21 августа 1911 года итальянский рабочий совершил дерзкое похищение «Моны Лизы» Леонардо да Винчи из Лувра. Вернуть шедевр в музей удалось два года спустя. Шумиха в прессе сделала «Мону Лизу» одной из самых знаменитых картин в мире.
Загадки «Моны Лизы»
История создания «Моны Лизы» («Джоконда») окутана тайнами и вызывает многочисленные дискуссии. Столетиями споры шли о том, кто изображён на картине. Биограф итальянских художников Джорджо Вазари ещё в XVI веке утверждал, что Леонародо да Винчи рисовал жену флорентийского торговца тканями по имени Франческо дель Джокондо — Лизу. Позже появилось более десяти различных версий о женщине, изображённой на картине. Среди потенциальных кандидаток были: любовница Джулиано Медичи герцогиня Констанца д'Авалос, Изабелла Арагонская и прочие светские львицы, а также переодетый ученик Леонардо да Винчи Салаи, сам художник и его мать.
Тайну раскрыли только в 2005 году, когда обнаружились личные записи одного из знакомых Леонардо. Из них стало понятно, что художник рисовал именно Лизу дель Джокондо. Но многие другие тайны так и остались неразгаданными. Например, откуда взялась картина, известная как «Айзелуортская Мона Лиза», на которой изображена та же героиня, но в более юном возрасте. Или почему Вазари писал, что Леонардо не дорисовал «Мону Лизу», хотя картина выглядит завершённой. Неизвестны точные сроки работы над произведением. Непонятно и то, каким хотел художник показать настроение Лизы.
«Леонардо был человеком одарённым, интересующимся — не только живописью, но и анатомией. Он явно знал о секретах восприятия окружающего мира человеческим глазом. Поэтому в зависимости от освещения и ракурса, с которого смотрят на «Мону Лизу», портрет как будто оживает, причём выглядит по-разному. Если мы посмотрим на верхнюю часть картины, нам покажется, что Лиза улыбается, но если сфокусируем взгляд на губах — улыбка исчезает», — поделилась в беседе с RT искусствовед и психолог Мария Ревякина.
Отдельная загадка — как относился сам Леонардо к натурщице и что пытался показать её улыбкой. Существует версия о влюблённости художника в Лизу и намеренном затягивании работы, чтобы быть с ней рядом. Но это лишь версия.
«Улыбку Лизы называют то доброй и приятной, то ироничной или даже сардонической и опасной. Но в одном сходятся все: она загадочная. Ценители искусства ломают голову над этой загадкой, но пока безуспешно», — отметил в разговоре с RT доктор исторических наук, заведующий кафедрой истории МГТУ им. Баумана, профессор кафедры истории России МПГУ Виталий Захаров.
Загадочна и судьба картины. Да Винчи, судя по свидетельствам современников, ценил это произведение и возил его с собой. Когда великий художник умер во Франции, картина оказалась у его ученика Салаи. Он, в свою очередь, передал портрет сёстрам, жившим в Милане.
В дальнейшем картину, предположительно, выкупил французский король Франциск I, большой поклонник таланта Леонардо. Портрет хранился в замке Фонтенбло вплоть до эпохи правления Людовика XIV, который перевёз его в Версаль.
В Лувре «Мона Лиза» оказалась после Великой Французской революции. На несколько лет Наполеон забрал её в свою спальню, а затем вернул в музей.
Похищение «Моны Лизы»
21 августа 1911 года «Мона Лиза» неожиданно пропала из Лувра. Её исчезновение обнаружили только на следующий день, когда в музей пришёл художник Луи Беру. Он работал над копией «Джоконды». Заметив пропажу, Беру хотел поднять тревогу. Но его успокоил смотритель, предположивший, что картину вынесли на крышу, чтобы сфотографировать.
Когда стало ясно, что «Моны Лизы» нет нигде, администрация музея вызвала полицию. Лувр закрыли на несколько дней под предлогом ремонта водопровода, но слухи о краже всё равно просочились в СМИ.
К расследованию привлекли лучших французских сыщиков, включая знаменитого Альфонса Бертильона. Он в своё время разработал оригинальный метод идентификации преступников по антропометрическим данным, которые считал уникальными. Кроме того, в числе первых Бертильон стал практиковать фотографирование представителей криминалитета. Но все эти прогрессивные наработки не помогли в поисках «Моны Лизы».
Хотя шанс ускорить поиски у Бертильона был. Преступник, извлекая картину из рамы, оставил на ней отпечаток пальца. Но знаменитый сыщик скептически относился к дактилоскопии и не повёл расследование в этом направлении.
«Благодаря шумихе в прессе к картине пришла фантастическая популярность. «Мону Лизу» разрекламировали журналисты», — рассказал Виталий Захаров.
По словам историков, ранее картина была известна преимущественно в кругу тонких ценителей искусства. Любители живописи отмечали её достоинства, но она считалась всего лишь одной в ряду лучших произведений Леонардо. Похищение превратило картину едва ли не в самый известный шедевр живописи в истории человечества.
«В те времена ещё не было таких технологий для распространения информации, как сегодня. Большинство людей не могли посетить Лувр и увидеть «Мону Лизу». После похищения картины её фотографии стали размещать в газетах, выходивших огромными тиражами. Возможность рассмотреть портрет появилась у каждого, кто их читал», — пояснила Мария Ревякина.
Картину обнаружили в 1913 году. Похитителем оказался итальянец Пьетро Винченцо Антонио Перуджа, уроженец альпийской деревни Треццино. В юности он работал маляром и лакировщиком во французском Лионе, но из-за постоянного контакта с вредными веществами здоровье Винченцо ухудшилось, и он сменил род деятельности.
Переехав в 1908 году в Париж, Перуджа устроился в Лувр, где занимался уходом за экспонатами, в том числе менял рамы на картинах. Согласно ряду свидетельств, он участвовал в установке защитной витрины на «Моне Лизе».
«Винченцо хорошо знал, как устроена музейная жизнь: распорядок дня, режим работы охраны. Украсть картину ему было легче, чем кому-либо другому», — подчеркнула Ревякина.
Как Перуджа позже расскажет на допросе, он зашёл в Лувр утром 21 августа через вход для работников музея. Одет был в белый халат — такой же, как у остальных сотрудников. Дождавшись, пока нужный ему зал опустеет, Винченцо снял картину со стены и вынес на служебную лестницу, где избавился от защитного чехла. Затем вор завернул портрет в халат, взял «Джоконду» под мышку и спокойно вышел на улицу. Охранники хорошо знали Винченцо и не обратили на него никакого внимания. Дома он спрятал «Мону Лизу» в сундук.
В краже сначала заподозрили директора Лувра Теофиля Омоля, но его во время преступления не было в городе. Потом полиция получила информацию, что в похищении экспонатов Лувра замешан друг художника Пабло Пикассо — поэт Гийом Аполлинер. Но оказалось, что литератор просто купил краденую статуэтку, которую Пикассо изобразил на одном из свих полотен — «Авиньонские девицы». Ущерб музею был возмещён, и от творческих друзей отстали.
Музей обещал заплатить выкуп похитителю и гарантировал ему полную анонимность. Но на объявления никто не откликался.
В конце концов Перуджа вышел на флорентийского антиквара Альфредо Джери и предложил тому купить произведение Леонардо. Джери сделал вид, что согласился, установил подлинность произведения и сдал Винченцо правоохранителям.
На допросах Перуджа заявил, что считал портрет похищенным Наполеоном, поэтому и решил вернуть его в Италию из патриотических соображений. Многие ему поверили, и Винченцо отделался минимальным наказанием. В тюрьме он провёл около семи месяцев.
Однако эксперты сомневаются в искренности Перуджи. Во-первых, он пытался продать портрет за крупную сумму и хвастался родным, что скоро разбогатеет, а это не очень-то вяжется с патриотическими мотивами.
Во-вторых, незадолго до кражи аргентинский коллекционер Эдуардо де Вальфьерно заказал несколько копий «Моны Лизы», которые после похищения продавал под видом оригинала. Нельзя исключить, что действия Винченцо были частью хитроумной аферы.
После похищения из Лувра в 1911 году «Джоконда» ещё некоторое время экспонировалась в Италии и только в 1914 году вернулась в Лувр.
«В этом деле не всё сходится», — считает Виталий Захаров.
Эксперт также отметил, что при изучении преступления Перуджи невольно напрашиваются параллели с ограблением Лувра в 2025 году.
«Современные грабители действовали так же дерзко, как в своё время Перуджа. Судя по тому, что им всё удалось, администрация Лувра более чем за 100 лет так и не сделала выводов из случившегося», — подытожил Захаров.