«Шутят, что круче нас с Макаровой только сёстры Уильямс»: Веснина о победе в паре на Уимблдоне

Российская теннисистка Елена Веснина после победы в парном разряде Уимблдона, которую она одержала вместе с Екатериной Макаровой, рассказала в интервью RT о своём пути к чемпионству. Спортсменка отметила, что в каждом гейме поединка за главный приз турнира, несмотря на преимущество в счёте, шла очень упорная борьба, но россиянкам удалось провести «идеальную игру». По словам Весниной, после триумфального матча отношение к ней изменилось, но сейчас теннисистка старается просто «наслаждаться моментом», который, как она уверена, запомнится навсегда.
«Шутят, что круче нас с Макаровой только сёстры Уильямс»: Веснина о победе в паре на Уимблдоне
  • globallookpress.com
  • © imago sportfotodienst

В матче против Чань Хаочин и Моники Никулеску россиянки изначально считались фаворитками. Всё-таки соперницы впервые добрались до финала турнира Большого шлема, тогда как россиянки выигрывали и «Роллан Гаррос», и Открытый чемпионат США, да и на верхней ступеньке олимпийского пьедестала побывали. Однако Уимблдон им до сих пор не покорялся. В 2015 году Елена и Екатерина в финале уступили Сане Мирзе и Мартине Хингис, а в 2010-м Веснина в паре с Верой Звонарёвой в решающем матче не справились с Ваней Кинг и Ярославой Шведовой. На этот раз отечественный дуэт остановить было просто невозможно, о чём свидетельствует счёт на табло — 6:0, 6:0. В Открытую эру под ноль в женской части Уимблдона финальные матчи ещё не выигрывались. Российские теннисистки вошли в историю и добавили в свою коллекцию ещё один почётный трофей.

— Признавайтесь, куда вы так торопились, что разгромили соперниц всухую?

— Вроде бы никуда. (Смеётся.) На самом деле, нам пришлось очень долго ждать, когда закончится решающий матч мужского парного разряда. Мы буквально полдня провели на корте. Когда уже выходили играть, подошёл главный судья и сказал, что времени у нас ровно до 23:00 (игра завершилась примерно в 21:20 по местному времени. — RT), потому что потом будет выключен свет на стадионе и закрыты все входы и выходы. Видели бы вы, какими глазами мы на него посмотрели с Катей. Ничего себе, так долго ждали, а у нас, оказывается, какие-то временные рамки есть! (Смеётся.)

— Вас это нервировало?

— Нет, мы не отвлекались на подобные пустяки. Всё-таки у нас Катей уже был опыт выступления в финале Уимблдона. Хорошо понимали, что именно надо делать, но всё равно волновались, особенно в начале матча. В дебюте мы соперницам в итоге не отдали ничего. Напротив, Хаочин и Никулеску требовалось самим забирать у нас очки, а играли мы очень плотно и агрессивно, оказывая постоянное давление. Соперницам было откровенно тяжело. Но счёт не отображает происходившего на корте, потому что в каждом гейме шла очень упорная игра. Если бы мы ошиблись пару раз, дали шанс, всё могло бы поменяться.  

— Вам пришлось более двух часов ждать начала своего матча из-за долгого финала в мужском парном разряде. Как убивали время?

— Ой, что только мы не делали! Под конец начали даже в футбол играть, а так как получается у нас это не очень хорошо, то подобная разминка скорее напоминала смешное перекидывание мячика. А так смотрели финал мужчин в парах (Лукаш Кубот/Марсело Мело — Оливер Марах/Мате Павич), перекусили и даже успели поспать. При этом куда-то уйти ты не можешь, так как сидишь и ждёшь окончания предыдущего матча.

— Для вас это был один из тех дней, когда получалось абсолютно всё?

— Да, мы провели идеальную игру. За всё время, что мы выступаем в паре с Катей, без сомнения, это был один из лучших наших матчей. Мы выиграли все ключевые очки. Обе действовали здорово и поддерживали друг друга.

— Когда вы узнали, что стали первыми представительницами прекрасной половины человечества, кому удалось в Открытую эру выиграть финал в одиночке или паре Уимблдона под ноль?

— О том, что вошли в историю, узнали на пресс-конференции буквально через несколько минут после окончания матча. Что сказать? Наверное только то, что нам очень приятно, тем более что Уимблдон — сам по себе турнир, занимающий особое место в истории тенниса.

«После матча утешали соперниц у сетки»

— Сложилось впечатление, что ваши соперницы не справились с психологическим грузом.

— Соглашусь с вами. Перед матчем было заметно, что Хаочин и Никулеску потряхивает. Прекрасно понимали, что всё зависит только от нас. Плюс по отдельности мы были хорошо знакомы как с одной, так и с другой оппоненткой, хотя в паре с ними не играли ни разу. Финал — это сумасшедшее волнение и нервы, с которыми нужно уметь справляться. У нас с Катей такой опыт был, и нам это помогло.

— Не было жалко соперниц после встречи?

— Понимали, что Хаочин и Никулеску очень досадно из-за того, что они проиграли в первом для себя финале турнира Большого шлема, да ещё с таким счётом. Когда пожимали им руки у сетки, сказали: «Девчонки, это ваш первый опыт финалов, не думайте о счёте». Ведь многие теннисисты по ходу карьеры и вовсе не добираются до решающих матчей. Мало кто вообще ждал, что они доберутся до финала. При этом Хаочин и Никулеску сами выбили из борьбы очень сильные пары. Конечно, им хотелось навязать нам борьбу, но в спорте случается всякое.

— Говорят, победы не пахнут. И всё-таки приятнее завоёвывать титулы в борьбе?

— Просто приятно делать это, особенно когда была проделана огромная работа и ты долго шёл к этому успеху.

— В конце встречи появилась цель сыграть на ноль?

— В какой-то момент начали говорить друг другу, что нужно цепляться за каждый розыгрыш и не отдавать Хаочин с Никулеску ничего. Не то чтобы стремились сыграть на ноль, просто не хотелось позволить соперницам поднять голову. Это важно психологически. Оппонент должен понимать, что не может выиграть, — и тогда счёт будет всё увеличиваться.

— На Уимблдоне вы, по сути, испытали проблемы лишь в четвертьфинальном противостоянии с Эшли Барти и Кейси Деллакуа, а остальных обыгрывали чуть ли не за явным преимуществом. Вышли на пик формы в этом сезоне?

— Матч против австралиек действительно получился очень тяжёлым, ведь эта пара сыграла во всех финалах турниров Большого шлема. В результате исход встречи решил один-единственный брейк в третьем сете. После этого поединка вместе с Катей поняли и почувствовали, что этот Уимблдон надо брать.

— Тяжёлая травма на ровном месте американки Бетани Маттек-Сэндс вам отчасти в этом помогла. Насколько вы дружны с ней? Не интересовались её здоровьем?

— Мы с Бетани постоянно находимся на связи. Вчера переписывались. Она поздравила нас с победой. Со своей стороны пытаюсь поддерживать её, делаю всё, чтобы американка не отчаивалась. Хоть мы и соперницы на корте, вне его у нас очень хорошие отношения, и мы всегда радуемся успехам друг друга. Хочется, чтобы Маттек-Сэндс как можно быстрее восстановилась после этой ужасной травмы и приступила к тренировкам.

«В 2010 году Звонарёва играла в паре после поражения в финале одиночки. Её лицо было залито слезами»

Вы два раза доходили до финала Уимблдона в парном разряде: в 2010 году с Верой Звонарёвой и в 2015-м с Екатериной Макаровой — и оба раза проигрывали. Не появлялась мысль, что решающий матч в Лондоне вновь сложится неудачно?

— На этот раз у меня была уверенность в успехе. Если брать 2010 год, то Звонарёва играла финальный матч в паре сразу после поражения в финале одиночки. Эмоционально ей было сложно. Тяжело сражаться в решающем матче турнира Большого шлема, когда твоя напарница ещё не отошла от предыдущего поединка и все её лицо залито слезами.

В 2015 году вместе с Катей должны были побеждать Саню Мирзу и Мартину Хингис, вели в счёте, но где-то не хватило хладнокровия и уверенности в себе. Теперь же всё было при нас. Мы чувствовали, что на этот раз подобной осечки не допустим.

— Победа на Уимблдоне наверняка получилась для вас чуть более эмоциональной, чем на других турнирах Большого шлема, учитывая два поражения в финалах?

— Конечно, такие мысли присутствуют. Наконец-то мы выиграли Уимблдон! Наконец-то он нам покорился! Это один из любимых наших турниров. Здесь приятно даже просто находиться. Выиграть же на местных кортах — волшебный момент!

— На Уимблдоне, помимо пары, вы также добрались до полуфинала в миксте. Как на всё хватило сил с учётом одиночки?

— Порой действительно приходилось тяжеловато. На Уимблдоне матчи играют без тай-брейков в третьем сете, и некоторые встречи сильно затягиваются. В полуфинале микста мне пришлось провести на корте два с лишним часа, а перед этим я отбегала полуфинал парного разряда. Конечно, восстанавливаться очень непросто, ведь на траве ноги работают по-особому, но мы были к этому готовы. Отказаться от микста? Таких мыслей не было. У меня очень хороший напарник — Бруно Суарес. Мы с бразильцем бились до конца и проиграли паре, которая была просто сильнее на данный момент.

— Теперь из турниров Большого шлема вам осталось выиграть в паре только Открытый чемпионат Австралии. Понимаете, что находитесь в шаге от исторической вехи? Ощущаете себя живой легендой?

— Мы с Катей собрали неплохую коллекцию турниров: Уимблдон, «Роллан Гаррос», Открытый чемпионат США, Итоговый турнир, Олимпийские игры. Это невероятно! Но об Открытом чемпионате Австралии пока не думаем. Сейчас мы просто наслаждаемся моментом, ведь времени на это постоянно не хватает. Что касается попадания в историю, то это ощущается. К нам действительно изменилось отношение. Многие соперники говорят нам с Макаровой: «Вы хоть понимаете, что вы выиграли практически всё?» Шутят даже, что круче нас только сёстры Уильямс. (Смеётся.) Приятно ощущать, что ты вошёл в историю и сделал нечто такое, что запомнится навсегда.

Вступайте в нашу группу в VK, чтобы быть в курсе событий в России и мире
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Спорт
Загрузка...
Россия