Танкер как заложник

Короткая ссылка
Юлия Юзик
Юлия Юзик
Журналист

Методы Тегерана для решения острых вопросов в международной политике становятся всё жёстче — и при этом оказываются эффективными. Южнокорейский кейс достоин отдельного изучения.

4 января 2021 года в Персидском заливе был задержан танкер Hankuk Chemi, перемещавшийся по Персидскому заливу под флагом Южной Кореи. ВМС Корпуса стражей Исламской революции на кораблях окружили судно и, поднявшись на борт, отконвоировали его в иранский порт Бендер-Аббас. На борту южнокорейского танкера находились 20 человек: пять корейцев, 11 бирманцев, два индонезийца, два вьетнамца.

На борту судна находилось 7200 тонн нефтехимии, в том числе этанола, и «танкер неоднократно нарушал экологические протоколы с момента отплытия из саудовского порта Эль-Джубайль», утверждает КСИР.

По версии компании DM Shipping Co., которой принадлежал танкер, судно находилось в международных водах, когда капитан по аудиосвязи экстренно сообщил компании, что на борт поднимаются иранские военные и требуют следовать за ними в иранский порт для проведения проверки, игнорируя вопросы о причинах задержания и смены маршрута. После этого капитан приводит в действие систему оповещения о пиратском нападении, благодаря которому включается и передаётся видеосигнал с камер наблюдения, установленных на танкере. И вся иранская спецоперация проходит в прямом эфире.

Также по теме
Авианосная ударная группа ВМС США зашла в Персидский залив
Пятый оперативный флот Военно-морских сил США сообщил, что американская авианосная ударная группа зашла в акваторию Персидского залива.

В DM Shipping Co. утверждают, что три месяца назад на судне была проведена соответствующая проверка и никаких неполадок не было выявлено, а если бы с танкера происходили какие-то утечки или загрязнения, другие суда уже известили бы об этом Hankuk Chemi — благо маршрут довольно загруженный и активный. Компания выразила уверенность, что через сутки танкер будет отпущен и продолжит следование в порт Эль-Фуджейра, США призвали немедленно освободить южнокорейский танкер и уведомили, что Пятый флот ВМС США, базирующийся в Бахрейне, знает об инциденте и следит за ситуацией. Южнокорейское подразделение по борьбе с пиратством, дислоцированное в Ормузском проливе, было направлено в район происшествия.

Но что могли сделать южнокорейцы со своим спецназом? Вторгнуться в границы Ирана и развязать войну? Конечно, нет. И иранцы знали это: из-за танкера-химовоза с бирманцами, вьетнамцами и индонезийцами, сопровождающими химовоз, войны не начинают, даже если там пять твоих граждан.

И Иран задерживает иностранцев и иностранные суда не для того, чтобы разобраться и отпустить. Длительные годы санкций ввели в обиход иранской политики тактику взятия в заложники — людей, судов, компаний, — чтобы вести торг и получить максимум возможного за сохранённую жизнь или свободу. Недаром южнокорейский танкер включил систему оповещения о пиратском нападении.

Только Иран, обученный своими американскими партнёрами, даже захваты в заложники теперь проводит юридически грамотно.

«Южнокорейский танкер была захвачен Ираном из-за загрязнений окружающей среды в водах Персидского залива. На момент задержания ВМС Ирана судно находилось в территориальных водах Ирана. Проблема танкера будет решаться в рамках судебного процесса. Естественно, что иранское правительство не может вмешиваться в судебный процесс», — заявил глава иранского МИД Джавад Зариф.

Танкер пришвартован в порту Бендер-Аббас, пять граждан Южной Кореи в заложниках в тюрьме. Что там говорят США, в Иране мало кого волнует.

10 января в Тегеран из Сеула вызволять танкер прилетает внушительная команда дипломатов под руководством первого вице-министра иностранных дел Южной Кореи Чой Джонг Куна (Choi Jong Kun).

С командой южнокорейских дипломатов — финансовые чиновники страны. И понятно почему. Все обложки иранских газет торжествующе печатают фотографии огромной корейской делегации, прибывшей в Иран на поклон, и пишут: «$7 млрд иранских ресурсов заморожены в корейских банках!»

И оказывается, не иранцы взяли танкер в заложники, а корейцы взяли в заложники иранские деньги. Да-да, именно в такой формулировке.

Председатель Стратегического совета Ирана по международным отношениям Камаль Харрази на встрече с замминистра иностранных дел Южной Кореи заявил, что $7 млрд иранских ресурсов были взяты в заложники корейскими банками.

На встрече с высокопоставленным южнокорейским дипломатом присутствовал глава иранского Центробанка Абдольнасер Хеммати, который за последний год стал важной фигурой в иранской политике: именно он ведёт все битвы за вызволение иранских денег из банков других стран, замороженных по распоряжению Трампа.

Также по теме
Иран считает Трампа «преступником номер один» в деле Сулеймани
Иран считает президента США Дональда Трампа «преступником номер один» в деле об убийстве генерала КСИР Касема Сулеймани, заявил глава...

Иран настолько уязвлён последними годами правления Трампа и его антииранской политикой, что даже не старается скрыть обиду.

«У нас были активы и в других странах, и мы имели к ним доступ, несмотря на санкции США, но мы так и не смогли получить доступ к нашим активам в Южной Корее, которая была одним из основных торговых партнёров Ирана, — сказал на встрече с корейцами глава Центробанка Ирана Хеммати. — Полтора года назад я разговаривал с официальными лицами Южной Кореи, включая заместителя премьер-министра и министра экономики, и они обещали помочь, но так ничего и не сделали».

«$7 млрд заморожены в южнокорейских банках более двух лет», — подвёл он итог.

По прибытии вечером в воскресенье южнокорейская делегация встречалась с первым замом Зарифа Аббасом Аракчи. Южнокорейский дипломат стал уверять Тегеран, что Сеул полон решимости восстановить доверие в двусторонних отношениях в христианском новом году.

«Восстановление и расширение наших двусторонних отношений будет иметь смысл только тогда, когда будет решена проблема разморозки и высвобождения иранских средств из ваших банков», — ответил вице-премьер иранского МИД. И в ответ на призыв Чоя решить вопрос с захватом южнокорейского нефтяного танкера посоветовал Южной Корее избегать политизации вопроса и разрешить дело в иранской судебной системе (тут, как говорится, ответ один: «Уж лучше вы к нам, на Колыму»).

В переводе с дипломатического: утром деньги — вечером стулья (танкер).

С воскресенья по вторник южнокорейская делегация из представителей МИД, Министерства финансов и, возможно, правительства, выслушивала многочисленные лекции о морали и утерянных возможностях. (Смотреть, как один из главных покупателей твоей нефти снуёт туда-сюда по Персидскому заливу, покупая нефть у Саудовской Аравии, наверное, действительно больно, и потому пострадавшего надо выслушать.)

«Заморозка финансовых ресурсов Ирана в Южной Корее — это отсутствие политической воли Сеула, а не санкции, введённые администрацией Трампа», — Аббас Аракчи, первый заместитель главы МИД Ирана.

«Годы санкций сделали Иран самодостаточным во многих областях, включая производство бытовой техники, так что корейские компании упустили хорошие возможности в Иране», — Камаль Харрази, председатель Стратегического совета по международным отношениям.

«Поведение Южной Кореи — большая ошибка. Для такой серьёзной страны, как ваша, неприемлемо замораживание активов Ирана по приказу третьей страны. Я считаю, что Южная Корея не должна подвергать риску старые и близкие отношения с Ираном из-за отношений других стран и такого человека, как Трамп», — глава иранского Центробанка Абдольнасер Хеммати.

Также по теме
Избранный президент США Джо Байден Обещал не превращать президентство в «третий срок Обамы»: что может измениться с приходом Байдена в Белый дом
После масштабных беспорядков, организованных сторонниками Дональда Трампа, американский конгресс утвердил кандидата от Демократической...

Что ж, время на стороне Ирана: последние десять дней правления Трампа и его беспрецедентное положение в США дают Южной Корее и многим другим бывшим партнёрам Ирана одуматься, отказаться следовать трамповской политике и вспомнить о дружбе с Тегераном. Теперь за это ничего не будет, а может, даже наоборот — демократы, приходящие в Белый дом и люто Трампа ненавидящие, ещё и по головке за это погладят.

Смотрим, что ответило южнокорейское руководство МИД иранцам в Тегеране: «Предоставление Ирану доступа к его активам в Южной Корее является одним из основных приоритетов правительства Южной Кореи».

Ну а теперь «самое восточное» во всей этой дипломатической истории. Визит делегации южнокорейского МИД был плановым, давно стоящим в календарном графике двух МИД двух стран, и должен был быть посвящён как раз проблеме разблокировки иранских денег.

Это с тонким сарказмом подчеркнул спикер иранского дипломатического ведомства Саид Хатибзаде. А танкер был захвачен ровно за неделю до визита корейцев — конечно, совершенно случайно.

«Корейское судно Hankuk Chemi было арестовано за неоднократные нарушения экологического законодательства Ирана и должно выплатить компенсацию за ущерб, нанесённый окружающей среде», — заявил председатель Ассоциации судоходства Ирана Масуд Полме.

Доказать что-то в иранских территориальных водах, а потом в иранском Исламском революционном суде — это фокус, неподвластный ни одному магистру.

Такова иранская realpolitik.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Самые свежие новости России и мира на нашей странице в Facebook
Ранее на эту тему:
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить