Прорубь для иностранца

Короткая ссылка
Дмитрий Самойлов
Дмитрий Самойлов
Журналист, литературный критик

Летом 1929 года в Москве появился необычный гражданин. Он был иностранцем и легко поддерживал разговоры о Христе, парижских портных и русской поэзии. Ещё он был военным корреспондентом, сторонником Муссолини — и великим итальянским писателем. Здесь он познакомился с советской аристократией, которую ещё не называли номенклатурой, и влюбился в девушку Марику, с которой гулял по кладбищу Новодевичьего монастыря. 

Также по теме
© pixabay.com На Украине с начала года запретили ввоз 420 тысяч книг из России
Государственный комитет телевидения и радиовещания Украины сообщил, что с начала 2019 года на территорию страны был запрещён ввоз 420...

Звали этого гражданина Курцио Малапарте, и через 20 лет после своего короткого визита в Москву он написал книгу «Бал в Кремле» — самое странное и недостоверное свидетельство о Москве того времени. Сейчас эта книга впервые вышла на русском, и оказалось, что это прорубь в мир русской культуры ранней советской России. При этом в книге нет практически ни одного правдивого эпизода, но ведь культура — это вообще вымысел и отдельный слой реальности. 

Курцио Малапарте, урождённый Курт-Эрих Зуккерт, был сыном немца и итальянки, получил хорошее образование в элитной школе в Прато, ушёл на фронт Первой мировой, там отважно сражался в отряде гарибальдийцев против немцев во Франции, после войны жил в Польше, познакомился там с будущим папой Пием XI, который через много лет пришлёт к постели умирающего Малапарте священника для исповеди.

Потом Зуккерт поддержит Муссолини и возьмёт псевдоним — Малапарте. Псевдоним он образовал, ориентируясь на Бонапарта, что означает добрую судьбу. Но Бонапарт, как известно, доброй судьбы не снискал, и Зуккерт решил, что если назвать себя по принципу от обратного, то всё получится: Малапарте означает злую судьбу. 

Жил в Париже, работал корреспондентом, иногда симпатизировал красным, отчего попал в немилость Муссолини и отправился сначала в тюрьму, а потом в ссылку. Ссылка его, правда, проходила в любимом современными российскими олигархами месте — Форте-деи-Марми. Закончив там своё пребывание, Малапарте купил виллу, в которой томился, будучи ссыльным. 

Вся его жизнь — авантюры, скандалы, роскошь и яростное противостояние.

Во время Второй мировой войны Малапарте отправляется репортёром на Восточный фронт, чтобы запечатлеть взятие Москвы: ему нравилась идея, что Малапарте войдёт в Москву — так же, как когда-то вошёл в неё Бонапарт. Как мы помним, у тех, кто брал Москву тогда, ничего не получилось. Малапарте возвращается в Италию, застаёт конец эпохи фашизма, ловко перебегает к англичанам, потом к американцам, говорит, что был в немилости у дуче, потому что всегда симпатизировал коммунистам и союзникам. В общем, несмотря на некоторую суетливость, судьба его даже после войны складывается весьма счастливо — цел и благополучен. 

Умер Курцио Малапарте от рака лёгкого, свою виллу на Капри он завещал Китайской Народной Республике, где побывал за несколько лет до смерти. Но родственники отсудили памятник архитектуры в свою пользу. 

Нам Малапарте был известен как автор романов «Капут» и «Шкура», в которых описана охваченная войной Европа. И Малапарте знал, о чём писал, — он был таким корреспондентом настоящим, обгоревшим и опалённым. Имевшим и свой опыт боевых действий. 

Но роман, который вышел на русском языке только сейчас, посвящён другому — светской жизни высшего общества Советского Союза в 1929 году.

Есть мнение, что булгаковский Воланд списан именно с Курцио Малапарте — такой же зловещий.

Парадоксальный и умный герой, мощно выделяющийся на общем фоне. Это возможно. Судя по роману Малапарте, он и Булгаков провели в Москве много времени вместе. Гуляли, разговаривали, и уже советский Булгаков на каждую предложенную тему отзывался французским pas la peine, что означает «не стоит». 

Также по теме
Николай Лебедев рассказал о своём фильме по мотивам «Мастера и Маргариты»
Режиссёр Николай Лебедев в беседе с интернет-изданием argumenti.ru рассказал о своём фильме по мотивам романа Михаила Булгакова...

В одну из таких прогулок Малапарте и Булгаков встречают на Смоленском бульваре старого князя Львова, который несёт на голове позолоченное кресло, чтобы продать его на блошином рынке. У князя, по его словам, дома есть ещё пять таких же кресел, и это поможет ему пережить зиму. Блошиный же рынок, как описывает его Малапарте, представляет собой подобие светского салона, где собираются все «бывшие» — люди, говорящие друг с другом по-французски и сохранившие манеры дореволюционной аристократии, но ныне вынужденные распродавать за бесценок то, что потом реализовывалось в главном магазине элитарной Москвы — Торгсине.

И вот князь Львов, которого автор представляет как последнего председателя Государственной думы, посреди бульвара садится в своё позолоченное кресло и рассуждает о былом.

Картина потрясающая. Но позвольте. Ведь последним председателем Государственной думы был Родзянко. А князь Львов был первым председателем Временного правительства. Более того, они оба благополучно уехали из России за четыре года до того, как её посетил Курцио Малапарте. 

Что же это, автор врёт? Не врёт, а выдумывает. Все эти неточности скрупулёзно собраны и опровергнуты научным редактором в комментариях к роману. Неважно, что Малапарте ничего не запомнил. Важно, что он всё правильно понял. 

В одном из эпизодов романа автор говорит с Луначарским о смерти Маяковского, просит у Наркомпроса пропуск в комнату, где поэт совершил самоубийство. Они говорят, среди прочего, о жертвенности и необходимости нести жертву — умирать, потому что так задумано. И в этом разговоре возникает фраза: «Бог — убийца». Изначально Малапарте именно так и хотел назвать свой роман о кремлёвской знати. 

Тогда только-только арестовали Каменева, и Малапарте навещает его жену. Но в 1947-м, уже после ГУЛАГа и всех погибших на войне, Малапарте, наверное, и не к кому было бы приходить. 

Он описал всё неточно фактически, но уловил всё безупречно фактурно.

Для него важно, как с ним беседует Булгаков и как отвратителен Демьян Бедный, он видит предсмертную красоту кремлёвских красавиц — мадам Луначарской и балерины Семёновой, для него важно, какой маршрут трамвая идёт до Новодевичьего монастыря. И пусть он думал, что это 31-й номер, а в действительности это был 34-й.

Это не так важно. 

Важно, что спустя 30 лет Малапарте снова был в Москве проездом и попросил отвезти его на Новодевичье кладбище — он надеялся, что случайно встретит там свою возлюбленную Марику. 

Конечно, не встретил. Потому что русская культура, которая его так привлекла, — это прорубь, в которой невозможно не исчезнуть.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Самые свежие новости России и мира на нашей странице в Facebook
Ранее на эту тему:
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить