«Украинские войска будут прикрываться мирным населением»: полковник ВДВ рассказал о тактике штурма городов

Российские войска и подразделения народных республик Донбасса в ходе специальной операции окружили несколько крупных городов страны, в том числе Киев и Мариуполь. Противник пока не собирается складывать оружие, под угрозой смерти находятся сотни тысяч мирных граждан. Что делать нашим войскам, чтобы подавить сопротивление батальонов националистов и частей Вооружённых сил Украины (ВСУ), избежав при этом потерь своего личного состава, жертв среди мирного населения и разрушения городской инфраструктуры? Об этом RT спросил полковника запаса Сергея Пивоварова.
«Украинские войска будут прикрываться мирным населением»: полковник ВДВ рассказал о тактике штурма городов
  • © Фото из личного архива

Полковник ВДВ Сергей Пивоваров воевал в Афганистане и выполнял задачи в нескольких горячих точках на территории бывшего СССР. В 1996 году командовал оперативной группой воздушно-десантных войск в Чечне, затем — миротворческим контингентом ВДВ РФ в Абхазии. Награждён боевыми орденами и медалями.

— Сергей Леонидович, что летом 1996-го произошло в Грозном?

— Боевики внезапно захватили город. Несколько тысяч их было. Входили в течение нескольких дней под видом мирных жителей: оружие держала в схронах пятая колонна в Грозном. Начались бои во всех районах, в центре держались управление ФСБ и десантники, на блокпостах оборонялись солдаты внутренних войск и республиканская милиция. Мне приказали открыть от базы наших войск в Ханкале коридор к центру города, чтобы деблокировать окружённые подразделения. Фактически это был локальный штурм города, проведённый в одном из его районов.

— Как вы готовились?

— Тогда командование сначала вперёд послало пехоту. Она героически рванулась к центру Грозного колоннами на бронетехнике — и героически погибла в своих горящих БМП и МТЛБ. Это был дубль номер два первоначального штурма в новогоднюю ночь 1995-го, только в меньших масштабах. После этого было решено доверить боевое дело десантникам. В штабе группировки мне указали направление движения. Я собрал командиров подразделений ВДВ, мы внимательно изучили карту города в районе предстоящих действий. Приказал распределить солдат по штурмовым группам. Тяжёлой бронетехники и артиллерии у противника не было, только стрелковое оружие и ручные гранатомёты. Поэтому наши группы были небольшими: пулемётчик, гранатомётчик, несколько стрелков. Офицеры объяснили командиру каждого такого штурмового подразделения его конкретную задачу, указали ориентиры, частоты связи. В общем, ничего экстраординарного. Всё описано в Боевых уставах, которые действительно написаны кровью наших предков.

— Как прошла сама боевая операция?

— Вперёд пошли ночью, и не по указанной мне в штабе группировки улице, а по параллельной. Были утечки информации, поэтому мы, десантники, в Чечне старались приказы немного «подправлять». Важен ведь конечный результат, а не путь к нему. Бойцы зачищали от противника дома в частной застройке, сразу выставлялись блокпосты на очищенной улице и на соседних, чтобы враг не только не мог стрелять по нам, а даже руку с гранатой из окна высунуть. Противник начал отступать. Утром задача была выполнена полностью, наши потери — два человека. Ко мне пришли парламентёры от боевиков с предложением обменять их убитых на тела наших погибших при первом, неудачном прорыве мотострелков. Стояла дикая жара, и тела разлагались за сутки. Погибших было много с обеих сторон, и весь Грозный пропитался трупным запахом. Начали обмен, а по очищенному коридору, который командовавший тогда группировкой войск в Чечне генерал Константин Пуликовский назвал «дорогой жизни», уже шли подкрепления к частично разблокированному центру города. Десантников отвели с блоков для выполнения другой боевой задачи, мы передали завоёванные позиции пехоте. Но тут прилетел глава Совбеза Александр Лебедь, начались переговоры с Асланом Масхадовым, закончившиеся дурацким Хасавюртовским «миром».

— Во время Великой Отечественной войны немцы брали штурмом Сталинград, наши — Орёл, Кёнигсберг и Берлин. Везде были большие потери с обеих сторон, а города были разрушены до основания. Что нам делать сейчас с Мариуполем и Киевом?

Также по теме
«Живой щит»: украинские националисты прикрываются мирными жителями
Украинские националисты прикрываются мирным населением и всеми способами заставляют гражданских оставаться в городах. Последний такой...

— Один из моих преподавателей в военной академии, человек повоевавший, объясняя слушателям тему «Бой в городе», в шутку сказал, что раньше люди были намного умнее: два войска выходили в чистое поле, бились, и город со всеми его богатствами доставался победителю в целости и сохранности. ВСУ и нацбаты в поле не выйдут. Трезво осознают, что стоящая на другом технологическом уровне и на порядок лучше подготовленная российская армия истребит их быстро и дочиста. Уже понятно, что украинские войска будут до последнего прикрываться мирными жителями. И мы объявили, что не намерены убивать гражданское население и рушить города.

Я давно вышел в запас по возрасту. Я не посвящён в планы Верховного главнокомандующего и военного командования. Поэтому могу говорить только предположительно о ряде возможных решений проблемы. На мой взгляд, есть только два пути.

— Какие?

— Постепенное, неторопливое, методичное «выгрызание» городских кварталов штурмовыми группами или принуждение противника к сдаче невоенными или полувоенными методами.

— Разложите по полочкам.

— В конце декабря 1994 года меня выгнали с фронта. Перед штурмом Грозного я был назначен начальником штаба группировки федеральных войск «Север». Получив задачу войти в город, мы, офицеры штаба, сделали полный расчёт сил и средств. Выходило одно: наши войска ждёт катастрофа. Предложил в зоне ответственности «Севера» обложить город блоками, никого не впускать и не выпускать, а большую часть личного состава отвести в ближние тылы. Сутки — отмыться, отоспаться. Затем в течение месяца — тренировка и подготовка к выполнению действий по сталинградской тактике. Бой в городе и тактику действий штурмовых групп командарма Василия Чуйкова в Сталинграде изучают во всех военных училищах и академиях.

Состав группы — 25—30 «штыков», то есть вместе с приданными спецами это чуть больше взвода. В каждом штурмовом подразделении, кроме автоматчиков, сапёры, связисты, авиационный наводчик и артиллерийский корректировщик. Для огневой поддержки выделяется танк, а также миномётный или артиллерийский расчёт. Всё, откуда оказывается сопротивление, должно быть выдолблено снарядами до кирпичной крошки.

Не знаю, может быть, сейчас в Боевых уставах что-нибудь изменилось, но в моё время ни о каком «гуманитарном» штурме в них не упоминалось.

— С какой формулировкой вас, как вы говорите, «выгнали» перед штурмом Грозного?

— С неформальной: «За умничанье». Офицеров штаба группировки — мы все были из ВДВ — посадили в вертолёты и отправили в Моздок. Через сутки войска пошли на Грозный, чтобы взять его в подарок ко дню рождения тогдашнего министра обороны. Но это дело давнее... Не знаю, возможно, сейчас штурмовые группы уже вовсю натаскиваются под Черниговом, Сумами, Киевом или на нашей территории. Если не торопиться, не делать кому-то «подарки» к какой-либо дате, то такая тактика овладения городами может привести к успеху. Но моё, повторюсь, личное, частное мнение: не надо города брать.

— Расскажите о втором варианте, полувоенном.

— Нам любыми путями надо вывести из городов мирное население. Приветствую решение Минобороны России о введении режима тишины для выхода людей по гуманитарным коридорам из Мариуполя и Волновахи. Молодцы дипломаты, что убедили киевский режим этому не препятствовать, согласовали гуманитарные действия. Так же надо поступить и в Киеве, других взятых в кольцо городах.

Лучше всего, конечно, вынудить Зеленского отдать приказ о прекращении бессмысленного сопротивления. Если не будет получаться по-доброму, надо включать тактику «кота с горчицей под хвостом». Необходим массовый и желательно добровольный выход невооружённых граждан.

Также по теме
«Такие формирования воюют до первых потерь»: генерал-полковник Владимир Шаманов — об украинской территориальной обороне
Российская армия во взаимодействии с подразделениями республик Донбасса продолжает специальную военную операцию по демилитаризации и...

— Как этого добиться?

— Где наша спецпропаганда? Почему по улицам украинских пригородов не ездят спецмашины с громкоговорителями, из которых на полную мощность звучат призывы выходить под защиту русской армии, которая не воюет с украинским народом? Почему Киев не обстреливается агитационными снарядами (и такие есть), разбрасывающими листовки о том, что в Херсоне русские уже платят пенсию, а оголодавших киевлян ждут солдатские полевые кухни с борщом и гречневой кашей? Можно ещё и паникёров в города запустить. Много чего можно.

В конце концов, почему до сих пор Зеленский из бункера общается с конгрессом США? Надо на полную мощность использовать возможности наших войск радиоэлектронной борьбы. Комплексы РЭБ должны вырубить все каналы связи и информации. Их полное отсутствие, поверьте, очень скоро вызовет брожение и панику не только у населения, но и у всех вооружённых — ВСУ, националистов, тероборонцев.

Я видел на войне: как только побегут первые, за ними сразу же рванут все. В 1996-м при создании коридора в центр Грозного мы реально дрались первые несколько часов, а потом боевики, понимая, что столкнулись с превосходящей силой, или отходили с занятых позиций, или попросту разбегались. Можно повторить.

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
Добавьте RT в список ваших источников
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить