Собственными силами: почему Турция не намерена полагаться на помощь МВФ

В 2018 году турецкая экономика столкнулась с серьёзным финансовым кризисом, а национальная валюта с января обесценилась на 40%. При этом власти республики заявили, что не станут обращаться за помощью в Международный валютный фонд. Эксперты полагают, что основное препятствие для работы с мировыми кредиторами связано с нежеланием официальной Анкары соблюдать дополнительные условия, которыми сопровождается выделение средств от МВФ.
Турция не будет обращаться за кредитом МВФ
  • Президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган
  • Reuters
  • © Umit Bektas

Турция не станет обращаться за финансовой помощью в Международный валютный фонд. Об этом заявил президент страны Реджеп Тайип Эрдоган, передаёт агентство Anadolu. Глава государства отметил, что «Турция закрыла тему МВФ не для того, чтобы открывать её снова». По словам президента, турецкая экономика не нуждается ни в кредитах, ни в технической поддержке фонда.

В августе министр казначейства и финансов Турции Берат Албайрак в ходе телеконференции с инвесторами сообщил, что его ведомство не ведёт никаких переговоров с МВФ и планирует привлекать финансирование на международных рынках.

В 2013 году Анкара полностью погасила свой долг перед МВФ и больше ни разу не обращалась в организацию за финансовой помощью. Сейчас разговоры о возможности привлечения кредита фонда начались на фоне финансового кризиса, который переживает Турция. Так, стоимость нацвалюты последовательно снижается с начала года, а в августе падение заметно усилилось после обострения отношений с США. Вашингтон повысил импортные пошлины на алюминий и сталь из республики до 20% и 50% соответственно, а также ввёл санкции в отношении министра юстиции Турции Абдулхамита Гюля и главы МВД Сулеймана Сойлу. В целом с начала года курс турецкой лиры потерял порядка 40%.

По мнению востоковеда Саида Гафурова, Эрдоган не хочет обращаться за поддержкой к МВФ, поскольку не особо верит в эффективность политики фонда. Кроме того, турецкое руководство, очевидно, не хочет следовать требованиям, которыми фонд обычно сопровождает предоставление своих кредитов.

«МВФ явно потребует сокращения показателей долга. Также, по всей видимости, это может быть напрямую увязано с изменением учётной ставки турецкого Центробанка. На это Эрдоган идти не хочет. Он намерен выйти из кризиса не циклическим методом, на чём, несомненно, будет настаивать МВФ, а контрциклическим, то есть решать проблему дефицита бюджета, не сокращая, например, социальную поддержку населения или оборонные расходы, а, наоборот, увеличивая их, чтобы сработал кумулятивный эффект», — сказал в беседе с RT Гафуров.

По словам эксперта, при контрциклической политике люди начинают покупать больше товаров, а Турция сама производит основные товары народного потребления и продукты питания. В такой ситуации увеличиваются потребление, налогообложение, что придаёт импульс национальной экономике, и доходы бюджета начинают расти. 

«Для этого нужно иметь определённую гарантию прочности. Видимо, Эрдоган считает, что он её имеет», — считает Гафуров.

Программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай» Ярослав Лисоволик полагает, что одной из причин отказа от работы с МВФ может быть желание Турции продемонстрировать свою способность справиться с финансовым кризисом без особой внешней помощи.

«С другой стороны, возможно, что Турция считает прежние институты, где США играет ключевую роль, недостаточно надёжными и пытается искать другие альтернативы для получения финансовой помощи: либо по двусторонним каналам, либо у организаций, где роль США и ЕС выражена в меньшей степени», — пояснил RT Лисоволик.

Вместе с тем, по словам эксперта, сотрудничество с МВФ играет важную роль, причём не только с точки зрения получения необходимых средств. Взаимодействие с фондом даёт важный сигнал мировым финансовым рынкам, для которых поддержка мировых кредиторов означает признак стабильности. Поэтому Лисоволик считает, что лучше держать все опции открытыми и иметь максимальное количество инструментов для нейтрализации кризиса. Особенно в условиях нестабильной ситуации на мировых финансовых рынках.

