Послепраздничная зачистка

Короткая ссылка
Игорь Молотов
Игорь Молотов
Писатель, публицист

Не успели отгреметь выборы во Франции, как отряхнувшийся европейский истеблишмент взялся за возмутителей спокойствия — членов семьи Ле Пен: старика Жан-Мари и Марин, которая чуть не стала новым президентом Франции, уступив накачанному медиастероидами Макрону. 14 июня Европейский парламент лишил депутатского иммунитета основателя французской партии «Национальный фронт» Жан-Мари Ле Пена, а на следующий день и его дочь.

Старику Ле Пену не привыкать — парламентской неприкосновенности его лишают в четвёртый раз. Сейчас ему 88 лет, а значит, испортить здоровье ему могут серьёзно: в этот раз его намерены привлечь к уголовной ответственности за неполиткорректные высказывания в отношении иммигрантов. 88 лет — отличный возраст для того, чтобы попасть на скамью подсудимых, в этом Европа уже набила руку.

В Прибалтике уголовные дела заводят на советских ветеранов — уже глубоких стариков. В той же Франции третий пожизненный срок получил 67-летний революционер-интернационалист Карлос. Хорста Малера, известного адвоката и солдата Фракции Красной армии, которому скоро исполнится 100 лет, оказывается, судили в либеральной Германии и посадили в тюрьму на долгий срок. Теперь, возможно, очередь 88-летнего старика Жан-Мари — одного из последних представителей старой Франции.

Ещё не успели высохнуть чернила на документе, лишающем его неприкосновенности, как аккурат на следующий день аналогичный принимается в отношении его дочери Марин. Лидер президентской гонки во Франции, она потрепала нервы европейским бюрократам, которые не погнушались самыми недемократическими методами для победы своего кандидата. Вы вспомните: в день тишины одна из крупнейших газет Франции вышла с передовицей, заголовок которой, набранный гигантским шрифтом, призывал: «Делайте что хотите, но голосуйте за Макрона».

Кстати, накануне первого тура голосования на первой полосе той же самой газеты был заголовок «Кто угодно, кроме этих» — и изображения Фийона и Ле Пен. И это издание было не единственным — никто не станет спорить, что на победу нынешнего президента Эммануэля Макрона были брошены самые современные технологии и огромный тюк с деньгами. И он победил. А победителей, как говорится, не судят. Вот побеждённых — очень часто. Похоже, что сейчас судилище над проигравшей Марин Ле Пен и её отцом начнётся не иносказательное, а самое что ни на есть настоящее.

Отдельной строкой — за что её будут судить: за записи в её Twitter. Вы, наверное, думаете, что за высказывания о французском превосходстве и все эти семейные штучки? А вот и нет! Ле Пен лишили неприкосновенности и собираются судить за опубликованные снимки зверств палачей халифата! Каково, а? По-моему, более откровенную ахинею и представить сложно. Это как осудить Эренбурга за бессмертное «Убей немца!». Поневоле возрадуешься, что кто-то не дожил до того времени, когда такое стало возможно и нормально.

Вообще, это откровенно гадко — преследовать политического оппонента после его поражения. Причём не только его, но и его семью. По-тихому, пока бурно переживающий похмелье от выборов избиратель ещё не пришел в себя. А потом сделает своё дело магия СМИ, которые расскажут о «грязных тайнах» Ле Пен и пристыдят легковерных французов, последовавших за «чёрной мамой» Франции. И всё. Дальше — тюрьма Санте на Rue de la Santé, 42.

Можно подумать, что я сгущаю краски, однако штука вот в чём. Мы очень часто слышим, что Россия — тёмная, забитая страна с вот этими вот «мундирами голубыми», а Запад — это образец демократии, права и гуманизма. С неутомимым упорством нам вдалбливают эту формулу: «Запад может быть и врагом, но уважать его демократию ты обязан». Не знаю, как остальным, но мне кажется, что эта мысль часто проходит красной нитью — и в голливудском кино, и в головах наших соотечественников.

Это стало своего рода священной коровой, за которой прячут все преступления, жестокость и отсутствие этого самого пресловутого права.

Получается, что там не больше демократии, чем в диктатурах Латинской Америки. С той лишь разницей, что летят не железные тяжёлые автомобили, а лёгкие пластиковые кары с обязательно-насильным угощением смузи и капкейком. А мы тёмные — у нас не идёт охота на стариков-политиков, полицейские на улицах не стреляют в людей из-за цвета кожи, да и, в конце концов, у нас нет постоянного жгучего желания разбомбить чью-либо страну. Демократия у нас совсем не такая, как нужно. Не та, что во Франции. Поэтому нас все ненавидят. И ненавидят Ле Пенов, которые хотели с нами дружить.

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

Самые свежие новости России и мира на нашей странице в Facebook
Сегодня в СМИ
Загрузка...
  • Лента новостей
  • Картина дня
Загрузка...