Адреса известны

Пару дней назад в иранском сегменте социальных сетей широко распространился видеоролик под названием «Месть за всех» (One Vengeance for All). В нём утверждается, что украинские дата-центры использовались для сбора разведывательных данных в рамках операции против верховного лидера Ирана Али Хаменеи, убитого в результате американского удара 28 февраля 2026 года. В качестве «возмездия» в ролике показаны иранские ракетные удары по этим объектам на территории Украины.

Также по теме

Журналисты NYT узнали о состоянии верховного лидера Ирана

Верховный лидер Ирана Моджтаба Хаменеи получил серьёзные ранения после атак США и Израиля, сейчас он остаётся в укрытии и проходит...

Конкретики в ролике было достаточно, чтобы привлечь широкое внимание: на видео фигурируют три украинских города — Киев, Харьков и Днепропетровск, где, по мнению иранской стороны, расположены «уничтоженные» объекты. Публично называются и точные адреса: здание на улице Виктора Некрасова, стр. 1—3, в Киеве, здание на улице Георгия Тарасенко, д. 126/1, в Харькове и здание на улице Ивана Акинфиева, д. 18, в Днепропетровске. Данная адресная конкретика является нетипичной деталью для пропагандистского контента, характерного для иранских медиа, и таким образом обеспечила ролику повышенное внимание как в регионе, так и за его пределами.

То обстоятельство, что весь визуальный ряд создан средствами генеративного ИИ, не отменяет главного: Украина всё устойчивее встраивается в иранский медиаполитический дискурс в качестве противника. Это не спонтанный вброс контента, и распространение этого ролика иранцами совершено не просто так. Смысл в том, что Тегеран тем самым хочет сказать, что воспринимает киевский режим отныне как законную военную цель и что Украина является частью враждебного для Ирана альянса.

Если в Киеве полагают, что точечное сотрудничество с арабскими странами — будь то в сфере разведки, противодействия иранским беспилотникам или дипломатического давления на Тегеран — способно выступить надёжным щитом от исламской республики, то серьёзно заблуждаются.

Напротив: чем активнее Киев позиционирует себя как участника антииранской коалиции на Ближнем Востоке, тем прочнее он вписывается в иранскую картину враждебного альянса — рядом с Израилем, США и некоторыми монархиями Залива.

И тем более обоснованными с точки зрения Тегерана выглядят удары возмездия, пусть пока и нарисованные нейросетью. Более того, возможность реального удара нельзя полностью исключать. Иран располагает ракетами, теоретически способными достичь территории Украины, в том числе «Саджил», «Гадр», «Шахаб», «Хорремшахр» и др.

Параллельно Иран уже прямо демонстрировал готовность угрожать инфраструктурным объектам с использованием подобной риторики: иранские военные заявляли, что в случае ударов по гражданской инфраструктуре Ирана страна нанесёт ответные удары по энергетической и технологической инфраструктуре противников в регионе.

Рассматривать этот ролик исключительно как образец «ИИ-угрозы как дипломатического инструмента» — значит намеренно снижать его значимость. За технической оболочкой генеративного видео скрывается нечто принципиально иное: структурированное разведывательное послание, облачённое в форму, позволяющую отрицать его официальный характер.

Три конкретных адреса в трёх украинских городах — это не декорация и не случайная деталь для убедительности картинки.

Это центральный элемент всего сообщения. Подобная точность не возникает из открытых источников за один вечер: она либо свидетельствует о реальной разведывательной работе, либо целенаправленно создаёт именно такое впечатление. В обоих случаях эффект идентичен: адресат получает сигнал, что его инфраструктура видна, известна и занесена в список.

Именно поэтому ИИ-формат не обесценивает послание — напротив, он его защищает. Видео не является официальным заявлением, не несёт государственной подписи, не создаёт юридических или дипломатических последствий для Тегерана. Но сигнал при этом доставлен, адреса названы, аудитория оповещена. Это классическая архитектура правдоподобного отрицания на службе вполне конкретной угрозы.

Вопрос, таким образом, стоит не так: останется ли это информационным шумом? Вопрос стоит иначе: кому именно адресован этот сигнал и какого ответного поведения от адресата ждут? Украина обозначена как цель. Это уже произошло — вне зависимости от того, полетят ли ракеты.

Таким образом, речь не о документации реального удара, а о целенаправленном сигнале. Видео выполняет функцию демонстрации осведомлённости: «Мы знаем, где это всё находится». Эта логика работает вне зависимости от того, последуют ли реальные действия.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.