«2017-й станет прорывным для России на международных рынках»: глава РЭЦ Пётр Фрадков — RT

Наступивший год станет прорывным для российского несырьевого экспорта на международных рынках. В этом уверен генеральный директор Российского экспортного центра (РЭЦ) Пётр Фрадков, который в эксклюзивном интервью RT рассказал, почему 2016 год стал последним по части снижения объёмов экспорта, как влияют санкции на развитие экспортных программ и какие из них будут в приоритете в 2017 году.

— Структурная реформа экономики России — прежде всего переход от сырьевой модели к инновационной — один из важнейших приоритетов в развитии государства в последнее время. Какова роль РЭЦ в этом процессе как организации, созданной для поддержки и развития российского несырьевого экспорта?

— Развитие несырьевого экспорта — это одна из важнейших задач в вопросе перехода к несырьевой модели экономики. Речь идёт о повышении качества нашей продукции, о полноценном импортозамещении и конкуренции российских товаров и услуг на внешних рынках. Лучшим мерилом качества продукции является возможность её продажи за рубежом, поэтому наши товары и услуги должны быть конкурентоспособными. Работа РЭЦ направлена на продвижение российской продукции за рубеж, другими словами, на создание чёткой системы поддержки экспорта в стране. Организации, подобные РЭЦ, действуют во всех развитых странах, причём почти все открытые экспортоориентированные экономики имеют очень жёсткие системы поддержки экспорта на государственном уровне.

— Как вы оцениваете развитие несырьевого экспорта в 2016 году и какие главные задачи вы ставите в новом году?

— Прошлый год был последним по части снижения стоимостных параметров неэнергетического экспорта, и на это есть объективная причина — изменилась конъюнктура рынка. С другой стороны, если проводить ежемесячный сравнительный анализ, то уже сентябрь и ноябрь 2016 года были месяцами роста относительно аналогичного периода 2015 года (+6,2% и +17% соответственно). При этом, что немаловажно, растёт экспорт в физических объёмах: мы стали реально больше поставлять. Правда, пока зарабатываем меньше, но опять-таки в силу конъюнктуры. Я думаю, что ближайшие несколько месяцев мы будем наблюдать рост экспорта в стоимостных объёмах, при этом мы уже сейчас понимаем, какие экспортные статьи будут лидерами: прежде всего это сельскохозяйственное производство, лесная промышленность, металлообработка. Глобально, по приоритетному проекту мы должны в 2017 году обеспечить семипроцентный рост несырьевого экспорта в стоимостных объёмах. Это очень амбициозная задача.

  • Фрадков: Мы будем фокусироваться на четырех направлениях экспорта

— Объективно это задача сейчас выполнима?

— Такие задачи — это всегда поиск баланса, что непросто, но сейчас есть все предпосылки для работы в этом направлении. Безусловно, существуют и сдерживающие факторы. Один из таких факторов — политизация международных экономических отношений. Об этом, кстати, говорил недавно и премьер-министр Дмитрий Медведев. Мы понимаем, что, выходя на новые рынки, можем сталкиваться с определёнными барьерами и даже с недопуском. К сожалению, многие инструменты координации международной деятельности сейчас не совсем эффективно работают. И наступает процесс, обратный глобализации, — так называемая регионализация.

— Какие регионы проявляют наибольший интерес к российскому несырьевому экспорту?

— По опыту 2016 года мы видим большой интерес к нашим товарам и услугам у стран СНГ. Впрочем, сейчас доля экспорта в эти страны снизилась в общей структуре экспорта по сравнению с 2013—2014 годами. Происходит процесс перераспределения экспортных товаров на другие регионы, что в итоге хорошо, поскольку надо работать не только в комфортной зоне, но и на сложных, далёких рынках. Для нас сейчас приоритетным направлением является Азиатско-Тихоокеанский регион. Например, Вьетнам и Индонезия объявили о модернизации промышленности и работают по пятилетним планам развития — всё это предполагает обновление производственных фондов и средств развития. Поэтому в этих государствах наша продукция может быть востребована в соотношении «цена/качество».

Значительно вырос интерес у стран Латинской Америки, например, к товарам железнодорожного машиностроения. Мы уже заключили несколько долгосрочных сделок в этом секторе. Что касается направлений, то самые развитые — это автомобильное машиностроение, сельхозмашиностроение и авиастроение. В этом году мы будем активно фокусироваться на данных отраслях и намерены увеличить экспорт в два-три раза, поскольку под это мы привлекли финансовые ресурсы и приняли регуляторные решения. Впрочем, развитие этих четырёх направлений не отменяет работы и по другим отраслям. Надеюсь, что 2017 год будет годом рывка на международных рынках.

  • Фрадков: У нас остается большой интерес к странам СНГ

— Как вы считаете, повлияют ли новые санкции в отношении России на экспортные программы РЭЦ?

— Уверен, что новый санкционный пакет не повлияет на меры, направленные на развитие несырьевого экспорта. Говоря о санкциях, мы, безусловно, обращаем внимание на некоторые нюансы, например, связанные с расчётами. Когда мы проводим расчёты по контрактам в валюте (в долларах США) с нашими контрагентами, мы понимаем, что к этому может быть приковано внимание. Но особых проблем мы пока не испытывали. Мы занимаемся бизнес-ориентированной деятельностью, и вопросы политической конъюнктуры её серьёзно не касаются.

— В прогнозе МЭР социально-экономического развития России на 2017—2019 годы предполагается интенсивное развитие российского экспорта за счёт программ РЭЦ. Насколько эти намерения реализуемы сейчас и какой объём бюджетных средств для этого необходим?

— На 2017 год под все наши программы будет выделено до 25 млрд рублей — я подчёркиваю, речь идёт о разных программах. Но для нас приоритет — и я это особенно отмечаю — эффективность использования этих средств. Проще говоря, для нас важно, чтобы каждый рубль, затраченный на экспортоориентированные программы, приносил экономический эффект.

Последние новости России и мира читайте в нашем Twitter
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Экономика
Загрузка...
Наука