8 мая 1801 года Александр I распорядился убрать мальтийский крест с герба Российской империи. Это событие символизировало постепенное отстранение ордена Святого Иоанна от участия в общественно-политической жизни страны.
Святая земля, Кипр, Родос, Мальта
История Мальтийского ордена уходит своими корнями в эпоху Крестовых походов. После завоевания Иерусалима на базе христианского госпиталя, в котором лечились пилигримы, возник религиозно-военный орден госпитальеров, или иоаннитов. Полное его название было «орден братьев иерусалимского госпиталя Святого Иоанна Крестителя», или просто «орден Святого Иоанна». Его главной целью была защита пилигримов, направлявшихся в Святую землю. Но со временем он стал решать более широкий круг гуманитарных и благотворительных задач.
Орден подчинялся напрямую Папе Римскому. В период расцвета ему принадлежали семь больших крепостей и около 140 населённых пунктов на Ближнем Востоке.
Когда мусульмане начали теснить крестоносцев, госпитальеры отступили сначала в графство Триполи, затем на Кипр и в итоге на Родос, где основали собственное государство. Их власть также распространялась на несколько соседних островов и портов в Малой Азии.
Владычество госпитальеров на Родосе продолжалось более двух столетий. Они противостояли североафриканским пиратам, а затем османам. Руководитель ордена в тот период стал называться Великим магистром.
В 1522 году турки высадили на Родосе огромную армию: согласно различным источникам, её численность составляла от 40 тыс. до 200 тыс. человек. Этой силе госпитальеры могли противопоставить всего 6—7 тыс. солдат. Впрочем, в итоге рыцари сопротивлялись полгода и сдались на почётных условиях, покинув остров со знамёнами, артиллерией и церковными реликвиями. После нескольких лет скитаний при поддержке Папы Римского они получили от императора Священной Римской империи Карла V штаб-квартиру на острове Мальта.
На новом месте рыцари сосредоточились на борьбе с пиратством, защите европейских купцов и освобождении христианских невольников. Со временем некоторые из них ради решения материальных проблем стали грабить корабли из мусульманских стран и наниматься на военно-морскую службу в различные европейские государства. Они также добились права заходить на борт любого судна, заподозренного в перевозке турецких грузов, и конфисковывать товары, которые были хоть как-то связаны с Османской империей. Богатство и боевые возможности ордена заставили христианских монархов считаться с иоаннитами. Но при этом европейские короли и аристократы перестали воспринимать рыцарскую организацию как благотворительную и всё меньше оказывали ей финансовую помощь.
В XVII веке госпитальеры установили контроль над несколькими островами в Карибском море, но затем продали их Французской Ост-Индской компании. Также орден располагал значительными объёмами недвижимого и прочего имущества в материковой части Европы.
Трудные времена для ордена настали в конце XVIII века. Власти революционной Франции официально упразднили его структуры на территории страны, а затем конфисковали орденское имущество. В 1798 году Наполеон, следуя в Египет, завёл свои корабли на Мальту под предлогом пополнения припасов, а затем неожиданно захватил остров. Великий магистр Фердинанд фон Гомпеш цу Болейм не сумел организовать оборону и сдался на милость победителям. Будущее ордена повисло на волоске, но помощь неожиданно пришла из России.
Мальтийский орден и Россия
Дипломатические связи между Россией и Мальтийским орденом возникли в эпоху царствования Петра I. В 1697 году Мальту посетил российский дипломат Пётр Толстой, поздравивший с избранием на пост Великого магистра Раймонда де Перельоса де Рокафоля. Ещё через год на остров прибыл царский посол Борис Шереметьев, который был официально посвящён в рыцари и принял участие в действиях госпитальеров против Османской империи.
«Мальтийский орден был союзником России в деле борьбы с турками», — отметил в беседе с RT историк, эксперт историко-просветительского интернет-проекта «Мой край. История» Александр Кадира.
Российские моряки стажировались на Мальте, а представители ордена помогали России развивать флот и воевать на море.
В XVIII веке отношения между Россией и Мальтийским орденом перешли из дипломатической в политико-экономическую плоскость. У ордена в Польше были крупные владения — Великое Польское приорство. Но после разделов Речи Посполитой эти земли отошли Российской империи. Орден хотел, чтобы Санкт-Петербург защитил его финансовые интересы, а Екатерина II, в свою очередь, пыталась добиться от госпитальеров определённых преференций — в частности, обеспечения стоянки российских кораблей на Мальте. Но при жизни императрицы эти дискуссии ни к чему так и не привели. Решение вопроса сдвинулось с мёртвой точки только при сыне Екатерины — Павле I.