Лисоволик напоминает, что более десяти лет назад власти Аргентины заявляли, что в дальнейшем собираются обойтись без кредитов МВФ. Однако в этом году финансовые сложности вынудили страну обратиться за поддержкой в фонд.

Ценовой разгон

В этом году Турция столкнулась с самым высоким за минувшие 15 лет ростом потребительских цен. По последним данным Института статистики республики, в сентябре инфляция в годовом выражении составила 24,5%. В августе — 17,9%. Как напоминает Anadolu, в рамках новой экономической программы целевой ориентир по инфляции на этот год отмечен на уровне 20,8%. Далее предполагается его постепенное снижение — до 15,9% в 2019 году, 9,8% в 2020 году и 6% в 2021 году.

На фоне высокой инфляции Центробанк Турции 13 сентября повысил базовую процентную ставку с 17,75% до 24%. Министр казначейства и финансов Турции Берат Албайрак заявил накануне, что в скором времени правительство обнародует программу по борьбе с инфляцией.

Также по теме
Турецкий курс: как Анкара намерена выходить из затяжного финансового кризиса
Августовское затяжное падение турецкой лиры к доллару США выявило немало проблем в экономике республики. К активно разрастающемуся...

«Инфляция — одна из проблемных сфер для Турции. Важно её оперативно снижать, чтобы фактор инфляционных ожиданий не оставался завышенным. В этом плане процентная политика, которую показывает Центробанк Турции, может дать определённые результаты», — считает Ярослав Лисоволик.

Экономист полагает, что сейчас в Турции сформировались предпосылки для снижения инфляции, но главное — чтобы Центробанк получил больше независимости и возможностей для использования имеющихся у него инструментов.

Гафуров, напротив, считает, что принятые регулятором меры были ошибочными. По мнению эксперта, турецким властям следовало сохранить политику низких ставок.

«Инфляцию можно удержать, если крупный промышленный капитал ведёт себя конструктивно. У Эрдогана есть возможность заставить его вести себя конструктивно. А скачки со ставкой — это ошибочная мера, потому что кредитно-денежная политика и политика учётных ставок — это меры тонкой настройки. Они не решают кризисные проблемы», — утверждает Гафуров.

Рост на фоне долга

Значительной проблемой для финансовой системы Турции остаётся большой внешний долг. По данным Минфина, на 30 июня текущего года общий внешний долг страны составлял $457 млрд, или 51,8% годового ВВП. При этом почти 70% этого долга приходилось на частный сектор. Что касается золотовалютных резервов, то, как сообщает Anadolu, в течение августа они снизились на 11,8% — с $100,7 млрд до $89 млрд.

Лисоволик отмечает, что внешний фон остаётся негативным для турецкой экономики, это связано с высоким уровнем волатильности в условиях повышения процентной ставки ФРС США.

«Для Турции ситуация обостряется тем, что есть значимый уровень корпоративного долга, который в последние годы был в значительной степени выражен в иностранной валюте, что повышало валютные риски», — напомнил Лисоволик.   

Вместе с тем турецкая экономика продолжает активно расти. По данным Института статистики, во втором квартале 2018 года рост по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составил 5,2%.

Гафуров уверен, что Анкара может развивать свою экономику и справиться с финансовым кризисом без кредитов МВФ.  

«У Турции не так много товарных категорий, по которым она сильно зависит от внешней торговли. Это пшеница и энергоносители — нефть и газ. Основные поставщики — Россия и Иран, с которыми у Эрдогана есть возможность договориться о товарном кредите или большой рассрочке. У нас много пшеницы, которую мы можем продать Турции. Республика может рассчитаться в рублях, что вполне укладывается в тенденцию перехода на национальные валюты», — заключил Гафуров.

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить