«Чемпионские пояса нужно выигрывать убедительнее»: Лебедев о бое с Гассиевым

37-летний Денис Лебедев, проиграв Мурату Гассиеву раздельным решением судей в бою за титул чемпиона мира в первом тяжёлом весе по версии IBF, заявил, что не согласен с вердиктом и хотел бы провести матч-реванш. Кроме того, боксёр рассказал о своём отношении к сопернику и о том, как его неудачу восприняли близкие.
«Чемпионские пояса нужно выигрывать убедительнее»: Лебедев о бое с Гассиевым
  • РИА Новости

Первые раунды чемпионского боя прошли в осторожной борьбе, кому-то даже справедливо могло показаться, что чемпион выглядел увереннее. Но уже в пятой трёхминутке Лебедев оказался в нокдауне после чего инициатива перешла к претенденту. Оформить досрочную победу осетину не удалось, более того в концовке он смотрелся не так выигрышно как в середине боя. Впрочем, запаса ему хватило, чтобы стать чемпионом — двое судей присудили ему победу, отдав предпочтение в 8 из 12 раундов. Однако после боя проигравший выразил несогласие с решением арбитров.

— Согласны ли вы с результатом поединка?

— Не думал никогда, что скажу такое, но, на мой взгляд, пояса завоёвываются более уверенно. Мне кажется, что я этот бой выиграл. Совсем немножко, но я был лучше. Это моё мнение, никого ему не навязываю. Удивило то, что на карточках иностранного судьи выиграл я, а наш отдал победу Мурату. Я всегда стараюсь говорить правду, за что порой и страдаю. Но хотя бы ничью дал. Такое бывает. Вы видели, как отработал Ковалёв (в поединке против Андре Уорда. — RT). Но это другой бой, и я уже не туда полез.

— Будете просить реванш?

— Тут уже всё в руках IBF. Гассиев был обязательным претендентом, и я должен был провести этот бой, а по правилам реванш не предусмотрен. Теперь Мурат стал чемпионом. Он вправе согласиться или отказать мне в ещё одной встрече. Но получить реванш — вполне нормальное желание каждого спортсмена, и моё в том числе.

— Получилось ли реализовать план боя?

— Всё шло как надо, я был хорошо готов и делал всё правильно. Возможно, из-за удара по печени немного потерял подвижность. Первые четыре раунда я, можно сказать, получал удовольствие от боя. Претензий ни к кому нет, план я выполнил. Вопросы имеются только к себе.

— В последнем раунде вы пошли вперёд. Не были уверены в победе?

— Я пытался показать всё, что у меня ещё есть. Это чемпионский раунд. Нужно было его провести так, чтобы сомнений не осталось.

— О чём говорили с тренером во время боя?

— Это мой первый 12-раундовый поединок. Могу сказать, что я в восторге от работы Фредди. В спаррингах он очень мало говорит, а в бою грамотно подбирал слова и подсказывал, что нужно делать. Мне оставалось только прислушиваться к его советам и выполнять указания. Ещё раз убедился, что Фредди Роуч — лучший тренер в мире.

— Обычно вы внушительнее вкладываетесь в удар, но в этот раз старались работать серийно. С чем это связано?

— У меня была такая установка: показать бокс, поэтому я не вкладывался так, как это делаю обычно.

— Это первый раз, когда вы упали после удара в корпус?

— Второй раз за годы спортивной карьеры меня отправили в нокдаун. Впервые я упал в бою с Йоури Каленгой. А по печени раньше пропускать не доводилось. Такое бывало в спаррингах, но не в поединках. Весьма неприятный удар. Фредди Роуч сказал, чтобы я побегал, бил джебы, чтобы восстановиться. Послушал его совета и сумел прийти в себя.

— Мурат продолжал бить в ту же область...

— Я знал, что от него ждать, это не стало проблемой. Немножко это сказалось на ногах. Если бы не этот удар, я бы выглядел убедительнее. В профессиональном боксе, если вы заметили, много бьют по корпусу. Как раз для того, чтобы сбить скорость оппонента.

— Гассиев чем-то вас удивил во время боя?

— При всём уважении к Мурату, я, как мне показалось, его даже немножко переоценил. Он сильный и жёсткий боец, но оказался не таким, каким я его представлял. В то же время лучше переоценить соперника, чем недооценить. Возможно, я не дал ему показать себя во всей красе. Это лучше у него спросить, пусть сам скажет.

— Чувствовали себя в опасности?

— Я на протяжении всего боя слышал, как передо мной кулаки свистят. Любой боец тяжелее 63 кг — это уже само по себе опасно. У людей ноги от асфальта отрываются при ударе в голову, а тут мужики по 100 кг друг друга бьют. Представляете, что это такое? Но это осознанный риск. А если говорить конкретно, то, за исключением удара по печени, был только один момент. В глазах что-то сверкнуло, и я почувствовал, что немножко потерялся, но оппонент этим не воспользовался.

— Был ли момент, когда понимали, что Гассиев тоже вот-вот сломается?

— Не помню в каком раунде, но было такое. Я не стал тогда форсировать, думал, что ещё подвернётся возможность, — не вышло.

— Вы же спарринговали с ним пару лет назад. Тогда понимали, что он будет претендовать на чемпионский пояс?

— Да, уже тогда я осознал, что он очень силён, но при этом не обучен. Могу и сейчас это сказать, потому что больших отличий я не увидел. Мы тогда спарринговали пять раундов. В первых он был очень агрессивен, а потом я концовку забирал. Вот и сейчас план был такой же, но я и в начале не проигрывал. В середине поединка немножко потерял. Но думаю, что чемпионские пояса нужно выигрывать убедительнее. Опять же говорю без претензий к кому-либо. Победил тот, кому подняли руку. Я проиграл претенденту, который проделал тяжёлый путь для того, чтобы встретиться со мной.

— Когда возникла пауза при подсчёте очков, думали, что вам отдадут победу?

— Откровенно говоря, да. Было небольшое сомнение, потому что обычно если дают победу чемпиону, то без заминок. И в углу меня все поздравили с отличным боем, что вселило в меня уверенность.

— Ваш отец присутствовал на поединке. Что сказал вам после завершения?

— Он сказал, что я молодец, но пожурил, что недоработал. Он всегда так говорит, как бывший боксёр.

— Согласны с ним?

— Больше да, чем нет. Хотя… да что там! Надо было сразу делать, а теперь что уж говорить. Локоточек-то вот он, близко, а не укусишь.

— Как семья восприняла известие о поражении?

— Дети плакали, но ничего страшного. Поплачут и перестанут. Пусть понимают, что в жизни ничто так просто не достаётся. Я всегда их на это настраиваю.

— Когда бы хотели снова выйти на ринг?

— Я провёл тяжёлый трёхмесячный сбор в США. Бой не был для меня таким тяжёлым, как тренировки. Сейчас ещё свежа память о тех нагрузках, и я хотел бы отдохнуть какое-то время. Александр Поветкин готов после поединка на пятый день уже тренироваться, а я так не могу. Между боями стараюсь больше времени проводить на природе, много гуляю. К тому же я семейный человек, накопилось много бытовых дел, пока тренировался. У меня болеет мама, нужно заняться её здоровьем. Детей проверить, как у них успеваемость в школе. Потом вернусь к режиму и посмотрим... Есть ещё незаконченные дела. 

Иван Славинский

Подписывайтесь на наш Telegram, чтобы быть в курсе важных новостей.
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Спорт
Загрузка...
Без политики