«Научился жить настоящим»: осуждённый за разбой парализованный Антон Мамаев рассказал о жизни после приговора

История Антона Мамаева, инвалида со спинальной мышечной атрофией, получила широкий резонанс летом 2017 года. Его признали виновным в разбое и похищении мотороллера и приговорили к 4,5 года заключения. Решение суда вызвало возмущение общественности, поскольку человеку с таким диагнозом в колонии не могли предоставить необходимые для жизни условия. Приговор в итоге был пересмотрен и заменён на штраф, однако защита попыталась обжаловать и его. В интервью RT Мамаев рассказал, чем завершилась судебная тяжба, как она повлияла на его мировоззрение и что стало с ещё одним фигурантом этого дела.

Два года назад в Москве разгорелся громкий скандал вокруг приговора Тимирязевского районного суда парализованному инвалиду Антону Мамаеву. Мужчину с наследственной спинальной мышечной атрофией признали виновным в разбойном нападении и похищении мотороллера, приговорив к 4,5 года лишения свободы. Из-за тяжёлой болезни Мамаев не передвигается самостоятельно и весит меньше 20 кг. Однако сразу после оглашения приговора он был заключён под стражу.

Столь суровое наказание вызвало широкий общественный резонанс. В тюрьме ему не могли обеспечить должный уход. Как рассказывал позднее сам Мамаев в интервью RT, для него «арест был сродни казни». Однако после того, как на историю Антона обратили внимание СМИ, приговор был пересмотрен — его заменили штрафом.

Сейчас Антон ведёт довольно активный образ жизни — занимается бизнесом и благотворительностью, а также воспитывает дочь. В эксклюзивном интервью RT Мамаев рассказал, как скандальный приговор повлиял на его жизнь.

— Вас осудили уже более двух лет назад. 3 августа 2017 года Мосгорсуд смягчил приговор, заменив 4,5 года лишения свободы на штраф в размере 200 тыс. рублей. Вы, насколько известно, обжаловали это решение и дошли до Верховного суда. Чем всё закончилось?

— Приговор был разочаровывающим. Верховный суд нам отказал, потому что посчитал наши доводы необоснованными. На самом деле у нас был свидетель, было полное опровержение доказательств, которые давали потерпевшие. Да и сами потерпевшие в показаниях путались. Правильнее сказать, что у них не было никаких фактов, говорящих о том, что было совершено преступление, только слова.

— Как думаете, почему вам не удалось добиться оправдания?

— Вся страна наблюдала за моей историей, и если бы с меня сняли обвинения, многие люди, которых тоже незаконно осудили, начали бы активнее пытаться выбраться, стали бы подавать апелляции, обращаться в СМИ.

— Вы провели в СИЗО несколько недель. Собственно, из-за этого на ваше уголовное дело обратили внимание журналисты. Вспоминаете ли время в заключении?

— Стараюсь не вспоминать — я такое там пережил!

— Повлияло ли уголовное преследование на ваше здоровье?

— Да, мне стало хуже. То ли из-за времени, проведённого в СИЗО, где не было необходимых условий, то ли из-за общего морального состояния.

— Наличие судимости мешает вам?

— Нет, это формальность. Это не так страшно, как понимание того, что тебя ни за что могут посадить в тюрьму, лишив нормальной жизни и семьи.

  • Мамаев о своей реакции на обвинение

— Эта история как-то повлияла на вашу жизнь?

— После случившегося мне начали писать люди. Писем было очень много. Я помогал им как мог. После этого случая я чётко уяснил, что в любой момент кто-то, кто сильнее и мощнее, может взять и придавить тебя — специально или случайно. И ты уже ничего не сможешь сделать. Раньше жил мечтами и планами. Теперь научился жить настоящим. Ничего не загадываю и просто иду по своему пути.

— Что стало с вашим другом и помощником Василием Сероштановым, которого также признали виновным и приговорили к реальному тюремному сроку?

— Сероштанов провёл в колонии два года. Его выпустили чуть раньше, по УДО. Слава богу, настал момент, когда мы встретились, когда Василия увидела его мама. Он отсидел ни за что. Даже потерпевшие несколько раз, в том числе на суде, говорили, что к Сероштанову никаких претензий нет.

— Два года назад, после освобождения, вы говорили, что хотите пойти в политику. Передумали?

— Нет, но пока жизнь к этому не подвела, я другими делами занимаюсь.

— Чем именно?

— Продолжаю работать в развлекательной сфере. Занимаюсь пляжем. Он функционирует не только летом, но и зимой, так что работы много. Сейчас строим там новые красивые кафе.

— А какие-то занятия, кроме бизнеса, есть?

— Мы с приятелем развиваем новый проект. Это будет своего рода группа поддержки для людей, которые пережили предательство близких и не могут самостоятельно справиться с болью. Мы придумали программу, которая будет помогать приходить в себя. Будут встречи с психологами, участие в разных благотворительных мероприятиях.

— После выхода из СИЗО вы рассказывали, что собираетесь узаконить отношения с гражданской женой Александрой. Поженились?

— Мы разошлись. Любили друг друга, но так бывает. У нас общий ребёнок. Дочка живёт со мной. Всё свободное время я провожу с ней: вожу на пение, музыку, в бассейн, на английский, на танцы. Мы ходим в музеи и кино.

— Трудно ли справляться с воспитанием ребёнка в одиночку с вашим диагнозом?

— Своя ноша никогда не тяжела. Это приятно, это смысл жизни.

— Следите ли за новостями? Что думаете о последних протестах?

— Конечно, слежу! Ваш канал смотрю часто. Протесты — это хорошо, но в скором времени всё утихнет и толку никакого не будет.

— Вы наверняка слышали про Ивана Голунова и Павла Устинова, которых также отпустили на свободу после того, как их истории вызвали широкий общественный резонанс.

— Хорошо, что отпустили, переживал за них. Благодаря журналистам и торжествует справедливость. Плохо то, что о многих людях СМИ не знают и за них никто не вступается.

Ошибка в тексте? Выделите её и нажмите «Ctrl + Enter»
Вступайте в нашу группу в VK, чтобы быть в курсе событий в России и мире
Загрузка...
Сегодня в СМИ
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить