия Землянки, который, по его мнению, отправился в Сирию, чтобы «помочь».
 
«С этой молодежью бесполезно разговаривать, они ничего не понимают и больше нас не слушают», - с сожалением констатирует помощник муфтия Ноябрьска Рамазан Алматов. Год назад он прибыл из Дагестана,чтобы проповедовать традиционный ислам, но наткнулся на непонимание со стороны сибирского мусульманского сообщества, которому не хватает теологических основ. «Поэтому рекрутерам легче работать здесь, чем в Дагестане», - говорит Алматов, признавая свою беспомощность. Выгнать этих радикалов из мечети не представляется возможным, поскольку они все равно придут молиться, несмотря ни на что. 
 
Российские спецслужбы, в частности - ФСБ, также не могут справиться с этой «фабрикой по производству джихадистов», отмечает Le Figaro. «Они умеют лишь наказывать, но не способны предотвратить. Они никогда не обращались ко мне по поводу моего сына и ничего не сделали, чтобы помешать ему уехать», - рассказывает мать Анатолия Землянки. А всего лишь месяц назад другой уроженец Ноябрьска отправился в Сирию вместе со своей женой и двумя детьми. Недавно его жена позвонила в мечеть и сказала, что он умер. Ему было 26 лет, и после его смерти его вдова осталась в Сирии, говорится в статье.
 
* «Исламское государство» - террористическая организация, деятельность которой в России запрещена (прим. RT).
 
Фото: Reuters
 
Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT