Atlantic: Путин пытается снять «географическое проклятие России»

Reuters
Чтобы понять логику путинских «загадочных кампаний» на Украине и в Сирии, достаточно просто обратить взор на карту России, пишет Тим Маршалл в статье для Atlantic. Все российские лидеры были вынуждены решать одни и те же проблемы, связанные с безопасностью и «диктатурой» российской географии, и нынешний президент - не исключение, уверен автор.

Западным лидерам обычно очень трудно понять «загадочные» мотивы, которыми руководствуется в своей внешней политике российский президент. Но на самом деле здесь нет большой загадки, пишет Тим Маршалл на страницах Atlantic: «Зарубежные военные интервенции Путина имеет смысл рассматривать в контексте давних попыток российских лидеров компенсировать особенности географии России». По мнению автора, все мотивы Путина «можно прочесть на карте», а его стратегия напрямую связана с «географическим проклятием» страны.

Занимая первое место в мире по площади, Россия располагается на границе между Европой и Азией и включает в себя леса, реки, озера, степи и горы, поэтому проблемы «могут прийти как с суши, так и с моря», говорится в статье. Например, по Европейской равнине в 1605 году в Россию вторглись поляки, в 1707 году — шведы, затем французы под предводительством Наполеона в 1812 году, а потом и немцы — дважды, в 1914 и 1941 годах.
 
«Отсюда и неоднократные попытки России оккупировать Польшу: эта страна представляет собой относительно узкий коридор, в котором Россия может развернуть свои вооруженные силы, чтобы помешать врагу приблизиться к ее собственным границам, которые гораздо сложнее защитить из-за их большей протяженности», — уверен автор. С другой стороны, огромная площадь служила и защитой: по мере приближения армии противника к Москве линии снабжения на российской территории становилось крайне сложно защищать, и эта ошибка погубила армии Наполеона и Гитлера.
 
Кроме того, отсутствие у России собственного тепловодного порта с прямым выходом в океан оказывало существенное влияние на стратегию российских лидеров на протяжении всей ее истории, отмечает Atlantic. Многие арктические порты России на протяжении нескольких месяцев в году скованы льдом, и это не позволяет российскому флоту получить статус глобальной силы, поскольку у него нет круглогодичного доступа к важнейшим мировым морским маршрутам. А крупнейший российский порт в Тихом океане — Владивосток выходит в Японское море, где «господствующие позиции занимают японцы».
 
«Диктатура географии» особенно четко прослеживается в случае с Россией, где власть очень сложно защищать, и где в течение многих столетий лидеры от Ивана Грозного до Петра Первого компенсировали это попытками расширить свои территории. В конце Второй мировой войны «русские оккупировали территорию, отвоеванную у Германии в Центральной и Восточной Европе, часть которой позже вошла в состав СССР, в некотором смысле вернув ему очертания прежней Российской империи», пишет Atlantic. Однако на этот раз у границ стояли не монгольские орды, а западный альянс НАТО. После распада СССР в 1991 году «территория России снова уменьшилась», в европейской части появились границы с Эстонией, Латвией, Белоруссией, Украиной, Грузией и Азербайджаном, в то время как НАТО продолжает подбираться все ближе, включая в свой состав все больше государств Восточной Европы.
 
Именно эти две «главные проблемы России» — ее уязвимость на суше и отсутствие доступа к тепловодному порту — вышли на первый план в ходе украинского кризиса в 2014 году, уверен автор. Он даже предполагает, что каждый вечер перед сном в своих молитвах президент Путин вопрошает Бога о том, почему же тот не создал горы на востоке Украины? Ведь тогда гигантские просторы, получившие название Европейской равнины, не казались бы такими привлекательными для всех захватчиков, которые нападали оттуда на Россию на протяжении всей ее истории. Но в сложившейся обстановке президент Путин, как и другие российские лидеры до него, вероятно, считает, что у него нет иного выбора, кроме как пытаться установить свой контроль над равнинами к западу от России, отмечает Atlantic.
 
Пока в Киеве находилось пророссийское правительство, Россия могла быть уверена в том, что ее «буферная зона» останется нетронутой, а Европейская равнина будет под защитой. Даже «нейтральная Украина», которая пообещала бы не вступать в НАТО и ЕС и сохранить за Россией право арендовать тепловодный порт Севастополь, была бы для Москвы приемлемым вариантом. Но когда протестующие в Киеве свергли Януковича, а к власти пришло новое прозападное правительство, Путин оказался перед выбором, говорится в статье: «Он мог с уважением отнестись к территориальной целостности Украины или сделать то, что российские лидеры делали на протяжении многих веков. Он выбрал свой собственный путь наступления ради обороны, аннексировав Крым, чтобы сохранить за Россией ее единственный тепловодный порт и помешать НАТО еще ближе подобраться к ее границам».
 
Те же самые «тревоги», обусловленные географическим положением, спровоцировали и «российскую интервенцию в Сирию на стороне союзника Путина, Башара Асада», уверен автор. Сейчас у России есть военно-морская база в портовом городе Тартус на сирийском побережье Средиземного моря. Но как только режим Асада падет, новые правители Сирии «быстро выдворят оттуда русских». И президент Путин, по всей видимости, считает, что ради сохранения этой базы стоит поставить на карту даже возможную конфронтацию с членами НАТО, поясняет Atlantic.
 
Россия до сих пор не завершила свои «кампании на Украине и в Сирии», отмечается в статье. Однако все российские лидеры, от правителей Великого княжества Московского и Петра Первого до Сталина и Путина — были вынуждены решать одни и те же проблемы: «Неважно, какой идеологии придерживались эти правители — царистской, коммунистической или кланово-капиталистической — вода в северных морях неизменно замерзала, а Европейская равнина оставалась плоской», — заключает Atlantic.
 
Фото: Reuters
 
Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT