«Не перекрутить спираль напряжённости»
Министр по делам Европы в МИД Германии Михаэль Рот призвал европейские страны строить отношения с Москвой, основываясь на открытом диалоге, сплочённости и единстве, избегая «антироссийских рефлексов». Статья Рота в немецкой газете Die Welt появилась на фоне ряда противоречивых заявлений в адрес России, сделанных представителями немецкого руководства в последние несколько дней.
Так, президент Германии Франк-Вальтер Штайнмайер высказался против демонизации Москвы.
«Мы не должны Россию в целом, страну и её народ объявлять врагами... Противодействовать этому опасному отчуждению — вот вызов и задача ответственных политиков», — заявил президент ФРГ изданию Bild am Sonntag 15 апреля 2018 года.
Днём ранее лидер фракции баварского «Христианского социального союза» в бундестаге Александер Добриндт заявил, что Германия несёт особую ответственность за налаживание отношений с Россией.
Ведущий партнёр «Христианско-демократического союза» Ангелы Меркель в интервью Funke Media Group выразил сомнение в эффективности антироссийских санкций и заявил, что важно «не перекрутить спираль напряжённости».
Лидер Социал-демократической партии Германии Андреа Налес также выступила за сотрудничество с нашей страной.
«Убийства и смерти в Сирии можно остановить только дипломатическим путём, при участии России», — заявила она, комментируя ракетные удары США, Франции и Великобритании по сирийской территории.
С таких же позиций выступил лидер ещё одной парламентской партии — праволиберальных «Свободных демократов» — Кристиан Лиднер. Он подчеркнул, что Сирия стала «пороховой бочкой», способной вызвать конфликт международного масштаба.
Представители левой партии Die Linke и правой «Альтернативы для Германии» осудили авиаудары по Сирии, назвав их нарушением международного права.
«Нам остаётся лишь надеяться, что Москва будет реагировать более разумно, чем Вашингтон, Лондон и Париж», — отметила сопредседатель фракции Левой партии в бундестаге Сара Вагенкнехт.
«Равновекторная политика»
В свою очередь, министр иностранных дел Германии Хайко Маас, как и Штайнмайер, представляющий СДПГ, поддержал авиаудары по Сирии. Однако и он считает, что сирийский вопрос нельзя решить без России.
«Мы ожидаем конструктивного вклада со стороны России. В том числе и в решение сирийского конфликта», — заявил Маас в интервью немецкой телерадиокомпании ARD.
Правда, позже в эфире телерадиокомпании ZDF он обвинил Москву в кибератаке против немецкого правительства в декабре 2017 года и призвал РФ «изменить своё поведение».
«Хайко Маас и Штайнмайер — это политики двух разных направлений, — заявил в интервью RT ведущий научный сотрудник Центра германских исследований Института Европы РАН Александр Камкин. — Если Штайнмайер — это политик, ориентированный на здравый смысл, понимающий важность отношений с Россией как с приоритетным экономическим партнёром, то Маас, как отмечают эксперты, принадлежит к другому лагерю, для которого важна не столько экономика, сколько идеология и верность либеральным ценностям».
Однако прозападный политический курс и необходимость дружбы с Востоком как источником углеводородов, перспективным рынком для немецких товаров и объектом вложения инвестиций уравновешивают друг друга — это сказывается на всей немецкой внешней политике, полагают эксперты.
«Хайко Мааса нельзя назвать сторонником дружбы с Россией, но и он должен считаться с огромной заинтересованностью немецкого крупного бизнеса, который жаждет улучшения отношений с Москвой и прекращения санкционной политики, поскольку от этой политики бизнес несёт большие убытки», — отметил в разговоре с RT директор Фонда прогрессивной политики Олег Бондаренко.
По словам Камкина, ключевая особенность немецкой внешней политики — это равновекторность.
«С одной стороны, Германия очень плотно интегрирована в НАТО и ЕС, но с другой — экономические интересы тянут её на восток» — отметил Камкин.
Уклонились от участия
Одним из примеров такого подхода, по мнению экспертов, может служить позиция Берлина в отношении ударов американской коалиции по Сирии 14 апреля 2018 года. Германия, хотя на словах и поддержала атаку США, Великобритании и Франции, от участия в военной операции воздержалась.
«Это эффект пробирки Пауэлла, — считает Камкин. — Все здравомыслящие люди понимают надуманность обвинений, выдвигаемых американцами. Участвовать в такой провокации Германия не хочет, тем более что последствия этих импульсивных шагов непредсказуемы».
Однако, как подчёркивает политолог, Германии и «чисто физически» трудно было бы принять участие в авиаударах по Сирии.
«Особой мощи у Германии нет, базы расположены далеко, своего авианосного флота нет. К такому типу боевых действий, который применялся в Сирии, Германия значительно меньше готова, в отличие от тех же Франции и Великобритании», — отмечает Камкин.
Ещё одной причиной того, что Берлин не оказался в первых рядах застрельщиков войны на Ближнем Востоке, по мнению политолога, стал обозначенный в конституции курс страны на мирное разрешение международных конфликтов.
Единственной военной акцией НАТО без мандата ООН, в которой принимал участие бундесвер, стали бомбардировки Югославии в 1999 году. Однако, как отмечают эксперты, Балканы для Берлина — традиционная зона особых интересов, в отличие от Ближнего Востока.
В этом регионе ФРГ старается не использовать свои вооружённые силы. В 2003 году бывший в то время канцлером Герхард Шрёдер отказался поддержать интервенцию в Ирак.
По мнению Бондаренко, учитывая этот исторический опыт, США даже не пытались привлечь Германию к коалиции для удара по Сирии. 16 апреля 2018 года официальный представитель правительства ФРГ Штеффен Зайберт заявил, что приглашения принять участие в операции от США не поступало.
«Трамп, видимо, рассудил, что двух-трёх союзников будет вполне достаточно», — подчеркнул эксперт.
Глас народа
Однако позиция немецкого правительства, поддержавшего нападения США на Сирию и выступающего за давление на РФ, не совпадает с мнением большинства немцев.
Согласно опросу общественного мнения, проведённому исследовательским институтом Forsa на прошлой неделе, половина жителей Германии считают Соединённые Штаты виновными в ухудшении отношений России и Запада. Кроме того, 55% немцев поддержали постепенную отмену экономических санкций против РФ и только 16% выступили за их усиление.
По данным опроса социологической службы Emnid, состоявшегося после прошлогодней атаки США на сирийскую авиабазу Шайрат, 59% немцев сочли такие действия США неправильными. Спустя год настроения общества почти не изменились. По данным опроса исследовательского центра Forschungsgruppe Wahlen, опубликованного 13 апреля 2018 года, 58% немцев были против интенсификации военных действий США в Сирии.
«Чем дольше Берлин будет придерживаться проамериканского курса конфронтации с Москвой, тем больше немцев будут этим недовольны», — считает Бондаренко.
По его словам, это выразится в укреплении партий, выступающих за сотрудничество с нашей страной, в первую очередь «Альтернативы для Германии», к которой уходит электорат германского канцлера — немецкие консерваторы.
«Если брать политический ландшафт Германии, то позиция Меркель является наиболее воинственной из всех политических сил, — отмечает Камкин. — Социал-демократы нацелены на более мирное решение задач, а наиболее проассадовская и пророссийская позиция сформирована у партии «Альтернатива для Германии».
Так, 16 апреля 2018 года представитель руководства фракции в бундестаге Ханс Йорг Мюллер заявил, что химическая атака в городе Дума, ставшая предлогом нападения западной коалиции на Сирию, вероятнее всего, была «операцией под ложным флагом» западных держав.
Война в Сирии привела к волне беженцев, значительная часть которых (более 1 млн человек) вместе с мигрантами из других стран Ближнего Востока в 2015 году осела в Германии. Как отмечают эксперты, эта проблема и методы её решения значительно сказались на поддержке Ангелы Меркель, партия которой на выборах в сентябре 2017 года получила наименьшее число голосов за всю историю ФРГ.
«Это свидетельствует о слабой поддержке самой Меркель, поэтому участвовать в сомнительных военных авантюрах — значит дальше понижать рейтинг электорального доверия, — считает Камкин. — Сейчас ближайшая задача правящей коалиции — продержаться ближайшие два года, на которые рассчитан новый коалиционный договор. Поэтому во внутренней и внешней политике главное — не делать резких движений».
Как полагает эксперт, от Германии не стоит ждать в краткосрочной перспективе антироссийских шагов, но активное сближение с Москвой инициировать Берлин также не будет.