Энциклопедия настроений

Короткая ссылка
Сергей Цветаев
Сергей Цветаев
Писатель, публицист

Так уж устроено — в одном и том же месте в разные времена жизнь течёт очень по-разному. По-разному слышится музыка, читаются книги. Много лет назад на месте сегодняшней Москвы была совсем другая Москва — исполненная иными смыслами, сопричастная иной жизни. Там ещё был такой светофильтр (или чёрт знает что это было — ангельское затмение высших сфер): мы слышали то, чего не слышал весь мир, но и звуки того, остального мира доходили до нас с трудом. 

Также по теме
Элвис Пресли Элвис покинул здание: что вы знаете об альтернативных версиях гибели знаменитостей
8 января 1935 года родился Элвис Пресли. Он прожил яркую, но недолгую жизнь и скончался в возрасте 42 лет. Поклонники артиста...

То была эпоха винила — звук, заключённый в чёрные диски с цветными яблоками посередине. Нужно было довольно много всего, чтобы его услышать: вертушки, усилители, колонки. Интереснее же другое — сперва надо было раздобыть сам диск с цветным яблоком. И именно тот, который тебе нужен, но только с условием  задачи, где ты не знал вводных. И почти любой диск, найденный тобой в околоземном пространстве московских толкучек и чёрных рынков, мог оказаться равно значимым и совершенно для тебя пустым. Звук-то с него шёл, но тот ли? Те ли высшие сферы излучали его?

Мы никогда не можем знать.

В декабре 1985-го я впервые увидел полную дискографию Элвиса.

Потрясение прошло — всё в нашей жизни постепенно проходит. Пришло переосмысление, а с ним и осознание того, что в наличии из трёх убористых страниц (как оказалось впоследствии, совсем не полного списка) текста мой выигрыш выпал всего лишь на две строчки — эти пласты стояли дома на полке. Ещё три имелись в записи на кассетах (тех самых, что перематывали ручкой), но по ним выигрыш (моральный, ясное дело) не полагался — нечего было предъявить лотерейной комиссии.

И я принялся собирать винил. Всякий, не только Элвиса, ибо вокруг Короля (почти как вокруг Солнца) вращались кантри, блюз, джаз, госпел, босанова... Если бы масштабы катастрофы были мне известны заранее, вряд ли я приступил бы к осуществлению задуманного, но что может быть известно заранее, когда тебе 16? 

Вот точка — про неё мы что-то да знаем. Очертим точку кружком снаружи — что в нём? Тьма безвестности.

Пополнение коллекции шло с перерывом на армию, крушение страны и надежд, с перерывом на первую и все последующие любови, с перерывом...

Когда эра CD поглотила обозримую вселенную звука и пали последние бастионы (а ведь Thriller Джексона первоначально выходил на виниле, но кто об этом помнит), когда его, звука, стало запредельно (так мне тогда казалось) много, я разложил на стопки всю имеющуюся виниловую наличность, пересчитав, уселся меж стопок на пол и весь день читал «451 градус по Фаренгейту». Финал меня определённо утешил — там учили запоминать книги наизусть, а мне предстояло наизусть выучить музыку, вернее то, что её сопровождало.

Здесь всем нам нужны пояснения.

Мне — не сбиться с темы, вам — понять, о чём вообще идёт речь.

Это в смартфоне вы можете тысячу и ещё десять тысяч раз прослушать один и тот же трек, и ничего от слова «совсем» в его звучании не изменится. Пластинка — дело другое: каждый контакт иглы и бороздки постепенно изменяет, трансформирует звук, привнося свои, никем не разгаданные смыслы (думаете, техника бездуховна, а игла — это просто игла?).

Всё здесь как и в любви: если вы поглощены друг другом, если вас не оторвать друг от друга, точно магниты, каждый следующий раз никогда не будет для вас прежним — никогда, как вчера.

Со временем вы притрётесь и так сильно прижмётесь друг к другу, что станете и вовсе неотделимы — не нужно слов, даже и жесты бывают излишни, вы просто одно целое, легко читаете мысли друг друга.

Винил — тот, что завладел вашим сердцем, тот, с чьего конверта вы самолично сорвали (или сняли с невероятной осторожностью) плёнку, — тоже притрётся: к игле проигрывателя, к пыли времени — и к вам. Он изменит своё звучание почти незаметно — так же незаметно, как стареем и мы, больше виня зеркало, чем годы. И однажды, в один из вечеров, взяв его с полки и поставив на диск проигрывателя, вы услышите, будто кто-то говорит с вами издалека, из того прошлого, что ещё вчера казалось сегодняшней явью.

Ностальгические воспоминания о временах зелёных трав до неба и деревьев до солнца. Воспоминания... Вот что такое винил. Если он стал по-настоящему вашим, пророс в вашем сердце, зазвучал в вашей душе.

Также по теме
На аукционе выставят редкое издание Рэя Брэдбери в огнеупорной обложке
В Нью-Йорке аукционный дом Heritage Auctions выставил на торги редкую копию одного из самых известных футуристических романов...

Когда нас не станет (с этим можно и нужно спорить, но действенных рецептов против смерти всё ещё не найдено), дети, внуки, дальние родственники или просто некто, купивший ваш диск с рук, в комиссионном, да где угодно (может и такое случиться — никому из наследников не понадобится «доисторический хлам»), услышат потрескивание, иногда щелчки, иногда шуршание (помните? Здесь пластинку уронили и немного затёрли, а здесь она подошла и взъерошила ваши волосы, а игла предательски упала с пальца, не подстрахованная лифтом) — звуки иного мира, давно погасшей звезды, чей свет... 

Хотя дети и внуки, быть может, услышат и что-то своё, если долгими вечерами, когда взрослые всё вели и вели бесконечные свои беседы, можно было подолгу, до слипающихся глаз не ложиться спать и разглядывать, лёжа на ковре, янтарную шкалу радио, светящиеся окошечки усилителя и прыгающие в них стрелки, всякие другие лампочки и подсветки и краешек чёрного и блестящего диска, что, вращаясь, убегал в бесконечность...

Таков винил.

Для этого он существует. 

Даже и музыка не властна над патиной времени.

Впрочем, и время над музыкой не властно ни разу.

Понять это сложно, проще принять, а ещё того проще и полезнее — начать собирать пластинки. Пусть их не будет много, хорошее и верное число для коллекции ночных метафизических посиделок — 50. 50 альбомов — быть может, некоторые из них окажутся двойными, разве мало таких случаев в нашей совсем неслучайной жизни. Двойняшки и близнецы. Дважды войти в ту же самую воду...

Технику (вертушку, усилитель и колонки) выбирайте сердцем и немного умом — сверх ничего не нужно, уж поверьте, не в том и дело, и соль. Можно купить новое, можно найти старое — в магазинах, у друзей (и такое часто бывает: стоит нечто и пылится годами — отдают в добрые руки без сожалений), по объявлениям. 

Тут ещё важно понять, насколько разнокалиберные по годам выпуска и по тематике вы будете слушать пластинки. Джаз 60-х — одно, рок 70-х — сильно другое.

С пластинками всё сложнее и интереснее. Для начала определите те альбомы, от которых вас уносит — хоть каждый день готовы слушать. Сколько их получится? Это только вам известно — у меня таких около сотни. Дальше пропустите всё через мелкое сито эмоций, и альбомов — претендентов на виниловый эквивалент станет поменьше. Всё же пластинка — дело особое, часто она связана с какой-то историей из жизни.

Также по теме
Рок-н-ролл на костях: как в СССР распространяли запрещённую музыку на рентгеновских снимках
В московском музее «Гараж» прошёл вечер, посвящённый «музыке на костях» — возникшей в Советском Союзе подпольной культуре записи песен...

Как только определитесь и с тем, и с другим — с техникой и с винилом, — немедля отправляйтесь на охоту. Лучше всего ногами, не в виртуальное пространство. Понятное дело, всё что угодно можно найти в сети. И заказать. И привезут. Однако диск, добытый самолично, — это и есть магия личного выслеживания, магия добычи.

Не смейтесь — уверяю, когда заболеете винилом по-настоящему, ещё и не такие истории рассказывать будете. Первый шаг к антиквариату, коллекционированию с приложением смыслов, переживаний, эмоций и страстей. Кой-какие истории на эту тему встречались вам в моих колонках, я и сам жертва мистицизма и магического круговращения винила в природе.

Всё обладает душой.

Даже самая в хлам затёртая сорокапятка. 

К слову, силы воздействия в ней иногда больше, чем в роскошном коробе на десяток пластов с фотоальбомом и прочими прелестями. 

Будут первые удачи и первые неудачи. Новые, из плёнки, отпечатанные на тяжёлом виниле диски будут неизменно радовать вас — тут промах исключён. С изданиями старыми возможны сюрпризы. Может попасться крохотная надпись ручкой или фломастером на конверте, случаются и другие «улучшения»: наклейки, письма на яблоках — всякая чепуха. Сам диск может оказаться далеко не в идеальном состоянии. И тем не менее методом проб и ошибок, меняя по несколько раз одно издание на другое, вы обретёте желаемое.

Кто знает, что зацепит вас по-настоящему: «японцы» с их умопомрачительным дизайном, статичные и выдержанные «англичане», картонные и неубиваемые «американцы»? А может, это будет что-то совсем экзотическое: Куба, Индия, Ямайка, Уругвай — попадались мне и такие коллекционеры.

Лично я страшно люблю старый итальянский винил — он очень плотен по звуку, тяжёл в руке. Но и это не главное.

Для чего всё? 

Зачем морока?

Затем, что, когда живёшь в огромном городе или в посёлке посреди леса, хотя бы раз в день (неужели вам недоступна подобная роскошь?) возникает желание остановиться, почувствовать внутреннюю тишину, выпрыгнуть из бешеной вагонетки социума, будь он неладен. 

Чаще прочего это вечер.

Но знавал я людей, что утро, причём весьма раннее, начинали исключительно с любимого, просто-таки наилюбимейшего винила, и весь последующий день складывался у них неизменно удачно.

Ночью в Москве совсем не то, что днём: город преображается, высвечивается будто бы изнутри. Особенно летом. И осенью. Весной особенно. И обязательно зимой.

50 пластинок. Просто для начала.

Вино будет выпито.

Слова будут сказаны.

Винил останется с вами. 

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Добавьте RT в список ваших источников
Ранее на эту тему:
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить