Сталин до конца верил в торжество социализма

5 марта 1953 года умер советский вождь Иосиф Виссарионович Сталин. Смерть его была ужасна и мучительна, пишет ZMAN. Но что он думал о своей жизни, задается вопросом издание. Сталин никогда не останавливался на достигнутом и всегда верил, что добьется еще большего в СССР и во всем мире.

1 марта 1953 года Сталина, лежащего на полу в малой столовой Ближней дачи (одна из резиденций Сталина), обнаружил сотрудник охраны Лозгачев. Утром 2 марта на Ближнюю дачу прибыли врачи и диагностировали паралич правой стороны тела.

4 марта 1953 года было объявлено о болезни Сталина, опубликованы и передавались по радио бюллетени о состоянии его здоровья; упоминались такие признаки тяжелого состояния, как инсульт, потеря сознания, паралич тела, агональное дыхание Чейн-Стокса. 5 марта в 21 час 50 минут Сталин умер. О смерти Сталина было объявлено 5 марта 1953 года. Согласно медицинскому заключению, смерть наступила в результате кровоизлияния в мозг.

 

Нурбей Гулиа вспоминал, что, когда умер Сталин, поэт Иосиф Нонешвили писал, что если бы Солнце погасло, то мы бы не так горевали - ведь оно светило не только хорошим, но и плохим людям, ну а Сталин, как известно, светил только хорошим.

Были люди, которые реагировали на смерть главного человека в СССР иначе.

Свидетельство писателя Льва Эммануиловича Разгона, отбывавшего срок в Гулаге: «Я уж не помню, после этого ли бюллетеня или после второго, в общем, после того, в котором было сказано: «дыхание Чейн-Стокса» - мы кинулись в санчасть. Мы потребовали от нашего главврача Бориса Петровича, чтобы он собрал консилиум и - на основании переданных в бюллетене сведений - сообщил нам, на что мы можем надеяться…

 

Мы сидели в коридоре больнички и молчали. Меня била дрожь. Я не мог унять этот идиотский, не зависящий от меня стук зубов. Потом дверь, с которой мы не сводили глаз, раскрылась, оттуда вышел Борис Петрович. Он весь сиял, и нам стало все понятно еще до того, как он сказал: «Ребята! Никакой надежды!!!» И на шею мне бросился Потапов - сдержанный и молчаливый Потапов, кадровый офицер, разведчик, бывший капитан, еще не забывший свои многочисленные ордена…»

1 марта 1953 года Сталин целый день не выходил из кабинета, не обедал, не смотрел почту и никого к себе не вызывал. Входить же к нему без вызова было запрещено. Наконец в 23 часа один из дежурных сотрудников рискнул с почтой в руках войти в кабинет Сталина. Он прошел несколько комнат и в малой столовой увидел лежавшего на полу вождя в нижней рубахе и пижамных брюках. Сталин едва смог поднять руку, чтобы подозвать к себе сотрудника. Говорить он не мог. В глазах были ужас, страх и мольба. У него случилось кровоизлияние в мозг, парализовавшее правую сторону тела, речевой центр, появились тяжелые нарушения деятельности сердца и дыхания.

Несколько дней врачи пытались спасти диктатора. Дочь Сталина Светлана Аллилуева вспоминает: «В большом зале, где лежал отец, толпилась масса народу. Незнакомые врачи, впервые увидевшие больного (академик В.Н. Виноградов, много лет наблюдавший отца, сидел в тюрьме), ужасно суетились вокруг. Ставили пиявки на затылок и шею, снимали кардиограммы, делали рентген легких, медсестра беспрестанно делала какие-то уколы, один из врачей беспрерывно записывал в журнал ход болезни. Все делалось, как надо. Все суетились, спасая жизнь, которую нельзя было спасти».

В зале находились в это время члены высшего советского руководства: Берия, Хрущев, Маленков, Ворошилов, Каганович, изредка появлялся сын Сталина Василий, выкрикивал пьяным голосом: «Сволочи, загубили отца!»

Берия несколько раз наклонялся к Сталину и громко говорил: «Товарищ Сталин, здесь находятся все члены Политбюро, скажи нам что-нибудь». Но Сталин уже ничего и никому не мог сказать. 5 марта около 10 часов утра смерть вплотную приблизилась к нему.

«Отец умирал страшно и трудно, - свидетельствует дочь Сталина Светлана Аллилуева, стоявшая в эти минуты рядом с отцом.- И это была первая - и единственная пока что - смерть, которую я видела. Бог дает легкую смерть праведникам... Кровоизлияние в мозг распространяется постепенно на все центры, и при здоровом и сильном сердце оно медленно захватывает центры дыхания, и человек умирает от удушья. Дыхание все учащалось и учащалось. Последние двенадцать часов уже было ясно, что кислородное голодание возрастает. Лицо потемнело и изменилось, постепенно его черты становились неузнаваемы, губы почернели. Последние час или два человек просто медленно задыхался. Агония была страшной. Она душила его у всех на глазах.

 

В какой-то момент - не знаю, так ли на самом деле, но так казалось, - очевидно, в последнюю уже минуту, он вдруг открыл глаза и обвел ими всех, кто стоял вокруг. Это был ужасный взгляд, то ли безумный, то ли гневный и полный ужаса перед смертью и перед незнакомыми лицами врачей, склонившихся над ним. Взгляд этот обошел всех в какую-то долю минуты. И тут - это было непонятно и страшно, я до сих пор не понимаю, но не могу забыть, - тут он поднял вдруг кверху левую руку (которая двигалась) и не то указал ею куда-то наверх, не то погрозил всем нам. Жест был непонятен, но угрожающ, и неизвестно, к кому и к чему он относился... В следующий момент душа, сделав последнее усилие, вырвалась из тела».

Смерть каждого диктатора всегда окружена тайнами и загадками. Есть много предположений и версий ухода Сталина из жизни, все кажутся достоверными. Наверняка кухня того, что происходило в феврале-марте 53 года в Москве, таит много разных больших и не очень сенсаций и открытий. Кое о чем можно догадываться. Документов, по-видимому, нет, не осталось, их не было, не могло быть. Никаких свидетельств быть не может. Сейчас не об этом.

«Умение хорошо жить и хорошо умереть - это одна и та же наука», - писал древнегреческий философ Эпикур.

Как умер И.В. Сталин, мы уже поняли – ужасно. Что он думал о своей жизни? Нет ответа на этот вопрос. Предположим, что сам он думал о своей напряженной жизни в борьбе с врагами за победу социализма, что живет неплохо. «Жизнь удалась», - шевелилась в нем мысль, у него были неумолимые глаза желтого цвета. В конце жизни Сталин набивал трубку табаком из разломанных папирос «Герцеговина Флор», прикуривал, отпивал от бокала любимой «Хванчакары» и поправлял большим пальцем усы, усмехаясь тайным мыслям.

А примерно за 10 лет до своей кончины И.В. Сталин, пока личные лучшие врачи, еще не объявленные вредителями, ему разрешали, курил вересковую трубку, которую набивал табаком, специально привозимым для него: Edgeworth Sliced, Prince Albert. И даже в те суровые годы войны и сомнений, огорчений и радостей, поражений и побед на фронтах войны Иосиф Виссарионович был уверен и считал, что жизнь его удалась, что он многого добился. И добьется, конечно, еще большего вместе с прогрессивными людьми доброй воли в СССР и во всем, конечно, мире.

Но случилось так, как случилось, и не иначе.

Дата публикации 03 марта 2013 года.

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT