«Многие израненные хотят вернуться на фронт и добить фашистов»: зачем ветеран Афганистана уходил добровольцем на СВО
«Кунар пост сдал, Басмач пост принял»: отец и сын из ВДВ ушли на СВО
- © Из личного архива
29 июля 1985 года командир расчёта АГС гвардии старший сержант Михаил Яшин подорвался на мине. Эвакуация раненого бойца 350-го гвардейского парашютно-десантного полка из афганского Панджшерского ущелья в военный госпиталь в советском Крыму была долгой. С горы товарищи несли его на руках, затем — БТР, вертолёт, переоборудованный под лазарет самолёт Ил-76.
«Пока меня транспортировали до госпитальной койки, не спал ни минуты, всё думал о том, как мне теперь жить, — вспоминает Михаил Евгеньевич. — Стопа левой ноги улетела в ущелье ещё в Афганистане, от другой ноги, говорили мне, скорее всего, тоже придётся отрезать кусок. А мне было 19 лет».
Случилось чудо. Правую ногу, в которой перемешались осколки мины, раздробленные кости и порванные сухожилия, ему спасли военврачи госпиталя Черноморского флота. Потом дело было за силой воли раненого солдата. Каких сил ему это стоило, знает только он сам, но Михаил Яшин встал на ноги — в прямом и переносном смыслах — и научился жить полноценной жизнью.
Теперь он учит так жить других
С 2015 года Яшин руководит региональной общественной организацией «Общество инвалидов войны в Афганистане — Московский дом солдатского сердца», под эгидой которой в том числе за счёт средств Фонда президентских грантов и правительства города Москвы протезируются и проходят курс реабилитации инвалиды боевых действий — «афганцы», «чеченцы», «сирийцы», а теперь и участники специальной военной операции.
После начала СВО в организации по инициативе Михаила Яшина открылись и в течение нескольких лет продолжают работать курсы операторов беспилотных летательных аппаратов.
Значительная часть из нескольких сотен обученных специалистов — пострадавшие на спецоперации солдаты, которые по состоянию здоровья уже не могли служить в штурмовых, танковых и артиллерийских подразделениях, но хотели вновь вернуться на передовую.
«Таких много, — говорит Яшин. — Это русский характер: многие израненные хотят вернуться на фронт и добить фашистов».
Сцементировать «молодняк»
В январе 2026 года Михаил Яшин сам подписал контракт и встал в строй добровольческой бригады «БАРС-Курск».
- © Из личного архива
«Одним из первых в подразделение боевого армейского резерва страны ушёл обученный у нас владеть беспилотниками после потери на СВО ноги Вадим Сотниченко, — вспоминает Михаил Яшин. — Он присылал нам фото и видео о своей новой службе. Мы стали готовить курсантов специально для БАРСов. После сдачи экзаменов в ДОСААФ Юго-Восточного округа Москвы ребята получали официальную ВУС (военно-учётную специальность. — RT) и распределялись в различные подразделения. Но вдруг возникла проблема: курсанты одной из лучших наших групп за время учёбы крепко сдружились и попросили отправить их служить в одно место».
Михаил Яшин и его боевой друг Алексей Гамаев не единожды возили в зону проведения спецоперации дополнительную помощь воюющим десантникам.
Возвращаясь из одной такой поездки, они заехали переговорить к возглавлявшему бригаду «БАРС-Курск» генерал-майору Игорю Чечулину. И предложение готовить в Москве и посылать в приграничье не отдельных спецов, а целые команды операторов БПЛА он оценил по достоинству.
Из Москвы в пограничный прифронтовой район стали прибывать подготовленные и сплочённые подразделения «беспилотчиков».
«Я ездил навещать наших ребят в БАРСе, привозил им технику и расходники, и однажды от офицера с позывным Сотник, командира батальона по противодействию БПЛА на объектах топливно-энергетического комплекса, услышал предложение послужить самому», — вспоминает Михаил Евгеньевич.
Комбат сказал Яшину, что ему нужен в штате инструктор не только с боевым, но и с жизненным опытом, способный сцементировать «молодняк», приходящий служить в подразделении.
«Чего скрывать, были у меня сомнения: протез, возраст... жена, естественно, будет против. Но польза для общего нашего дела, для достижения победы перевесила, — говорит Михаил Яшин. — Мало кто понял моё решение. Да я особенно и не распространялся на эту тему. Отшучивался: мол, «дембеля» на срочной службе у меня не случилось, последние полгода провалялся на госпитальной койке, поэтому надо отдать Родине солдатский долг полностью и встретить увольнение в запас как положено. И ведь действительно: дембельнулся я потом из добровольческой бригады со всеми принятыми в Советской армии ритуалами. Даже портновский метр — сантиметровая лента, на которой срочники отмечают 100 дней до приказа, — у меня в пункте временной дислокации был вывешен. Но это, конечно, было из разряда окопного юмора».
- © Из личного архива
Серьёзно же Михаил Евгеньевич объясняет свой неординарный поступок тем, что хотел своими глазами увидеть идущую сейчас войну и на собственном опыте понять, к чему надо готовить командиров расчётов и операторов БПЛА.
Без поблажек
Яшин взял себе позывной Кунар. В Афганистане есть такая река и одноимённая провинция, там ему пришлось воевать в юности.
«Теперь на службе у границы живого врага я не видел. Только летящие в небе железяки, — рассказывает ветеран. — Но они пытались прорваться через посты мобильных огневых групп практически каждые сутки, небо постоянно было «грязным».
- © Из личного архива
Скидок на возраст и здоровье ему в батальоне не давали: при нехватке личного состава каждый «штык» на счету, да и сам Михаил Евгеньевич поблажек не просил бы — не тот характер. Вместе со всеми старший сержант 60 лет от роду (круглую дату в марте 2026-го встретил на службе в БАРСе) дежурил на местности и у экранов мониторов в подземном штабном бункере, по тревоге выезжал на усиление позиций в районах по всей границе российской Курской области с Сумской областью Украины, когда противник засылал в наше небо особо много дронов.
«Сволочной характер у нынешних властителей Киева: как только у нас какой праздник, так они старались нам побольше нагадить, ударить побольнее, — говорит Яшин. — Перед Днём Победы в течение двух недель мы из полей не выходили: украинские дроны косяками летели».
Один используемый для разведки и корректировки артиллерийского огня вражеский беспилотник — «Валькирию» — сбил расчёт, в котором за пулемётом ПКТ был Яшин.
«Но основной моей задачей было научить воевать других бойцов и обеспечить им для этого все необходимые условия», — говорит Михаил. И он справился: к окончанию контракта Михаил Яшин был представлен к награждению ведомственными наградами Министерства обороны и администрации Курской области.
Кунар пост сдал, Басмач пост принял
«Сын мой Николай сменил меня в БАРСе. Вернее, я ещё служил, когда он записался добровольцем, — рассказывает Михаил Яшин. — Срочку он отслужил в 106-й воздушно-десантной дивизии, закалка у него хорошая, и в современной технике сын — дока».
- © Из личного архива
Николай Яшин обучил управлению разведывательными и ударными беспилотниками сотни человек и написал учебник по применению воздушных дронов. Теперь он учит бойцов добровольческой бригады на полигоне в Курской области и сам выезжает на боевые задания. Позывной у Яшина-младшего — Басмач.
«Суровый, конечно, позывной, но пусть враги боятся, — говорит Михаил Яшин. — В том, что редкий украинский беспилотник долетает до Курска и Москвы, есть заслуга и моего сына. Мы, Яшины, выходит, как часовые неба Родины: Кунар пост сдал, Басмач пост принял».