Смена полюсов: сможет ли юань пошатнуть глобальное лидерство доллара

Курс юаня к доллару США стабилизировался после рекордного спада, продолжавшегося на протяжении последних четырёх месяцев. Удешевление было связано с желанием китайского центробанка либерализовать валютное регулирование и смягчить последствия торговой войны с Соединёнными Штатами. Как утверждают эксперты, стабильный юань позволит стране усилить влияние своей нацвалюты на мировой арене, а финансовые власти республики разделяют желание многих государств избавиться от долларовой зависимости.
Смена полюсов: сможет ли юань пошатнуть глобальное лидерство доллара
  • Reuters
  • © Jason Lee

В конце августа китайская валюта умеренно стабилизируется по отношению к доллару после рекордного удешевления за последние полтора года. Так, в среду, 29 августа, соответствующий курс составил 6,8283 юаня за доллар. При этом ещё 15 августа значение достигло отметки 6,9286 юаня впервые с января 2017 года.

Также по теме
Обратный курс: когда финансовые рынки развивающихся стран могут вернуться к росту
Первая половина 2018 года стала настоящим вызовом для развивающихся рынков. Повышение ставки ФРС США, укрепление доллара и торговые...

Практически беспрерывное падение нацвалюты КНР стартовало ещё в апреле 2018 года, и за прошедшие четыре месяца она подешевела почти на 11%. Как отмечают опрошенные RT аналитики, Народный банк Китая (НБК) проводил намеренное занижение курса юаня из-за внешних факторов и при этом действовал в рамках своей стратегической финансовой политики.

«В данном случае можно говорить о попытке китайского центробанка следовать долгосрочной цели — более свободному курсообразованию юаня в ответ на внешние факторы. Такие действия регулятора и стали причиной столь резкой девальвации юаня. Свободное курсообразование позволяет экономике лучше реагировать на внешние шоки, что и произошло после развития торговых войн», — рассказал в интервью RT аналитик ИК «Фридом Финанс» Ален Сабитов.

В то же время, по словам эксперта, возросшая волатильность валюты стала угрожать финансовой стабильности азиатской республики. На этом фоне НБК принял решение временно отказаться от планов по либерализации валютного регулирования и стабилизировать курс с целью не допустить паники среди инвесторов. Усиление волатильности экономисты объясняют общей негативной динамикой на развивающихся рынках.

«Внутри девальвации юаня и других валют развивающихся стран как весной, так и в августе существенная роль принадлежит оттоку американского капитала и его возврату в США. На этом фоне падали евро и другие активы, в том числе сырьевые, а также драгоценные металлы. Так что девальвация только отчасти может быть плодом усилий самих властей Китая, но на фоне общего роста напряжённости в мировых финансах она не может не иметь места по объективным причинам», — пояснил в разговоре с RT первый вице-президент «Опоры России» Павел Сигал.

Как отмечает Ален Сабитов, в результате ухудшения ситуации на финансовых рынках отток капитала из развивающихся стран усилился в июне до $8 млрд против $6,3 млрд в мае. Тем не менее уже в июле ситуация начала постепенно восстанавливаться, и благодаря возросшей доходности ценных бумаг данных государств приток в их активы вырос до $11,9 млрд.

Игра на понижение

Одной из ключевых причин валютного удешевления в Китае стало торговое противостояние между Пекином и Вашингтоном. На фоне масштабного обмена пошлинами снижение курса юаня китайским центробанком способствовало минимизации негативных последствий тарифного конфликта.

Также по теме
Пекинская хитрость: зачем Китай девальвировал национальную валюту
Конец рабочей недели ознаменовался рекордным ослаблением юаня. Народный банк Китая девальвировал валюту страны до годового минимума....

Ранее Дональд Трамп неоднократно критиковал руководство КНР за подобные действия. В последний раз он заявил об этом 20 августа в интервью агентству Reuters. По словам главы Белого дома, Китай вместе с Евросоюзом занимается валютными манипуляциями, чтобы компенсировать потери от вводимых тарифных ограничений.

Ранее Трамп объявил, что основные цели торговых ограничений Вашингтона в отношении Пекина связаны с предотвращением несправедливой передачи американских технологий и интеллектуальной собственности Китаю, а также с защитой американских рабочих мест. По версии администрации президента США, результатом действий КНР стал огромный дефицит в торговом балансе Штатов с этой азиатской страной на сумму $375 млрд. 

Для сокращения торгового дефицита в январе 2018 года США повысили пошлины на импорт китайских солнечных батарей (до 30%) и стиральных машин (до 20% за первые 1,2 млн единиц и до 50% за все последующие), а в марте Вашингтон объявил об увеличении тарифов на ввоз стали (до 25%) и алюминия (до 10%). В качестве ответных мер Китай с апреля повысил тарифы (в размере от 15 до 25%) на ввоз 128 видов американской продукции суммой $3 млрд. С этого момента нацвалюта республики отошла от максимальных уровней почти за три с половиной года и начала непрерывно слабеть.

В мае по итогам двусторонних переговоров оба государства условились о мирном урегулировании торгового противостояния. Однако Штаты всё же решились на дальнейшую эскалацию конфликта и уже 6 июля начали вводить 25-процентные пошлины на китайские товары на общую сумму $50 млрд. Часть этих тарифных мер (на $34 млрд) вступила в силу сразу же, а ограничения на $16 млрд Вашингтон реализовал 23 августа. Китайские власти ответили зеркальным образом, и в результате нацвалюта республики подступила к психологической отметке 7 юаней за доллар.

«Слабый юань способствует экспорту китайских товаров, в которых главные элементы производятся внутри страны. Однако у слабого курса есть и минусы в виде роста импортных составляющих, с чем столкнулись некоторые китайские технологические компании, а также роста стоимости обслуживания долгов в иностранной валюте», — пояснил Ален Сабитов.

Таким образом, НБК стало невыгодно в дальнейшем занижать курс нацвалюты. Кроме того, как отмечает Павел Сигал, если КНР в будущем намерена сделать из юаня региональную резервную валюту и увеличить её роль в международных расчётах, то ключевым условием для этого как раз должна стать прочность курса.

Все против доллара

Павел Сигал напоминает о базовом сценарии макроэкономической политики Китая — повысить долю юаня в глобальных торговых операциях, а также перейти на расчёты в нацвалюте с ключевыми торговыми партнёрами. Такие действия КНР также могли бы минимизировать негативный эффект от пошлин США. Тем не менее Белый дом не намерен позволять странам легко отказаться от доллара.

«План Китая по переводу торговых операций в нацвалюту вполне реализуем. Ключевыми факторами для этого являются растущие противоречия США со своими историческими торговыми и политическими партнёрами, а также текущая динамика развития КНР. Вместе с тем действия Штатов по усилению экономического роста позволят поддерживать нынешний финансовый уклад ещё довольно долгое время. Устойчивость системы будет сохраняться за счёт искусственного создания нестабильности за пределами США и сохранения спроса на доллар как глобальную резервную валюту», — считает Павел Сигал.

Ален Сабитов также допускает возможность активного перехода на расчёты в нацвалютах между государствами при усилении торговых войн США. Тем не менее, по словам эксперта, данный процесс является проблематичным из-за интегрированности мировой экономики в сфере финансов. Так, на сегодняшний день порядка 80% объёма торгового финансирования (одного из главных инструментов кредитования бизнеса) приходится именно на доллар.

По словам Алена Сабитова, за последний год доля использования доллара в международных резервах снизилась почти на 2% — до 62,5%. Этот факт  подтверждает озабоченность многих стран относительно чрезмерной зависимости от одной валюты.

Одним из главных решений Китая на пути популяризации своей нацвалюты в мире и смещении доллара с позиции глобального лидера стал запуск в марте нефтяных фьючерсов, номинированных в юанях. Кроме того, как отмечают эксперты, важным решением для изменения мировой валютной конъюнктуры может стать и создание Евросоюзом механизма расчётов без участия американских банков для обхода антииранских санкций.  

«На этом фоне использование евро в международных расчётах продолжит расти. К примеру, доля евро в глобальных резервах выросла за последний год с 19,3 до 20,4%, при этом доля юаня также показала рост с 1,08 до 1,39%. Всё это будет не только повышать транзакционные издержки, но и способствовать стабильности финансовой системы, чтобы избежать рисков кризиса 2008 года», — заключил Сабитов.

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
Последние новости России и мира читайте в нашем Twitter
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить