Анна Долгарева

Журналист, военкор
  • «Не бывает атеистов в окопах под огнём — и на втором этаже базы оборудована молельня, в которой коптят лампадки. Я захожу туда, но там кто-то молится. Узнаю, кажется, парня, про которого говорили, что он завтра отправится на БЗ. Выхожу. Думаю: успею ещё. Но я не успеваю посетить молельню в этот приезд, а в следующий раз, когда я приеду в «Оплот», не будет уже не то что молельни — не будет Изюма».
  • «Это огромная помощь со стороны России для нас. Но мужики должны оставаться здесь, даже если эти мужики в юбках», — говорит глава Общественной палаты Александр Кофман. А тем временем война подбирается всё ближе к российской границе. Пока готовился этот материал, ВСУ нанесли удар по погранпункту ФСБ РФ в Ростовской области. До этого несколько снарядов прилетало на территорию России, однако в голую степь либо в заброшенные дома. Сейчас — другая ситуация».
  • «Специфика обстановки на фронте в том, что одна сторона вынуждена строго соблюдать Минские соглашения, вторая же позволяет себе некоторые отступления от них. Под второй стороной я, разумеется, имею в виду украинскую. Здесь, однако, тоже не всё так просто: нельзя сказать, что ВСУ бездумно лупят по жилым кварталам, как это было в 2014—2015 годах. Нет, руки Зеленского отчасти тоже связаны, и, отчитываясь перед Европой о грядущем «вторжении» России, он вынужден соблюдать хотя бы часть приличий. Иногда — больше, иногда — меньше; от этого и зависит та степень вольности, которая дозволяется вэсэушникам».
  • «Всё это — одна линия поведения: обеспечить более-менее нормальное функционирование той части Донбасса, которая хотя бы на несколько километров отдалена от линии боевого соприкосновения. Всё это — та минимальная степень свободы, которую позволяют Минские соглашения. При этом, собственно, на линии боевого соприкосновения людей продолжают убивать, и не только на ЛБС: буквально на днях украинский снайпер тяжело ранил мирного жителя под Донецком. И эту проблему в рамках Минских соглашений решить намного сложнее».
  • «Такие дела. Столтенберг, конечно, пообещал, что «любое будущее вторжение или агрессия по отношению к Украине будет иметь высокую цену, экономические и политические последствия для России». Но все мы понимаем, что под гнётом санкций Россия живёт уже не первый год и как-то не провалилась в небытие: и с «Северным потоком — 2» всё в порядке, и в Крым поезда ходят по мосту, и москвичи не последнего ежа доедают. Такой, по сути, сигнал для Украины: денег нет, но вы держитесь».
  • «Пресловутые «пять минут» — это как раз тот срок, за который сдалась украинская армия в Крыму в 2014 году. То есть в основном и не сопротивляясь. Возвращение Крыма прошло практически бескровно и стремительно, при полной поддержке крымчан и неспособности украинских силовиков оказать хоть какое-то сопротивление. Впрочем, с учётом того что многие из них в результате получили российские паспорта и служат теперь России, имеет смысл говорить не только о неспособности, но и о нежелании».
  • Лента новостей
  • Картина дня

Данный сайт использует файлы cookies

Подтвердить