«Как на войне»: Париж спустя год после атаки террористов

В это воскресенье Франция вспоминает жертв серии терактов в Париже и его пригороде Сен-Дени. Год назад Пятая Республика столкнулась с беспрецедентной по масштабу атакой экстремистов: 130 человек погибли и более 350 пострадали. С того дня страна стала жить в новой реальности: люди, с которыми поговорил парижский корреспондент RT, признаются, что до сих пор не могут оправиться от шока и не чувствуют себя в безопасности. Привычными сделались лишь уличные рейды полицейских и осмотры личных вещей граждан. Как трагедия изменила жизнь французов — в материале RT.

13 ноября 2015 года около 21:00 по местному времени в Париже и его пригороде Сен-Дени была совершена скоординированная серия терактов. Террористы-смертники привели в действие взрывные устройства около футбольной арены «Стад де Франс» — попасть на стадион они не смогли. В тот момент там проходил товарищеский матч между сборными Франции и Германии (за игрой с трибуны наблюдал французский президент Франсуа Олланд). Затем с небольшими временными промежутками преступники открыли огонь по людям на бульварах Шарон и Вольтер, а также на улицах Фонтен-о-Руа и Алибер. В концертном зале «Батаклан», где в тот вечер давала концерт американская рок-группа Eagles of Death Metal, террористы взяли в заложники зрителей, а после прибытия полицейского спецназа начали массовый расстрел людей.

В результате серии атак в общей сложности погибли 130 человек (из них 90 — в концертном зале) и более 350 получили ранения. В числе жертв оказались граждане 21 государства, в том числе россиянка Наталья Муравьёва-Лорен.

Спустя год после трагических событий в Париже около двух десятков пострадавших остаются в больницах с травмами, полученными в результате террористических атак. Ещё около 600 человек находятся под наблюдением психологов. Это официальные цифры, озвученные государственным секретарём Франции Жюльетт Меадель, которая отвечает за помощь жертвам террористических атак. Правительство уже рассмотрело 2,8 тыс. заявок на финансовую компенсацию, поданных пострадавшими. В 10% случаев помощь была оказана в полном объёме, в 90% — частично.

«Мы на войне»

Париж продолжает жить в условиях повышенной террористической угрозы, которая ощущается всюду. На вокзалах по-прежнему дежурят военные патрули. Попасть на платформу можно только после тщательной проверки ручной клади и багажа.

В метро также несут службу усиленные наряды полиции и военных. Эйфелева башня, Лувр, Нотр-Дам де Пари, Елисейские поля — все эти традиционные туристические места уже невозможно представить без вооружённых людей. На Елисейских полях постоянные проверки граждан стражами порядка часто проходят под аккомпанемент сирен полицейских машин. Парижане и туристы показывают содержимое сумок охранникам любого магазина.

«Я очень люблю Париж, — рассказывает девушка Маргарита, попросившая не упоминать её фамилию (Маргарита приехала в столицу Франции по делам из соседней Бельгии). — Но раньше каждая поездка в этот город для меня была праздником. Сейчас я в шоке от того, что вижу. Такое количество секьюрити везде, столько проверок, что невольно начинаешь поддаваться панике и думать об опасности, подстерегающей на каждом шагу». 

  • Reuters

Слова Маргариты подтверждает статистика: до сих пор большинство парижан признаются, что не могут спокойно отдыхать в ресторанах или на открытых террасах баров. Действия и заявления властей не помогают.

«О каком спокойствии и чувстве безопасности может идти речь, если президент говорит: «Мы на войне»! — восклицает в беседе с RT Виктория, коренная парижанка. — Дети учебный год начинают с симуляции террористического нападения. У моих детей в школе вся первая неделя была посвящена тренировкам на случай захвата. Какой нормальный человек будет чувствовать себя в безопасности?» 

