Япония - на грани второго Чернобыля

Нынешняя ситуация в Японии балансирует на грани ядерного катаклизма, отмечает аналитик Джозеф Сиринсионе. По его оценкам, если власти страны не смогут охладить вышедшие из-под контроля реакторы, катастрофа рискует вылиться в подобие чернобыльской.

С нами в студии Джо Сиринсионе, эксперт по ядерным вопросам. Господин Сиринсионе, официальные лица Японии заявляют, что им приходится бороться с последствиями частичного разрушения уже двух ядерных реакторов. Расскажите вкратце, что происходит и насколько это может быть опасно?

ДЖО СИРИНСИОНЕ, эксперт в сфере ядерной безопасности: Это беспрецедентный кризис, ситуация крайне серьёзная. В активной зоне одного из реакторов произошёл выброс радиоактивных частиц: это тот реактор, который сейчас заливают морской водой в отчаянной попытке помешать его полному расплавлению. Также из-под контроля вышел ещё один реактор – в непосредственном соседстве с первым. Там произошло частичное расплавление топливных элементов.
 
В действительности есть ещё и третий реактор, который расположен на другом объекте, на расстоянии примерно в десять-двадцать километров, и он тоже вышел из-под контроля. Так что можно говорить о кризисе, который касается сразу нескольких реакторов. С подобной ситуацией мы никогда прежде не сталкивались.
 
Что бывает, если в активной зоне ядерного реактора случается расплавление?
 
ДЖО СИРИНСИОНЕ: В худшем случае топливные стержни соединяются в единое целое. Температура становится настолько высокой, что стержни сплавляются в радиоактивную массу, которая прорывается сквозь защитные механизмы наружу: окружающие земля, воздух и вода подвергаются радиоактивному заражению. И сейчас некоторое количество радиоактивных частиц сквозь атмосферу может достигнуть западного побережья США.
 
Действительно? То есть они проделают путь в тысячи миль через весь Тихий океан?
 
ДЖО СИРИНСИОНЕ: Именно так. В результате чернобыльской аварии, происшедшей около двадцати пяти лет назад, радиоактивные частицы распространились по всему северному полушарию. Всё зависит от того, на скольких реакторах произойдёт расплавление и насколько эффективные меры будут приняты для борьбы с последствиями катастрофы.
 
Итак, вы говорите о вероятности огромного выброса радиации, а японские власти пока что эвакуировали людей лишь в радиусе двенадцати миль от этих электростанций. Этого достаточно?
 
ДЖО СИРИНСИОНЕ: Только не в случае расплавления топливных элементов. И с развитием кризиса вы могли видеть, как расширялась зона эвакуации. Сначала два, затем – шесть, сейчас – двенадцать, а некоторые корреспонденты на местах сообщают, что на деле им не позволяют и на пятьдесят километров подойти к месту происшествия. То есть реальная зона эвакуации больше официально заявленной.
 
Если рассматривать это в контексте: японские официальные лица присвоили происшедшему 4 балла по шкале, о существовании которой я даже не знал. Это семибалльная шкала ядерных происшествий. Как нынешняя ситуация в Японии выглядит по сравнению с аварией 1979 года на АЭС «Три-Майл-Айленд» в США и с упомянутой вами чернобыльской аварией 1986 года в России?
 
ДЖО СИРИНСИОНЕ: Если всё остановится прямо сейчас, 4 балла будет, возможно, справедливой оценкой: локальное происшествие без существенного ущерба.
 
Но если это будет продолжаться, ситуация достигнет 5 баллов – а это отметка «Три-Майл-Айленда»: серьёзное происшествие. Мы почти потеряли «Три-Майл-Айленд», станция почти расплавилась, процесс остановился в последнюю минуту. Это та ситуация, которую мы стараемся сохранить в Японии.
 
Если же произойдёт расплавление, происшествие сразу выходит на отметку в 6 или даже в 7 баллов – это категория чернобыльской катастрофы: серьёзное ядерное происшествие, чреватое многочисленными жертвами.
 
Итак, о каком масштабе времени мы говорим: 12 часов, 24 часа, 48 часов? И каковы критерии, по которым можно понять, что это: серьёзное происшествие или катастрофа?
 
ДЖО СИРИНСИОНЕ: Сейчас решающий период – от 12 до 24 часов. В ходе него станет ясно, смогут ли власти Японии взять реакторы под контроль – или же они потеряны. Закачивание морской воды в первый реактор – является ли это последней, крайней мерой по остановке ухудшения ситуации? Если в ближайшие 24 часа или около того им удастся его остановить, активные зоны реакторов начнут остывать, то есть появится возможность удержать развитие катастрофы.
 
Господин Сиринсионе, на этом мы вынуждены завершить нашу беседу. Большое спасибо за то, что нашли для нас время и разъяснили для нас суть происходящего в Японии.
 
Дата выхода в эфир 13 марта 2011 года.

 

Материалы ИноТВ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию RT