Внеэкономические факторы

Воскресное заседание «большой восьмёрки ОПЕК+» состоялось на очень сложном и тревожном для всей организации фоне: напомним, что Венесуэла, события в которой стали главным новостным поводом в только-только начавшемся 2026 году, является, помимо всего прочего, не только территорией, где сосредоточены самые большие в мире запасы нефти, но и одной из стран — основательниц ОПЕК. И имеет к тому же определённые обязательства не только перед покупателями своих энергоносителей, но и перед этой организацией. Да тут никто не спорит: и нефть в Венесуэле, скажем так, достаточно «сложная», и страна давно не играет ведущей роли в ОПЕК и тем более в ОПЕК+, где решающие голоса сейчас однозначно принадлежат Королевству Саудовская Аравия и Российской Федерации, но тем не менее, тем не менее...

Также по теме

Трамп уже рассказал, как США будут распоряжаться нефтью из Венесуэлы

Американский лидер Дональд Трамп рассказал, как власти США намерены распоряжаться венесуэльской нефтью.

К тому же никто сейчас толком не понимает, не скопируют ли США так понравившуюся Трампу «венесуэльскую практику» на другие нефтедобывающие страны, благо повод эти светлые люди всегда смогут найти. И с этим, так сказать, внезапно вмешавшимся в деятельность уважаемой международной организации «внеэкономическим фактором» тоже надо что-то решать, несмотря на явную недостаточность информации с места событий. И именно этот фон, на котором проходила в принципе изначально достаточно рядовая онлайн-конференция крупнейших нефтедобывающих стран, вызывал не только у профильных СМИ к данному вроде как бы будничному мероприятию такой повышенный, почти что болезненный интерес.

Что тут можно сказать. ОПЕК+, как это и полагается серьёзной консервативной и уже — будем откровенны, — если хотите, системообразующей в рождающемся новом многополярном мире структуре, отнеслась к происходящему как минимум безэмоционально: заседание самого министерского мониторингового комитета ОПЕК+ вообще длилось не более часа, и события в Латинской Америке скорее всего на нём за недостатком информации вообще не рассматривались. А сразу после этого началась министерская онлайн-конференция ОПЕК+, после которой, как следует из соответствующего коммюнике, выпущенного по итогам встречи, восемь стран ОПЕК+ (Россия, Саудовская Аравия, ОАЭ, Казахстан, Ирак, Кувейт, Алжир и Оман) всё-таки, как и предполагалось, несмотря на внешние внеэкономические факторы, приняли решение сохранить планы заморозки максимально разрешённого уровня нефтедобычи в I квартале 2026 года на уровне декабря 2025 года.

По итогам встречи в воскресенье страны также подтвердили, что могут вернуться к постепенному отказу от добровольных ограничений нефтедобычи на 1,65 млн баррелей в сутки (б/с) в случае благоприятных рыночных условий. Отдельно рассматривался вопрос, касающийся непосредственно четырёх участников: Ирака, Казахстана, ОАЭ и Омана. Им, согласно принятым ранее договорённостям, необходимо с ноября 2025 по июль 2026 года компенсировать ранее превышенные объёмы нефтедобычи. Общий суммарный размер этой компенсации составляет 4,589 млн б/с. Согласно оценкам, из-за необходимости выполнить эти обязательства в январе «восьмёрке» ОПЕК+ будет разрешено добывать даже на 128 тыс. б/с нефти в день меньше, чем в декабре.

Также по теме

Политолог заявил о продолжении американской политики давления на Венесуэлу

США уже в 2002 году пытались поставить своего ставленника во главе Венесуэлы, заявил RT политолог Иван Мезюхо.

И, в общем, это было вполне ожидаемо и достаточно прагматично.

Хотя бы потому, что решение сделать паузу в наращивании добычи на январь — март 2026 года было принято ещё в ноябре прошлого года, оно было продуманным, взвешенным — более того, консенсусным. И теперь тоже нет смысла наводить суету: в конце концов, в координируемых ОПЕК+ мероприятиях по добровольному сокращению добычи Венесуэла и до атаки американцев на Каракас всё равно принципиально не участвовала (официально — из-за санкций, а по сути — из-за творящихся там внутренних процессов). По крайней мере, не менее жёсткие санкции, нежели те, которыми были обложены Россия и Иран, принимать им активное участие в работе ОПЕК+ и даже в тех же сокращениях производства отнюдь не мешали.

А России так и вовсе — вместе с Саудовской Аравией — это даже не помешало вынести довольно тяжкое бремя «добровольных дополнительных сокращений» и по итогу стать очевидным и признанным лидером среди стран — участниц Соглашения.

Да, это в известной степени связывало нам руки и ограничивало в том числе и доходы в бюджет, но в конечном итоге того, как выясняется, стоило. Венесуэла же решила сохранить самостоятельность, и кто теперь виноват? И на каком основании тогда странам — участницам Соглашения вмешиваться, по крайней мере на уровне и площадках именно ОПЕК+?

Также по теме

Трамп пообещал позаботиться о нефтяной инфраструктуре Венесуэлы

Президент США Дональд Трамп пообещал позаботиться о нефтяной инфраструктуре Венесуэлы.

Ну и, разумеется, пару слов о прагматике: Венесуэла действительно является страной с самыми большими доказанными запасами в мире, но её нефть, скажем так, является весьма специфичной. Как в своё время мрачно пошутил один из известных русских нефтяников, «спасибо, битума у нас и в своей стране хватает, причём без всякого местного колорита». И самое главное: даже если понукаемые Трампом американские нефтяники и вправду кинутся активно инвестировать в местную добычу и делать, как велено, — «бури, детка, бури», — на глобальных рынках это скажется в самом лучшем для них случае через несколько лет. Деньги-то инвестировать можно любые, и довольно быстро, но сложный производственный цикл при добыче тяжёлых сортов нефти ещё пока никто не отменял.

И на оперативном состоянии в текущем режиме это не скажется вообще примерно никак.

Спешка, как известно, нужна при ловле блох и при тушении пожара, но ни с тем, ни с другим ни у Москвы, ни у Эр-Рияда проблем никаких нет. И нет, это (в смысле — атака США на суверенную страну и захват её лидера, кем бы и каким бы он ни был), разумеется, не останется незамеченным нефтедобывающим сообществом. К примеру, можно довольно уверенно предсказать дальнейшее ускоренное развитие стратегических взаимоотношений России с той же Саудовской Аравией, которые будут всё больше распространяться и на вопросы безопасности: если у тебя есть много нефти, то «американский зонтик» как-то сразу готов превратиться в хомут на шею и бодрящий ледяной душ для национального благосостояния и для жизни и благополучия национальных лидеров. В Эр-Рияде это теперь просто не могут не понимать. И небывало, беспрецедентно резкая реакция Королевства СА даже ещё не на атаку на Каракас, а на атаку украинских беспилотников по валдайской резиденции российского президента — тому лучшее свидетельство. И вовсе не только потому, что нынешнему принцу так нравится Москва и симпатичен лично Владимир Путин.

Просто необходимых гарантий безопасности нынешний Вашингтон не в состоянии, да и не хочет, как выясняется, предоставлять вообще никому. А они нефтедобывающим странам необходимы просто по определению. И это действительно серьёзный фактор, уже в среднесрочной перспективе способный существенно изменить всю архитектуру, по крайней мере, нефтяных монархий Аравийского полуострова.

А значит, и всего Ближнего и Среднего Востока вообще.

Просто хотя бы потому, что в нынешнем, быстро меняющем мире безопасность — категория вполне экономическая, глупо даже и спорить. И в этом смысле попытка захвата суверенных активов России, попытка налёта на Валдай и демонстративный захват лидера нефтедобывающей страны — явления одного ряда. И, следовательно, безопасность — это отнюдь не то, что предлагают нефтедобывающим странам западный мир в целом и Соединённые Штаты в частности. Другое дело, что на любой, в том числе внеэкономический, запрос рано или поздно приходит такой же ответ. Поэтому за работой ОПЕК и ОПЕК+ в наступившем году и будет особенно любопытно наблюдать. И дело тут даже не в привычном уже распределении квот — просто все уже прекрасно понимают, что любой институт нового многополярного мира будет интересен, в том числе и чисто экономически, только в том случае, если сможет свои экономические интересы совершенно не экономически защитить.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.