«В день боя думаю, как навалять сопернику»: боксёр Ковалёв на RT о поединке с Уордом

За несколько дней до самого значимого боя в своей профессиональной карьере российский боксёр Сергей Ковалёв побывал в гостях у Ларри Кинга. В эксклюзивном интервью на RT чемпион WBA, IBF и WBO рассказал, как готовится к поединку с Андре Уордом, об истории прозвища Разрушитель, о чувстве страха и своей книге «На грани».

В субботу на арене T-Mobile в Лас-Вегасе состоится бой за звание чемпиона мира по версиям WBA, IBF и WBO в полутяжёлом весе между их обладателем — россиянином Сергеем Ковалёвым — и многолетним чемпионом в суперсреднем весе американцем Андре Уордом. Поединок примечателен тем, что оба боксёра за свою профессиональную карьеру не потерпели ни одного поражения и одержали по 30 побед. Перед одним из самых знаковых событий года с 33-летним уроженцем Челябинска в рамках своего шоу побеседовал легендарный журналист Ларри Кинг.

— Этот бой — главный в вашей карьере?

 Можно и так сказать. Ведь это будет платная трансляция на канале HBO (улыбается). К тому же мой оппонент ещё не потерпел ни одного поражения и является олимпийским чемпионом. Я же в Играх участия никогда не принимал.

— Это будет битва двух непобеждённых бойцов, но, в отличие от соперника, у вас на счету имеется ничья.

— Да, было дело. Но она техническая.

— То есть вы в том бою тоже победили?

— Да, одержал победу нокаутом, но мой противник симулировал удар в затылок.

— Он заявил, что вы нанесли недозволенный удар?

— Разумеется. На самом деле он просто нашёл способ заработать лёгких денег.

— Слышали, что Андре Уорд назвал вас задирой…

— Он может говорить всё, что ему вздумается, но 19 ноября придётся ответить за свои слова.

— С каким настроением вы подходите к поединку?

— Я настроен оптимистично. Вы хотите знать, как будет проходить этот бой?

— Конечно! Будет ли он напоминать побоище? И как всё закончится — мы увидим нокаут или вынуждены будем дождаться решения судей?

— В боксе невозможно давать какие-либо прогнозы. Даже я, боксёр, не могу ничего предсказывать, потому что это будет нечестно по отношению к сопернику.

— Да, но при этом вы — боксёр, который одержал 26 побед нокаутом…

— Да, и буду стараться, чтобы эта цифра росла. Наберитесь терпения, подождите ещё несколько дней и всё увидите сами. Андре Уорд очень талантлив. Он не дерётся, а именно боксирует. И делает это с умом. Я сам хочу посмотреть, насколько хорошо он готов и что продемонстрирует на ринге во время чемпионского боя.

— Он привык выступать во втором среднем весе, а вы — в полутяжёлом. Ему пришлось набирать массу для предстоящего поединка?

— Это не имеет особого значения. К тому же он до этого уже провёл два боя в моей весовой категории.

— Почему эксперты отдают предпочтение Уорду?

— Они считают, что какие-то вещи Андре удаются намного лучше, чем мне. Не знаю, почему. Но меня совершенно не волнует, кого считают более слабым, а кого фаворитом.

— Может быть, выходить на бой в статусе тёмной лошадки лучше?

— Для меня это новый вызов, поскольку ещё со времён своей любительской карьеры большинство важных поединков я проводил в чужих странах. Мне нравится разочаровывать болельщиков оппонента. Это придаёт мне дополнительные силы, позволяет чувствовать себя счастливым.

— Вам нравится тренироваться в США?

— Да, меня здесь всё устраивает. Я очень признателен Роберту Гарсии за то, что он предоставил мне возможность готовиться в зале при его школе. В нём тренируются многие боксёры, приехавшие из России и стран бывшего СССР.

— Я слышал, что в вашу тренировочную программу входят и занятия плаванием?

— Нет. Разве что пара минут в океане, чтобы освежиться и зарядиться энергией на грядущий день. Но плавать слишком долго опасно.

— Акулы, понимаю. Вас тренирует Джон Дэвид Джексон. Чему вы научились у него?

— Думаю, вы понимаете, что довольно сложно научить боксёра чему-то новому в 33 года. Поэтому Джон, скорее, помогает мне поддерживать спортивную форму и старается вывести меня на её пик к чемпионскому поединку. Да и к другим боям тоже.

— Как долго он вас тренирует?

— Мы работаем вместе с 2012 года.

— Можно ли сказать, что психология в боксе важна не меньше физической подготовки?

— Безусловно. Это наиболее важный аспект.

— Наиболее?

— Да, психологический настрой чрезвычайно важен. Потому что ваш мозг — словно центральный процессор в компьютере: если он работает хорошо, то и со всём остальным полный порядок.

— Как вы считаете, победителя этого боя признают лучшим боксёром мира?

— Я никогда не задумывался об этом. Почему бы и нет? Я готов побороться за это звание, такова моя новая цель.

— Неплохое звание. Прислушайтесь: «Лучший боксёр в мире».

— Хорошо мотивирует.

— Откуда взялось ваше прозвище — Разрушитель?

— Я получил его от своих промоутеров, команды под руководством Кэти Дувы. До подписания контракта они видели несколько моих боёв, один из которых был с Дарнеллом Буном. Я его тогда буквально раздавил, наносил удар за ударом. Они сказали, что я напомнил им камнедробилку, и с тех пор меня начали называть Крашер. Причём слово пишется по-английски через букву «кей», как и моя фамилия.

— На кепке — ваша эмблема?

— Да.

— Разрушитель.

— Это мой логотип.

— Рука, сжатая в кулак.

— Моя торговая марка. Она всегда со мной.

— Где вы выросли?

— В Челябинске, это на границе Урала и Сибири. Два часа лёта на восток от Москвы. Челябинск — промышленный город с множеством заводов, его население — около полутора миллиона человек.

— Чем занимался ваш отец?

— Он был рабочим. И мама, к слову, тоже.

— Это они отдали вас в бокс?

— Нет, заняться боксом я решил сам. Однажды мой друг и одноклассник рассказал, что уже несколько дней ходит в тренировочный зал боксировать. Я заинтересовался и спросил, как попасть на тренировку. Он ответил, что тренер приглашает на занятия всех желающих. Я заинтересовался, так как нам с друзьями частенько приходилось драться на улицах с ребятами, которые были старше. Поэтому я стал ходить на тренировки и выпускать пар там.

— Вы когда-нибудь получали сильную травму?

— Разумеется. Особенно тяжёлыми были первые три года. Только посмотрите на мои руки.

— Недавно умер мой старый друг Мохаммед Али. Вы наверняка смотрели его поединки, не так ли?

— Да, я пересмотрел массу боёв и документальных фильмов с его участием. 

— В 1960 году он стал чемпионом Олимпийских игр в Риме в полутяжёлой весовой категории. Вы ведь тогда ещё даже не родились.

— Верно.

— Али однажды признался: «Мне страшно каждый раз, когда выхожу на ринг, потому что соперник пытается меня убить». Как в этот момент не испугаться?

— Да, с этим сложно поспорить.

— Вы нервничаете перед поединками?

— Конечно. Я ведь человек, а не робот. Но это не паника. У меня большой опыт борьбы со страхом. Он превратился в простое волнение, свойственное всем спортсменам. Нельзя слишком много думать о бое. Это изматывает.

— Вы абстрагируетесь от болельщиков? Или всё же слышите их?

— Я слышу только близких людей — тех, кого знаю. И когда в бою наступает тяжёлый момент, когда чего-то не хватает, пытаюсь выхватить именно то, что необходимо, но не весь зал.

— Вы слышите наставника?

— Да, его или близких людей, которых знаю с детства.

— Они в вашем углу?

— Многие друзья приходят поддержать меня. Они садятся поближе, в первых рядах, и иногда подсказывают мне, что именно делать.

— О чём вы думаете в день боя?

— Что я должен навалять сопернику.

— Как вы питаетесь?

— Я ем то, что придаёт энергию и мне по душе.

— Стейки?

— Да. Стейки, курицу. Но не сладости. Потому что десерт ещё надо заслужить.

— Теперь игра «Знали бы вы». Я буду задавать вопросы. Каким достижением вы больше всего гордитесь?

— Своей честью. И честностью. Я не вру.

— И сыном?

— Да, конечно, сыном тоже. Семьёй.

— В каком городе вы больше всего любите проводить бои?

— В Лас-Вегасе.

— Что вам нравится делать на выходных?

— Просто отдыхать, лежать на кровати, книги читать. Сейчас вот читаю книгу Майка Тайсона «Беспощадная истина». Чуть-чуть осталось. Совсем недавно я сам выпустил книгу в России.

— Вы написали книгу?

— Да, на русском языке. И назвал её «На грани». Потому что вся моя жизнь — на грани.

— Вы живёте на грани.

— Да, именно так.

— Каким спортсменом вы восхищаетесь больше всего?

— Прямо сейчас? Никаким.

—  Я имею в виду не только боксёров…

— Разумеется. Но я не слежу за другими видами спорта. 

— Только за боксом.

— Да. Слишком занят боксом.

— По чему именно вы скучаете в России больше всего?

— По тому месту, где вырос.

— Самый тяжёлый бой на сегодняшний день?

— Любой бой сложен по-своему.

— Наверное, тот самый, что закончился ничьей? Хотя вы говорили, что дело было в запрещённом ударе.

— Да, мой соперник показал рефери, что я попал ему по затылку. Судья оказался не очень опытным и не понял, что произошло. Я был сильно разочарован тогда.

— Не сомневаюсь.

— С тех пор мой послужной список не столь идеален.

— Та самая ничья. Но вы же знаете, что выиграли.

— Все знают, кто должен был победить.

— Где проходил тот бой?

— В особняке «Плейбой» в Калифорнии.

— Как вы в бою блокируете боль от удара?

 В разгар поединка я обычно не чувствую боли — её глушит зашкаливающий адреналин. Боль приходит уже после.

— Какие части тела болят больше других? Удар в живот ощущается больнее удара в голову?

— В профессиональном боксе самыми опасными зонами являются два «этажа» — голова и туловище.

— Насколько велика вероятность того, что после поединка с Андре Уордом вы сразитесь с Адонисом Стивенсоном?

— Сначала нужно решить насущные проблемы, а там посмотрим. Я смогу что-то планировать только после субботнего боя. Сейчас могу лишь сказать, что, несомненно, готов к новым поединкам, кто бы ни бросил мне вызов.

— Адонис Стивенсон выступает в тяжёлых весовых категориях?

— Да, он полутяж. Чемпион мира по версии WBC, и при этом любыми способами пытается избежать поединка со мной.

— Вы хотели бы с ним сразиться?

— Да, конечно.

— Дружите ли вы с кем-нибудь из своих противников вне ринга?

— Только с теми, с кем встречался во время любительской карьеры.

— Ваши интересы помимо бокса? Что вам нравится больше всего?

— Я люблю путешествовать, с семьёй или один. Но из-за бокса в большинстве случаев езжу один. Кроме того, жена сейчас занята сыном. Ещё я люблю тачки.

— Быстрые автомобили?

— Да, очень быстрые.

— Прилетит ли жена смотреть ваш бой с Уордом?

— Конечно. Вместе с сыном.

— Если бы вы могли выбирать, в каком городе хотели бы провести поединок?

— В Квебеке. Мне нравятся канадские поклонники бокса. А ещё я бы хотел снова драться в Великобритании. Быть может, в Лондоне.

— Но Лас-Вегас тоже весьма неплох!

— Да, но там поединок у меня уже запланирован.

— Вы сейчас тренируетесь в Калифорнии, бой будет проходить в Лас-Вегасе. Но вы ведь — русский, скучаете по родине?

— Конечно. Россия — мой дом, я там родился, там живут все мои родные…

— Вам не кажется, что вы сражаетесь не только за себя, но и за свою родину?

— Я сражаюсь ради себя и своей семьи. Но я горжусь тем, что вынесу на ринг флаг своей страны. Российские улицы дали мне то, что у меня есть, они обучили и закалили меня.

— Они сделали вас тем Сергеем Ковалёвым, которого мы знаем.

— Именно. При этом я благодарен Америке за то, что она предоставила мне возможность заявить о себе.

Полное видео беседы Ларри Кинга и Сергея Ковалёва смотрите на сайте RTД.

Вступайте в нашу группу в VK, чтобы быть в курсе событий в России и мире
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Спорт
Загрузка...
Россия
Документальный канал