Ухудшилось качество жизни как коренных жителей, так и представителей мусульманской общины, насчитывающей в стране около 5 млн человек. Французы, исповедующие ислам, жалуются, что везде чувствуют по отношению к себе ненависть. Социологи говорят о самом плохом состоянии французского общества со времён Второй мировой войны. «Мы вроде и не в условиях реальной войны живём, но уж точно не в мире, — замечает социолог Жером Трюк, автор книги, посвящённой ноябрьским атакам в Париже. — Нам, безусловно, потребуется не только время, но и очень умная политика государства для выхода из этой ситуации…»

За год полиция провела более 4 тыс. рейдов с целью обнаружения экстремистов. Ежедневно поступают новости об арестах и ужесточении законов. Так, максимальный срок тюремного заключения за терроризм увеличен с 10 до 30 лет. Осуждённых по этой статье теперь обязательно содержат в тюрьмах отдельно, чтобы они не оказывали влияния на других заключённых. Количество дел по статье «терроризм», находящихся в судопроизводстве, за этот год утроилось. 

Когда ждёшь очередей

Туристов в столице стало намного меньше, это видно невооружённым взглядом. Наблюдения подтверждаются официальной статистикой. Как выяснил RT, за последний год Париж недосчитался примерно 2 млн гостей. Убытки подсчитывают как частные предприниматели (владельцы гостиниц и ресторанов), так и знаменитые на весь мир музеи. Тот же Лувр принял с ноября прошлого года на 20% меньше посетителей, чем до атак.

Президент региональной комиссии по туризму Фредерик Валлету подтвердил, что убытки парижского туристического сектора приблизились к €1,5 млрд за последний год. При этом, по словам Валлету, сомнений быть не может: это напрямую связано с террористическими атаками. Чемпионат Европы по футболу, который этим летом прошёл во Франции, подарил было надежду бизнесу: после резкого спада туристической активности наметился небольшой прирост. Но потом трагедия в Ницце снова отпугнула потенциальных гостей Франции. С тех пор цифры идут только вниз — иностранцы боятся ехать в Пятую Республику.

Впервые за долгое время очередей нет ни в музеи, ни в знаменитую кондитерскую Ladurée, где продают всемирно известное лакомство — макаруны. В лучшие времена, чтобы попить чаю с десертом в самом известном французском кафе, нужно было отстоять часовую очередь. Теперь даже не все столики заняты.

«Вижу в новостях, что у меня под окнами убивают людей…»

«Иногда бары и рестораны тут заполнены, как в старые добрые времена, — рассказывает RT Элен, работающая в бутике прямо напротив «Маленькой Камбоджи» — ресторана, с атаки на который началась страшная ночь 13 ноября 2015-го. — А иногда тут совсем пусто. Лично для меня, наверное, не проходит и дня, чтоб я не вспоминала то, что случилось год назад. Прихожу на работу, вижу это кафе, и всё опять перед глазами. Очень страшно».

«Ужаса добавляет то, что до последнего всё было как дурной сон, как выдумка», — делится с RT Йенс. Он уже много лет снимает квартиру с окнами на «Батаклан». В тот вечер он вернулся домой пораньше и собирался встретиться с друзьями, но задержался, а после того как включил телевизор, никуда уже не пошёл. «Дело в том, что «Батаклан» — звуконепроницаемое здание, — продолжает Йенс. — Это было сделано как раз по требованию местных жителей, которые боялись, что концерты будут мешать им отдыхать. Я не могу это описать. То есть я сижу дома, перед телевизором, как обычно. Никаких лишних звуков, ничего. И при этом я знаю, я вижу в новостях, что у меня под окнами убивают людей… Я не думаю, что когда-либо смогу снова спать спокойно». 

Среди погибших была 35-летняя Пресцилла, знакомая друзей Йенса. История Пресциллы теперь известна многим французам: её мама Патрисия сейчас активно общается с прессой. «Когда дело не касается тебя лично, есть тенденция забыть трагедию, — говорит Патрисия. — Но этого нельзя допустить. Они убили наших детей. Если мы забудем, если вернёмся к обычной жизни, они продолжат это делать».

Патрисия отказалась хоронить дочь во Франции — там, где её убили — и отвезла тело в Лиссабон, откуда родом отец девушки. Погибшая очень любила музыку, и на её могиле стоит фигурка — маленькая Эйфелева башня, «играющая на гитаре». Теперь, чтобы навестить дочь, Патрисия часто летает в Португалию.

«Мой «Батаклан»

49-летнему графическому дизайнеру Фреду Девилду пережить теракты помогла работа: к годовщине атак на Париж он создал чёрно-белый комикс (как ни парадоксально, но именно так называют его произведение) о нападении на «Батаклан». Фред был среди заложников. Он говорит, что попытался выплеснуть на 48 страниц своих чертежей и комментариев то, что лежало тяжёлым грузом в душе с 13 ноября. 

  • Reuters

В тот вечер Фред провёл два бесконечных часа на полу главного танцпола «Батаклана», придавленный телами убитых. Всё это время он изображал мёртвого, не выпуская руку незнакомой девушки, лежавшей рядом. Минуты и секунды казались вечностью. Он понимал, что любой звук, любое движение приведут к неминуемой смерти. Девушка, чью руку он держал, — Элиза — была ранена. «Я переживал за неё как за родную ночь, — вспоминает Фред. — Это были два часа, украденные террористами из моей жизни. Я не контролировал там ничего, и это очень страшно».

Через три месяца после атаки Фред сел за чертёжную доску. Ещё три месяца ушло на создание комикса «Мой «Батаклан». По иронии судьбы работа была завершена 13 мая — спустя ровно полгода со дня трагедии.

Девилд не только описал свою самую страшную ночь, но и рассказал, как изменилась его жизнь после «Батаклана». То, как самые обычные дела вдруг сделались сложными. Как он больше не может сконцентрироваться на работе, как долгое время не хотел ни есть, ни спать. Как до сих пор тяжело переносит любой шум — даже плач родной дочки пугает его. В любом громком звуке дизайнеру слышатся стрельба, стенания раненых людей, а сигнализация пожарной или полицейской машины доводит его до истерики.

«Я считаю, что помнить надо, — признается Девилд. — И дата нужна. Очень хорошо, что будет большое количество разных мероприятий, призванных вспомнить тот день, почтить память погибших. Это как с войной: какие-то вещи просто нельзя забывать, мы не имеем на это права».

Весь день 13 ноября 2016-го Фред собирается провести в компании других выживших в «Батаклане». 

Свечка в каждом окне

Памятных мероприятий, организованных городом, частными лицами и благотворительными организациями в это воскресенье в Париже будет много. С самого утра начнутся церемонии возложения цветов и венков, ожидается открытие мемориальных табличек с именами погибших во всех районах в городе, где произошли атаки. В мэрии Парижа RT подчеркнули, что церемонии будут «короткими и без излишеств». Президент Франции Франсуа Олланд и мэр столицы Анн Идальго планируют посетить все места, где были совершены атаки. Помимо прочего, там они встретятся с семьями жертв терактов.

Затем родственники и близкие друзья погибших отправятся на небольшой приём в 11-м округе Парижа, организованный фондом Life for Paris. Эта встреча — по желанию её участников — будет проводиться без прессы и политиков. Планируется, что там семьи, пережившие общее горе, смогут пообщаться друг с другом, после чего выпустят в небо 130 воздушных шариков — по числу погибших год назад. Затем у здания администрации района состоится памятный концерт.

С 14 по 16 ноября в Париже пройдёт выставка вещей, найденных на месте терактов. Будут показаны как личные вещи погибших, так и другие свидетельства, собранные спасателями, а также предоставленные семьями жертв, — в общей сложности около 7 тыс. предметов.

В социальных сетях под хэштегом #1fenetre1bougie (в переводе с французского «1 окно 1 свеча». — RT) парижане договорились завершить день 13 ноября, выставив у своих окон зажжённые свечи. По задумке огоньки в каждом жилом окне Парижа должны напомнить всему миру не только о страшной трагедии, случившейся год назад, но и о том, что, только оставаясь едиными, французы смогут её пережить.

За день до годовщины трагедии специальным концертом Стинга вновь открылся концертный зал «Батаклан». За организацию выступления взялись два основных благотворительных фонда, помогающих семьям жертв терактов, — Life for Paris и November 13, Brotherhood and Truth. Все вопросы были улажены стремительно: 5 ноября стало известно, то Стинг согласился выступить в Париже, а 8-го билеты поступили в продажу.

  • Стинг на сцене "Батаклана" в честь открытия концертного зала спустя год после теракта 13 ноября 2015. Париж, 12 ноября 2016.
  • Reuters

Сам певец через свой официальный сайт так прокомментировал это событие: «У нас две важные задачи. Первая: вспомнить и почтить память тех, кто погиб во время атак год назад. И вторая: радоваться жизни и музыке, которые характеризуют эту историческую сцену».

Что касается группы Eagles of Death Metal, которая находилась на сцене «Батаклана» в тот трагический вечер, то недавно музыканты объявили о скором выходе в свет документального фильма, посвящённого событиям 13 ноября 2015 года. Картина, над которой рокеры работают совместно с режиссёром Колином Хэнксом (сыном Тома Хэнкса), выйдет на экраны в феврале 2017-го. Фильм получил название Eagles of Death Metal: Nos Amis (наши друзья). Он расскажет об отношениях внутри коллектива, о скорбной дате и о возвращении группы в Париж в начале 2016 года, когда музыканты дали совместный концерт с U2 во французской столице.

«Люди имеют право знать правду!»

За прошедший год следствие по делу о террористических атаках в Париже не завершилось. Менее чем за неделю до годовщины в СМИ появилась информация о новом фигуранте. Спецслужбам удалось идентифицировать некоего Абу Ахмада, предположительно, стоящего за организацией терактов в Париже и Брюсселе. За этим именем скрывался бельгиец марокканского происхождения, находящийся сейчас в Сирии, — Усама Ахмад Атар, кузен братьев Ибрахима и Халида эль Бакрауи. Братья подорвали себя в международном аэропорту Брюсселя 22 марта 2016 года. Возможно, Атар не только дистанционно организовывал преступление, но и собрал группу для его совершения. Усама Ахмад Атар уже давно попал в поле зрения как европейских, так и американских спецслужб. Но, несмотря на это, он так пока и не предстал перед судом.

Долгое время считавшийся единственным выжившим из террористов Салах Абдеслам сейчас содержится в тюрьме Флёри-Мерожи недалеко от Парижа. По версии следствия, именно он является организатором и идейным вдохновителем французских терактов. Четыре месяца Абдеслам находился в бегах. 18 марта этого года его задержали в Бельгии, после чего передали Франции (бельгийский суд удовлетворил требование французской стороны об экстрадиции). 27 апреля ему было предъявлено обвинение в совершении терактов. Находясь за решёткой, Абдеслам хранит молчание. В середине октября адвокаты Франк Бертон и Свен Мари перестали представлять его интересы.

Ранее французский юрист Бертон, чья специализация — защита обвиняемых в терроризме, приводил такие доводы в пользу своего подопечного: «За ним следят видеокамеры 24 часа в сутки: днём — обычные, ночью — инфракрасные. Это любого сведёт с ума. Отказ Абдеслама говорить — протест против этого». Арестант пытался обжаловать условия содержания в тюрьме, но Государственный совет Франции счёл, что «исключительный характер террористических актов, в организации которых он подозревается, подразумевает все меры предосторожности».

Бельгийский коллега Бертона Свен Мари, в свою очередь, обращает внимание на то, что «настоящие жертвы обстоятельств — это погибшие и семьи погибших в атаках. Они имеют право знать правду»! По мнению же защиты семей убитых террористами, «видеонаблюдение — это просто предлог. Салах Абдеслам банально не хочет сотрудничать». Впрочем, полемика юристов ни к чему не привела: добиться от Абдеслама показаний они пока так и не смогли.

Всеволод Соловьёв, Париж

Самые свежие новости России и мира на нашей странице в Facebook
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Мир
Загрузка...
Экономика
Документальный канал