«Что такое бумеранг, знаешь?»: спор Махачева и Джонса о наследии в UFC перерос в конфликт между их командами

Соперничество одного бойца смешанных единоборств с целым кланом спортсменов — явление довольно редкое. Однако после турнира UFC 330 подобное противостояние возникло само собой. Причём по разные стороны баррикад оказались люди, которых многие считают величайшими легендами ММА в истории.

Всё началось с громкой победы Ислама Махачева над Иэном Мачадо Гэрри. Этот триумф позволил россиянину установить новый рекорд UFC по продолжительности победной серии и вновь оказаться в центре дискуссии о величайшем бойце всех времён. Вскоре фокус внимания сместился на заочное противостояние россиянина с Джоном Джонсом.

Обладатель титула UFC в полусреднем весе указал на обстоятельство, которое, по его мнению, лишает американца статуса безоговорочного претендента на звание лучшего.

«Не отрицаю, что Джонс — один из величайших атлетов за всю историю, но он два раза был пойман на допинге... Его серия не считается действительной, потому он вышел на бой под допингом и выиграл. С этого и начинается новый отсчет», — заявил Махачев.

Джонс, разумеется, не оставил эти слова без ответа. В социальных сетях он подчеркнул, что USADA так и не доказало, что обнаруженное в его организме запрещённое вещество улучшало спортивные показатели или было принято преднамеренно. По мнению американца, Махачев вырывает из контекста лишь те факты, которые подтверждают его точку зрения. Кроме того, бывший чемпион напомнил, что даже тренер Ислама, Абдулманап Нурмагомедов, высоко отзывался о его таланте.

«Насколько я помню, моя рука поднималась вверх после каждого моего боя в октагоне за всё время, которое вы меня помните. Даже ваш собственный тренер сказал, что я был «подарком от бога». Не будем забывать, что вас отправляли в нокаут, вы теряли сознание и оказывались в отключке», — парировал Джонс.

Ответ Махачева получился не менее колким. Россиянин не стал принижать достижения оппонента, однако вновь акцентировал внимание на его нарушениях антидопинговых правил.

«И каким-то образом ты всегда оказываешься не виноват», — написал Махачев.

Перепалка быстро вышла за пределы личных аккаунтов. В спор включились деятели MMA-сообщества, причём далеко не все поддержали Ислама. Люк Рокхолд, ранее тренировавшийся с россиянином в American Kickboxing Academy, публично встал на его сторону. Американец признал феноменальный талант соотечественника, но одновременно указал на его допинговую историю, заявив, что подобные нарушения не позволяют безоговорочно называть его величайшим бойцом в истории.

Также по теме

Празднование с флагом, вопрос о двух поясах и споры о величии: что в мире MMA обсуждали после победы Махачева на UFC 330

Победа Ислама Махачева над Иэном Гэрри в главном бою турнира UFC 330 стала одним из самых обсуждаемых событий. 34‑летний боец...

А вот Белал Мухаммад, напротив, занял противоположную позицию. Бывший чемпион UFC в полусреднем весе в своё время тренировался в одном лагере с Хабибом Нурмагомедовым и Исламом Махачевым, а самого Хабиба на протяжении многих лет называл своим фаворитом. Однако, когда Белала напрямую спросили, кого он считает величайшим в споре между Махачевым и Джонсом, палестино-американский спортсмен не стал уклоняться от ответа и отдал предпочтение Джону. Аналогичным образом последнего поддержали и другие известные бойцы, а также легенды UFC: Чейл Соннен, Мераб Двалишвили и Генри Сехудо.

Казалось, конфликт постепенно сойдёт на нет, оставшись в рамках обычной словесной перепалки в социальных сетях. Но вскоре появился эпизод, придавший этой истории новое измерение.

На турнире UFC Fight Night в Шанхае Сонг Ядонг сенсационно одолел Умара Нурмагомедова. Китаец отправил россиянина в нокаут во втором раунде, а сразу после остановки боя направился к клетке, чтобы разделить радость победы с почётным гостем турнира — Джоном Джонсом.

Сам по себе этот эпизод не содержал прямого оскорбления в адрес Умара или его команды. Однако на фоне недавней перепалки между Джонсом и Исламом жест американца выглядел особенно выразительно. Джонс не просто наблюдал за поражением бойца из клана Нурмагомедовых — он оказался среди тех, с кем Сонг решил отпраздновать одну из важнейших побед в карьере.

Если в Шанхае Джонс был лишь сторонним наблюдателем, то спустя некоторое время ему пришлось пережить неприятный эпизод уже в качестве наставника. На турнире UFC 331 его подопечный, олимпийский чемпион по вольной борьбе Гейбл Стивсон, встретился с Шоном Шарафом. Стивсон считался одним из самых заметных борцов, перешедших в смешанные единоборства, а Джонс помогал ему адаптироваться к новой дисциплине.

Однако бой завершился практически мгновенно. Шараф поймал Стивсона точным ударом, после которого тот рухнул на настил октагона. Рефери остановил поединок на 12-й секунде первого раунда. Для олимпийского чемпиона это поражение стало первым в ММА.

Камера в этот момент выхватила лицо находившегося у клетки Джонса. Он выглядел потрясённым. Стивсон покинул октагон ещё до официального объявления результата, а Джонс сопроводил его в раздевалку. Этот поступок вызвал вопросы у болельщиков: почему боец не остался в клетке и не дождался, пока рефери поднимет руку победителя?

Позднее Джонс взял ответственность за это решение на себя: «Честно говоря, я впервые оказался в такой ситуации, и моей первой реакцией было отвести друга назад и убедиться, что с ним всё в порядке». Он также подчеркнул, что продолжает верить в Стивсона и рассчитывает на его возвращение. По словам американца, у молодого тяжеловеса есть всё необходимое, чтобы в будущем стать одним из лучших бойцов UFC.

Но внимание общественности привлёк не только сам нокаут. На фоне недавнего празднования Джоном победы Сонга Ядонга поражение его подопечного стало поводом для новой реплики со стороны команды Нурмагомедовых. Усман Нурмагомедов решил напомнить американцу, как тот реагировал на неудачу Умара.

«Что такое бумеранг, знаешь, Джон? Дерьмо случается. Удачи в будущем твоему парню!» — написал Усман.

Так спор, который изначально касался рекордов, допинга и права называться величайшим бойцом в истории, постепенно приобрёл личный характер. Сначала Махачев и Джонс обменялись колкостями, затем бойцы из их окружения публично выбрали стороны, а после поражений Умара и Стивсона история переросла в противостояние уже на уровне целых команд.

Пока говорить о полноценной войне лагерей преждевременно. Но в ММА подобные конфликты редко ограничиваются одной словесной перепалкой. Иногда достаточно нескольких фраз, одного жеста после чужого поражения или комментария в социальных сетях, чтобы спор двух чемпионов начал затрагивать всех, кто находится рядом с ними.