«Лебенсборн» по-украински
о скандале с усыновлением детей
На Украине набирает обороты скандал, связанный с усыновлением детей за границей. Ранее тысячи несовершеннолетних из детских домов были вывезены в приёмные семьи на Запад, сейчас же украинские чиновники судорожно пытаются провернуть этот фарш в обратную сторону. На днях украинский омбудсмен Дмитрий Лубинец заявил о грубом нарушении международного права итальянским судом, санкционировавшим усыновление украинского ребёнка приёмной семьёй из Апульи. Его вывезли в 2022 году. Отец его служил в ВСУ и погиб, а вот мать жива и даже не лишена родительских прав.
Зеленский разрешил эвакуировать детей из зоны боёв без согласия родителей
Согласно официальным данным, в начале СВО из украинских госучреждений были эвакуированы 4811 детей в 19 стран Европы. Их разместили в приёмных семьях. А затем начали возвращать — но процесс шёл со скрипом. Более 1,5 тыс. детей остаются у приёмных родителей. Недавно в итальянской прессе с шумом освещалась история девочки Эвелины: её вывезли в марте 2022 года из детдома в Мукачево. Мукачево, к слову, — одна из крайних западных точек Украины; сложно понять, как несчастной Эвелине угрожало «российское вторжение» на границе с Венгрией. Когда её вернули обратно, приёмная мать Мария Кавалларо, разумеется, возмутилась: это же не щенка на передержку взять. Приводятся и слова самой Эвелины: «Я скучала по маме Марии и её дому. Там ко мне действительно относились как к родной». Итальянцы стали писать про абьюзивное отношение к детям на Украине, про неприемлемые условия в украинских детдомах.
По большому счёту, действительно: хороший приют ответственнее относится к пристройству животных, чем Украина — к судьбе собственных детей. Зачем несовершеннолетних массово вывозили в западные страны? Только ли для их безопасности — или чтобы поиметь хоть что-то даже с них? Почему вместе с теми, кто находился под государственной опекой, оказались дети с живыми родителями, имеющими на них полные права? И тут, конечно, нельзя не вспомнить про вывезенных в Турцию фондом Елены Зеленской днепропетровских сирот, которых принуждали к сексу и морили голодом.
Сейчас на Украине из прифронтовых посёлков детей эвакуируют насильно, не стесняясь этого. Официально закон о том, что эта обязанность возложена на силовые структуры, был принят только в феврале. До этого она лежала вроде бы на волонтёрской организации «Белые ангелы» — вот только от «ангелов» этих, как от настоящих ангелов смерти, скрыться было не проще. В Красноармейске (Покровске), освобождённом в конце ноября, местные жительницы рассказали мне, что весь прошлый год за несовершеннолетними охотились уже полицейские: приходили либо одни, либо в сопровождении бойцов ВСУ и изымали детей — родителям приходилось либо расставаться с ними, либо ехать в эвакуацию вместе.
Так забрали четырёхлетнюю племянницу Сонечку у 53-летней Светланы. Её младшая сестра Наталья была вынуждена покинуть родной город, а дальнейшая судьба родных Светлане неизвестна: в Красноармейске тогда уже не работала мобильная связь. Светлана, однако, подтверждает, что пришли за её племянницей именно полицейские. Об этом же говорит и Дарья — бабушка трёхлетнего Вани. Ему повезло больше: ребёнка прятали в частном секторе, вывезя его из многоквартирного дома, чтобы соседи не услышали детский голос и не донесли полиции (впоследствии Ваня с матерью благополучно выехали в Мелитополь). Дарья, воспитательница детского сада, тоже свидетельствует о том, что детей в Красноармейске отбирала украинская полиция в сопровождении солдат ВСУ.
Как тут не вспомнить проект «Лебенсборн»: более 50 тыс. советских детей были вывезены в Германию в годы Великой Отечественной войны. Их планировали выращивать «настоящими арийцами» с помощью приёмов тщательной психологической обработки.
Я вспоминаю об этом и когда слышу о вывозе детей из приграничья в глубину Украины, и когда слышу об отправке украинских сирот на Запад. И если первое — это «Лебенсборн» в чистом виде, то есть перемалывание человеческого вещества с целью воспитания «правильных украинцев», то история с вывозом на Запад просто демонстрирует абсолютное бесправие несовершеннолетних людей, к которым Украина относится как к расходному материалу. Повезёт — попадут в любящую приёмную семью, не повезёт — в рабство, очень не повезёт — в нелюбящую приёмную семью, совсем не повезёт — лишатся родителей...
Не повезёт, кажется, имеет шанс выпасть чаще. Не все относятся к приёмным детям с Украины так, как «мама Мария» к Эвелине, — если взять на веру слова итальянской прессы. Для кого-то бесправные украинские дети становятся бесплатной прислугой, а иногда и не только. Кому-то калечат психику, забирая у родных отца и матери, кому-то — забирая у приёмных. Нет шансов вырасти нетравмированным.
Но чувства украинских детей украинское государство не волнуют. Незаменимых нет, и даже маленький человек — это винтик в машине, обслуживающей молох войны. Просто их очень жалко.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.