«Мы стали стыдиться сами себя — и любоваться на соседей по планете, которые делали ровно то же самое, что и мы, только хуже. И даже если лучше — всё равно после нас».
Иногда думаю: а когда советский проект начал «ломаться», «закисать»?
Что ж, тут есть что с печалью сказать.
Когда проходящие мимо школьники начали смотреть на «передовиков труда» и даже «ветеранов» как на нечто «скучное», «комическое». А ведь там их отцы, деды были!
Когда фильмы про доярок и комбайнёров стали снимать люди, которые всё это презирали и втайне от этой работы прятались (а посмотрите, как американцы до сих пор пестуют своих работяг-переселенцев, какие типажи лепят в кино, как любуются всей страной!).
Когда, наконец, мы свои блестящие военные операции на всех континентах стали проводить втайне, не умея и не желая огорчать «западных партнёров» своими победами, — а партнёры нам взаимностью не отвечали и всё крошили и крошили (в кино) совков где ни попадя.
Когда наша фантастика стала пристанищем ипохондриков.
Когда мы вовсе слили свою афганскую историю, всей страной глядя на это как на «позорище» (и даже Высоцкий рыдал от стыда, что мы ввели туда войска).
Короче, когда мы стали стыдиться сами себя — и любоваться на соседей по планете, которые делали ровно то же самое, что и мы, только хуже. И даже если лучше — всё равно после нас.
Всё стало закисать, когда у нас стёрлись великие достижения реально невероятного международного сотрудничества: когда мы переводили тысячи поэм, романов, фильмов со всех языков мира, славили их художников, их композиторов и по инерции ещё продолжая переводить мощнейшую революционную, военную греческую поэзию второй половины XX века, великолепных латиноамериканцев, африканцев, но при этом внутренне никакого интереса к этому уже не испытывая. Хотя они совершали ровно то, что и мы с 1920-х по 1960-е, — совершали вертикальный взлёт национального искусства обучившегося сочинять и являть себя простонародья.
Что-то мы ещё успели — я даже помню, кто-то ещё был звездой (отличный Назым Хикмет), как круто встречали в Союзе, например, великого грека Янниса Рицоса, — но всё это истончалось на глазах.
Мы стали скучны самим себе.
В тот год вышел великий фильм «Человек с бульвара Капуцинов» с Андреем Мироновым в главной роли. Это был фильм про нас. Как мы расхотели в этих привезённых Мироновым фильмах жить и нас потянуло в треш.
Андрей Миронов (урождённый Менакер) родился 7 марта 1941 года в Москве, однако родители записали дату его рождения на 8 марта. Мать будущего актёра Мария Миронова и отец Александр Менакер были известными артистами эстрады
/
Aleksandr Sternin
/
globallookpress.com
В юности Миронов мечтал стать футбольным вратарём. Он посещал театральную студию и участвовал в школьных постановках. После окончания школы поступил в Театральное училище имени Щукина на курс заслуженного артиста РСФСР Иосифа Рапопорта.
/
Mosfilm Кадр из фильма «Будьте моим мужем»
/
Legion-Media
После выпуска из училища в 1962-м Миронова приняли в труппу Театра сатиры, в котором он прослужил до конца жизни. Среди наиболее ярких спектаклей с его участием — «Безумный день, или Женитьба Фигаро», «Дон Жуан, или Любовь к геометрии», «Ревизор», «Горе от ума»
/
Кадр из фильма « Три плюс два»
/
РИА Новости
Помимо актёрской деятельности Миронов занимался режиссурой. В 1973 году он вместе с Александром Ширвиндтом поставил спектакль «Маленькие комедии большого дома». Позднее срежиссировал постановки «Бешеные деньги», «Тени», «Феномены» и «Прощай конферансье»
/
Кадр из фильма «Шаг навстречу»
/
globallookpress.com
В 1952 году 11-летний Миронов должен был сыграть в массовке в фильме «Садко», однако режиссёр Александр Птушко забраковал его роль. Дебют актёра в кино состоялся девять лет спустя — в фильме Юлия Райзмана «А если это любовь?»
/
Кадр из фильма «Невероятные приключения итальянцев в России»
/
РИА Новости
В 1960-х Миронов снялся в таких лентах, как «Три плюс два», «Берегись автомобиля», «Младший брат» и других. Эти фильмы стали классикой советского кино
/
Mosfilm Кадр из фильма «Берегись автомобиля»
/
Legion-Media
В 1969 году на экраны вышла комедия Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука», в которой Миронов сыграл контрабандиста Гешу Козодоева. В фильме он исполнил песню «Остров невезения», ставшую хитом. Картину посмотрели более 76 млн зрителей, и она вошла в пятёрку самых популярных советских лент
/
Vyacheslav Panov/Global Look Press
/
globallookpress.com
В 1973 году Эльдар Рязанов пригласил Миронова сыграть Ипполита в комедии «Ирония судьба, или С лёгким паром!». Однако артист хотел исполнить главную роль Жени Лукашина. После проб режиссёр всё же отказал ему
/
Mosfilm Кадр из фильма «Бриллиантовая рука»
/
Legion-Media
Среди известных лент с участием Миронова — «12 стульев», «Обыкновенное чудо», «Старики-разбойники». Также артист занимался озвучиванием. Его голосом говорят персонажи мультфильмов «Приключения кота Леопольда», «Раз ковбой, два ковбой…», «Голубой щенок»
/
Mosfilm кадр из фильма «Сказка странствий»
/
Legion-Media
Миронов был дважды женат. В браке с артисткой Екатериной Градовой у него родилась дочь Мария. В 1976-м он женился на актрисе Ларисе Голубкиной, с которой прожил до конца жизни. У Голубкиной была дочь Маша. Спустя годы она рассказала, что Миронов — её родной отец. На фото: с дочерью Машей Голубкиной
/
Aleksandr Sternin/Russian Look
/
globallookpress.com
Последней ролью Миронова в кино стал Джонни Фёст в вестерне Аллы Суриковой «Человек с бульвара Капуцинов». Фильм посмотрели около 40 млн зрителей, сам Миронов был посмертно признан лучшим актёром по опросу журнала «Советский экран».
На фото: на съёмках фильма «Человек с бульвара Капуцинов»
/
Igor Gnevashev/Russian Look
/
globallookpress.com
Летом 1987 года Миронов гастролировал с труппой Московского театра сатиры в Риге. 14 августа во время спектакля «Безумный день, или Женитьба Фигаро» он потерял сознание на сцене. Через два дня, 16 августа, артист скончался в больнице от инсульта. Ему было 46 лет
/
РИА Новости
Надо сказать, что теперь мы умеем и в треш.
Мы умеем и в ЧВК, и в Арсена Моторолу, мы умеем в настоящих контркультурных поэтов, в панков, а не в пидоров, мы умеем в человека с гитарой на передовой, мы снова умеем в «Гренада, Гренада, Гренада моя…». И в «Ночных волков» умеем, и в гражданское общество можем не хуже любых американцев.
Но огромная часть нашего общества как-то и к этому подостыла.
Ему теперь бы просто разлагаться. Ему бы бидвушечку и Рому Зверя (какой ты зверь, Рома?), ему бы ток-шоу про то, как свекровь тестя застукала. Ну и что-то там ещё такое.
Что-то такое, чего я не знаю и хотел бы не узнать никогда.
Иногда возникает ощущение, что наша новая русская цивилизация снова готова возродиться, ожить.
Но на кадке с яйцами сидит такая огромная курица! Она весит как бульдозер. Она не даёт тут ничему вылупиться.
И, ей-богу, если что и вылупится, она, эта курица, заклюёт.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.