Новое дело Навального
об обвинениях в адрес блогера
На Алексея Навального завели новое уголовное дело. Теперь ему светит ст. 239 ч. 1 («Создание некоммерческой организации, посягающей на личность и права граждан»), срок — до трёх лет.
«Создание организации, посягающей на права граждан»: СК предъявил новое обвинение Навальному
Нет, мы все понимаем, как это выглядит. Честного борца засадили в каземат, осудили по первому попавшемуся под руку делу, а потом, когда осмотрелись, начали нанизывать эти самые дела, как колечки на детскую пирамидку. «Ив Роше», оскорбление ветерана, теперь припомнили митинги, когда граждан вытягивали на улицу, несмотря на пандемию. Ещё срок, ещё срок, ещё один — и так до упора. И в целом-то нам уже давно всё равно, что скажут западные «партнёры» или либеральное крыло интеллигенции. Но ведь и у охранителей нет-нет да возникнет вопрос: а то ли мы делаем? С нами ли по-прежнему наша моральная правота, или, может, правы заграничные «голоса» и мы боремся с противником недостойными методами?
Пусть бы вернулся в Россию, пусть бы продолжал митинговать на улицах, подставляя соратников под новые сроки, а сам бы, имея две условки, летал по всему миру, писал бы подмётные письма зарубежным правительствам, указывая гневным перстом, кому достанутся новые санкции. А государство, как добрый директор гимназии, взирало бы на всё это и изредка грозило бы пальчиком из окна. Охранитель и государственник, конечно, кривился бы от боли, но зато ощущал бы себя и свою страну великими гуманистами и демократами.
Но, увы, эпоха гуманизма в мире закончилась. По-настоящему сильные страны могут сколько угодно кричать о правах человека и вводить санкции за их несоблюдение, но, когда речь заходит об их интересах, они знают, как действовать. Ассанж много лет сидит взаперти, Сноуден — в международном розыске, Эндрю Брайтбарт погиб при странных обстоятельствах, а через некоторое время погиб и коронер, производивший его вскрытие. Один за другим застрелились участники штурма Капитолия. А Харви Вайнштейн, который, казалось бы, никогда не был врагом новому миропорядку и вообще никому не мешал, будет сидеть в тюрьме дольше, чем террорист Брейвик.
Это я вспомнил только о самых знаковых фигурах. Активисты помельче, типа лидера австрийских идентаристов Мартина Зелльнера или весёлого тролля-гея-консерватора Майло Яннопулоса, вроде как на свободе, но навсегда вычеркнуты из медиаполя, лишены права голоса: пожизненный бан во всех соцсетях, блокировка счетов, запрет на въезд в некоторые страны. На наши деньги это называется «ограничение свободы» и «запрет на определённые действия».
Нет, я вовсе не хочу использовать надоевший всем аргумент в стиле «у них негров линчуют». Мол, раз им можно, то можно и нам. Это слабое оправдание и совсем никудышный источник моральной правоты. Я говорю об общих для всего мира процессах.
Этот мир стремительно меняется, его сотрясают самые разрушительные процессы, формируются новые центры силы, способные к чертям обвалить веками выстроенное здание. И хранители здания, то есть правительства, защищаются как могут. Америка не пожалела ни Ассанжа, ни Сноудена, ни даже Вайнштейна, хотя за ними не стоял никто, кроме них самих и кучки энтузиастов-правдоискателей. Силы, стоящие за «берлинским пациентом», стократно больше — или мы правда считаем, что правительство США вписывается за любого русского оппозиционного блогера, Ангела Меркель приходит к нему в больницу, а беглый олигарх оплачивает его житьё-бытьё просто за красивые глаза и активную гражданскую позицию?
Что сделала Россия в ответ? Она просто перестала закрывать глаза на всё то, на что закрывала их раньше. Просто вспомнила все грехи оппозиционера, которые раньше по каким-то причинам упорно прощала. Да, это выглядит надуманным, притянутым, сымпровизированным — называйте как угодно. Но если смотреть на это глобально, как на часть огромного и очень опасного мирового процесса, — совершенно непонятно, как ещё можно было поступить.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.