По словам историков, Павел с юности интересовался средневековой воинской тематикой и разделял рыцарские идеалы. Вскоре после прихода к власти, в 1797 году, он подписал с орденом договор о создании в России Римско-католического Великого Приорства из десяти командорств взамен орденских структур, потерянных при разделе Польши.
«Павел I хотел обеспечить ордену компенсацию», — пояснил Александр Кадира.
На фоне общеевропейского кризиса, связанного с революционными событиями и походами Наполеона, Павел стал протектором ордена. Как отмечают историки, царя не смущал католический статус организации, которой он оказывал покровительство, — российский император позитивно смотрел на сближение христианских конфессий.
«Помощь Павла Мальтийскому ордену была продиктована сразу несколькими факторами: личными моральными установками монарха, его желанием противостоять распространению революционных идей в Европе и стремлением всё-таки получить базу на Средиземном море, то есть геополитическим расчётом», — рассказал в разговоре с RT доктор исторических наук, заведующий кафедрой истории МГТУ имени Баумана, профессор кафедры истории России МПГУ Виталий Захаров.
Павел считал, что он будет выигрышно смотреться на фоне лидеров европейских государств, которые в лучшем случае игнорировали проблемы уважаемого ордена, а в худшем — просто отбирали его имущество.
«Павел смотрел на Мальтийский орден как на орудие для решения внешнеполитических задач России в Европе», — писал кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Санкт-Петербургского института истории РАН Михаил Сафронов в статье «Мальтийский орден и декабристская конспирация».
Хорошие отношения с Павлом сыграли на руку ордену после захвата Мальты Наполеоном. В условиях, когда ни одно европейское государство не помогло рыцарям, русский царь стал их последней надеждой. Госпитальеры низвергли своего Великого магистра, сдавшего остров Наполеону, и предложили Павлу I возглавить орден. Тот согласился.
Иоанниты перевезли в Санкт-Петербург свои архивы и реликвии, а царь предоставил им недвижимость в России, включая Воронцовский дворец, в котором орден разместил свою штаб-квартиру.
В 1799 году в России появились двор Великого магистра и Кавалергардский корпус, ставший магистерской гвардией. Большую часть должностей в Священном Совете ордена заняли россияне.
Павел активно жаловал подданным мальтийские кресты, ставшие одной из самых престижных наград в стране. Российская знать получила право создать родовые командорства. У неё также появилась возможность получать мальтийские ордена не за служебные достижения, а по праву рождения и за безупречное поведение.
Слияние политической системы империи с орденом оказалось настолько прочным, что Павел I даже официально включил мальтийский крест в государственный герб России.
Ситуация резко изменилась после убийства Павла и прихода к власти его сына — Александра I. По словам историков, на нового монарха сразу посыпались противоречивые рекомендации.
Одни советники рекомендовали полностью ликвидировать орден, другие — сделать российские структуры независимыми, третьи — оставить всё как есть и помогать рыцарям для поднятия международного имиджа России. Царя смущали крупные бюджетные затраты на поддержание деятельности иоаннитов. В итоге Александр I не стал сразу рубить с плеча, но к ордену был не особенно расположен.
«Александр не разделял увлечений отца и считал его политику во многом ошибочной. В дальнейшем на его отношение к ордену повлияло отсутствие желания бороться за Мальту в ситуации, когда на неё стали претендовать англичане», — подчеркнул Виталий Захаров.
Александр I отказался становиться Великим магистром ордена, ограничившись должностью его протектора. А 8 мая 1801 года царь повелел убрать мальтийский крест с государственного герба, что, по словам историков, стало символом отдаления иоаннитов от административно-политической системы России.
«В результате решений Александра I Мальтийский орден в России превращался в декоративную организацию», — подчеркнул Александр Кадира.
В 1803 году Александр отказался от статуса протектора, а ещё через семь лет ликвидировал административные структуры ордена в России. Орденское имущество национализировалось. Позже его знаки отличия были признаны иностранными и запрещены к ношению без специального разрешения — впрочем, это требование соблюдалось не слишком строго.
В 1834 году орден учредил штаб-квартиру в Риме, где его управляющие органы находятся до сих пор.
Существуют свидетельства того, что у Павла I были далеко идущие планы на орден. Согласно некоторым данным, император хотел через рыцарей влиять на политику Папы Римского, создать с их помощью мощный флот и духовно обосновать расширение границ на юге и востоке. Но император был убит.